На главную Написать письмо

Анотация

Обоснована необходимость в разработке комплексной программы инновационно-интенсивного развития аграрного производства и сельских территорий с учетом состояния в них агроресурсного потенциала. В статье предложены и обоснованы конкретные задачи, которые необходимо решить в рамках такой программы. К наиболее важным задачам, решаемым в приоритетной последовательности, отнесены: формирование конкурентной среды в оптовом звене продовольственного рынка; выбор территорий и отраслей – мультипликаторов развития сельского хозяйства; мотивированное формирование и развитие агро-бизнес-инкубаторов и венчурных кооперативов и другие.

Ключевые слова

Устойчивость, продовольственное самообеспечение, продовольственный рынок, отрасли-мультипликаторы, ресурсный потенциал.

Не вызывает сомнения, что проблема устойчивого функционирования аграрного сектора экономики на основе инновационных преобразований решена только в сфере интенсификации сельскохозяйственного производства. Решение данной задачи возможно и в условиях индустриально развитых регионов-«доноров», к каким, например, за исключением Курганской области, относится Уральский федеральный округ (УрФО).
При этом возникает необходимость в соблюдении важного требования: часть доходов, перечисляемых его субъектами в госбюджет, оставить непосредственно в регионе для их целевого использования – инновационного развития агропроизводства на основе интенсификации. Естественно, для этого прежде всего потребуется соответствующее обоснование необходимого объема финансирования сельского хозяйства региона для перевода его на интенсивное развитие. Обоснование должно быть представлено в виде комплексной программы инновационно-интенсивного развития аграрного производства и сельских территорий. В ней можно было бы отразить комплекс задач, решаемых в логической последовательности.
Названную задачу можно представить в качестве условий реализации: 1) ориентация на агропродовольственную политику и механизм госрегулирования продовольственного рынка в части укрепления на нем позиций государственных агроструктур, особенно оптово-розничной сферы;
2) социально-экономическая оценка агроресурсного потенциала и состояния социальной инфраструктуры сельских территорий;
3) выявление территорий и отраслей – мультипликаторов развития сельского хозяйства в каждом из субъектов УрФО;
4) разработка механизма продовольственного взаимодействия субъектов региона с учетом их самообеспеченности сельхозпродукцией на уровне её регионального госзаказа (закупок), исходя из собственных агроресурсных возможностей;
5) оптимизация темпов оформления земельных долей в конкретные участки с одновременным объединением «дольщиков» с ХН в производственно-сбытовые кооперативы и созданием государственно-кооперативной оптово-розничной системы;
6) мотивационное формирование и развитие агро-бизнес-инкубаторов и венчурных кооперативов, решающих в основном задачу разработки новых идей, инновационных проектов, и контроль за их реализацией в конкретных отраслях сельского хозяйства;
7) совершенствование механизма бюджетного финансирования программ возрождения и развития социальной и производственной инфраструктуры сельских районов с учетом обоснований приоритетности по уровню их инвестиционной привлекательности;
8) развитие интеграционных процессов в АПК на основе формирования территориальных агропромышленных кластеров; экономического механизма инновационно-интенсивной направленности развития аграрных хозяйств и сельских территорий.
Дадим краткое обоснование представленным задачам. В изложенном приоритете на первое место поставлена очень важная задача, касающаяся повышения престижа сельских хозяйств на продовольственном рынке, на котором ключевые позиции занимают, к сожалению, крупные частные корпорации, а не сельскохозяйственная кооперативная оптово-розничная сфера, которая успешно функционирует в ряде цивилизованных стран. В таких униженных условиях говорить об интенсификации аграрного производства, и тем более о его инновационном развитии, не приходится. Может быть, еще не поздно сориентировать агропродовольственную политику правительства РФ на создание государственно-кооперативной оптово-розничной сферы. Только в таких условиях можно судить о свободе агропредпринимательства. Либо отладить механизм гарантированного государственного заказа (госзакупок) на сельхозпродукцию, как это организовано, например, в Канаде, Австралии и других странах!
Там у фермеров не возникает проблем с выгодной для них реализацией произведенной ими продукции.
Инновационная направленность развития сельского хозяйства на интенсивной основе изначально базируется на достоверной информации о состоянии ресурсного потенциала агроорганизаций и социальной инфраструктуры села. Необходимость в этом возникает и в связи с выбором инвестиционно привлекательных отраслей в сельскохозяйственном производстве, агроорганизаций и сельских районов, а также при реализации регионального заказа на сельхозпродукцию и государственно-региональной поддержки сельских хозяйств. Недостаток бюджетных средств для решения проблемы развития сельских территорий вызывает необходимость в более эффективном их использовании, что связано с выбором приоритетов: тех территорий, ресурсное состояние которых позволяет получить более быструю отдачу вложенных средств.
Первоочередно это и потребует достоверной комплексной информации о состоянии ресурсного потенциала каждого агрохозяйства и социальной инфраструктуры территориальных формирований разного уровня. Прежде всего это связано с состоянием земель сельскохозяйственного назначения, переход на интенсивное использование которых потребует необходимой информации о состоянии и других составляющих ресурсного потенциала (трудовых, водных, лесных). Для сбора необходимой информации должен быть разработан соответствующий инструментарий и механизм её передачи планирующим структурам, разработчикам инвестиционно-инновационных проектов. В качестве такого механизма реально использовать систему Интернет, применяя соответствующее программное обеспечение. На основе полученной информации осуществляется выбор отраслей и территорий – мультипликаторов развития аграрных хозяйств, восстановления их производственной, а также сельской социальной инфраструктуры.
Как показывает практика, развитие аграрных хозяйств и социальной инфраструктуры других, менее приоритетных, сельских территорий может осуществляться в интеграционном взаимодействии с территориями-мультипликаторами на основе реализации совместных инновационных проектов и продовольственного взаимодействия. Это касается и уровня субъектов региона. Например, взаимодействие аграрной Курганской области ­УрФО с его индустриальными областями (Свердловской и Челябинской), создавая крупные агропродовольственные территориальные кластеры.
Рассмотрим подробнее значение земельных и трудовых ресурсов, без эффективного взаимодействия которых проблема продовольственного самообеспечения, и тем более на интенсивной основе, по нашему мнению, не решаема. Прежде всего необходимо наконец‑то решить проблему с оформлением земельных долей в конкретную земельную собственность тех, кто в состоянии эффективно и бережно ею владеть, пользоваться и распоряжаться. Если же сельскохозяйственные земли окажутся в собственности крупных частных структур, например агрохолдингов, интенсивно скупающих у «дольщиков» их участки, то вызывает большое сомнение то, что эффективное взаимодействие названных ресурсов состоится. Хотя их интенсивное использование состоится, но будет наверняка ущербным не только для аграрного сектора, поскольку, как показывает практика, стремление частных агроструктур к максимизации прибыли приводит к истощению сельхозземель, эксплуатации труда «обездоленных» и дальнейшей деградации социальной инфраструктуры сельских территорий. А главное – класса крестьян-собственников, о котором немало писалось в научных трактатах и докладах с высоких трибун в начале рыночных реформ, так и не будет создано. Остаётся лишь надеяться на хозяйства населения (ХН), присутствие которых сможет еще какое‑то время сохранить сельский образ жизни.
Очевидно, не следует исключать и такой вариант развития аграрных хозяйств и сельских территорий, при котором частные интеграционные формирования, особенно агрохолдинги, за определенное государственное «вознаграждение» в виде дополнительной бюджетной поддержки будут мотивированы на восстановление социальной инфраструктуры села. Не вызывает сомнения, что при таком варианте будет усиливаться расслоение сельского населения, при котором, как и во всей России, ресурсы, особенно земельные, будут сконцентрированы у его меньшинства. Тогда, в лучшем случае, российское сельское хозяйство вернется в советскую эпоху «двойной» эксплуатации тружеников села (на себя в ЛПХ и на государственную, а сейчас уже – на частную организацию), в худшем – окажется на уровне дореволюционного периода, когда крестьянству мечталось о «земле и воле». Это будет период «двойственной» интенсификации, когда интенсивно используются оба главных ресурса – земля и наемный труд.
Продолжающаяся капитализация и концентрация сельскохозяйственных земель, сопровождаемая их деградацией и старением села, порождает ситуацию, при которой всё сложнее сориентировать этот процесс во благо государства и большинства не только сельского населения, поскольку затрагивается проблема продовольственной независимости страны. Пока новопровозглашенный лозунг о переходе сельского хозяйства на устойчиво инновационный путь развития в сложившихся условиях управления агроэкономикой превратится в реальность в большинстве регионов и сельских районов, пройдут годы, а то и десятилетия. Пока, к сожалению, инновационность проявляется эпизодически и не получила широкого распространения.
Не вызывает сомнения, что при ежегодном сокращении сельхозземель, используемых для производства агропродукции, всё меньшая их площадь будет сориентирована на интенсификацию.
Однако заброшенные земли сельхозназначения следует, по нашему мнению, использовать во благо будущих поколений, размещая на них саженцы хвойных деревьев. Разумеется, решение этой проблемы реально лишь при государственной поддержке, которая, кстати, не ограничивается условиями ВТО. Это будет своеобразной реабилитацией нынешнего поколения за нанесенный им вред окружающей нас природной среде.
При таком варианте перераспределения земель приходится учитывать, что выращивание сельскохозяйственных культур выгоднее на экономически более доступных полях, что в основном связано с переездами техники от мест ее стоянки до места выполнения технологических операций, то есть с транспортной доступностью.
Экономически доступное поле, или их совокупность, (ЭДi) может быть определена по следующему предлагаемому автором выражению:

ЭДi = L1 Ч K1 Ч K2 Ч И Ч q, км(1),

где К1, К2 – коэффициенты, учитывающие соответственно отношение среднего валового дохода (Вд)ji и средних затрат (Сji) от производства j-го вида сельхозпродукции на i-м поле и его компактность;
И – индекс, учитывающий отношение качества земли (по бонитету) i-го поля (Бi) к среднему значению данного показателя по сельхозпредприятию (В);
q – доля дорог до i-го поля с твердым покрытием;
L1 – общее расстояние до i-го поля, км.
В развернутом виде:

ЭД = L1 Ч    BДji    Ч FR2 Ч q, км(2),

где Fi – площадь i-го поля, га;
Cji – средняя себестоимость производства j-х культур на i-м поле, руб/га;
R – радиус круга, м;
F1i – площадь i-го поля, м2;
πR2– площадь круга, м2.
Апробируем данную формулу на примере третьего поля полевого севооборота в ЗАО «Щелкунское» Свердловской области при следующей характеристике: Fi = 60 га; L1 = 7,5 км (от поля до зерноочистительно-сушильного комплекса); культура – яровая пшеница;
R = 410 м; Бi = 52; Б = 69; q = 0,6. Урожайность зерновых культур (пше­ницы) – 17,3 ц/га, рыночная цена зерна данной культуры – 495,0 руб/ц, себестоимость производства C – 5363 руб/га.
Подставив эти данные в формулу (2), имеем:

7,5 Ч 1,46 Ч 0,87 Ч 0,75 Ч 0,6 = 
= 4,286 ≈ 4,3 км

Вывод: при этих параметрах экономическая доступность по зерновым для данного поля может быть обеспечена только при расстоянии до него от зерноочистительно-сушильного комплекса не более 4,3 км.

 

PDF file.pdf

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право