На главную Написать письмо

Анотация

Рассматриваются понятие и назначение представительства в уголовном судопроизводстве. Проводится отграничение представительства от защиты и третьего направления юридической помощи – консультирования. Раскрываются правомочия адвоката, участвующего в уголовном процессе в качестве представителя.

Ключевые слова

Уголовный процесс, адвокат, защита, представительство, представитель.

Согласно п. 5 ч. 2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (далее ФЗ «Об адвокатуре») адвокат в уголовном судопроизводстве участвует в двух статусах – защитника и представителя. Эти понятия использованы применительно к собирательному термину «доверитель» и потому из данного законодательного акта неясно, в каких случаях адвокат выступает защитником, а в каких – представителем. Ответ на этот вопрос содержится в нормах УПК РФ.
Термин «защита», составляющий основу понятия «защитник», применяется законодателем в двух значениях – широком (общеправовом) и узком (отраслевом). В первом смысле защита есть отстаивание прав, свобод и интересов любого лица, независимо от его правового положения. О такой защите говорится в Конституции РФ, например в ст. 46: «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод». В этом плане можно говорить, что право на защиту имеет любой человек, а его адвокат во всех случаях является защитником своего доверителя: обвиняемого, потерпевшего, свидетеля и т. д. Такое представление об адвокате распространено в обыденном сознании. Для обывателя адвокат – это всегда защитник.
В УПК РФ термин «защита» в указанном (широком) значении используется единственный раз – в ст. 6 Кодекса, в которой защита прав и законных интересов личности закреплена как главное назначение уголовного судопроизводства.
Практически во всех иных случаях понятию «защита» УПК РФ придает иное – узкое значение, связывая его лишь с одним субъектом – уголовно преследуемым лицом (подозреваемым, обвиняемым). Защита по Кодексу, прежде всего, предстает как одна из трех процессуальных функций: обвинения, защиты и разрешения уголовного дела (ст. 15 УПК РФ). Далее речь идет о праве подозреваемого, обвиняемого на защиту (ст. 16 УПК РФ). После этого термины «защита», «защитник» многократно используются в Кодексе именно в этом смысле.
Таким образом, защита – это антипод уголовного преследования (подозрения, обвинения), состоящая в противодействии подозреваемого, обвиняемого и защитника уголовному преследованию с целью его опровержения или смягчения ответственности. Поэтому, говоря об адвокате-защитнике, следует иметь в виду, что речь идет об оказании им квалифицированной юридической помощи исключительно уголовно преследуемому лицу.
Представительство в уголовном процессе также имеет собственное содержание. Прежде всего, необходимо различать законное и договорное представительство.
Согласно п. 12 ст. 5 УПК РФ законными представителями являются «родители, усыновители, опекуны и попечители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого либо потерпевшего, представители учреждений или организаций, на попечении которых находится несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый либо потерпевший, органы опеки и попечительства». Данное определение требует уточнения, так как наряду с несовершеннолетним подозреваемым, обвиняемым и потерпевшим право на законное представительство по УПК РФ имеют еще два субъекта: а) несовершеннолетний свидетель (ст. 191, 280); б) лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера (ст. 437).
Итак, законный представитель – это человек, обязанный по закону в силу родственной или иной близости отстаивать права, свободы и интересы несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, а также лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера.
Ясно, что адвокат профессионально не связан с законным представительством. Возможны ситуации, например, когда несовершеннолетний сын адвоката оказался обвиняемым или потерпевшим, но в таком случае отец будет участвовать в деле как родитель, но не как адвокат.
Вторая форма представительства в уголовном процессе касается четырех субъектов: потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и частного обвинителя. Только этим участникам УПК РФ дает право «иметь представителя» (п. 8 ч. 2 ст. 42, ст. 43, п. 8 ч. 4 ст. 44, п. 6 ч. 2 ст. 54 УПК РФ), а в ст. 45, 55 Кодекса идет речь о представителях только этих лиц.
Данное представительство, в отличие от законного, осуществляют адвокаты и иные лица, которым названные участники по собственному усмотрению доверяют отстаивание своих прав и интересов. Обязательного участия представителя (по назначению), кроме случая, предусмотренного ч. 2.1 ст. 45 УПК РФ и действующего с 1 января 2015 г., УПК РФ не предусматривает. Поэтому адвокат в качестве представителя всегда участвует по договору-соглашению с доверителем, что позволяет именовать данное представительство договорным.
Таково формальное разграничение защиты и представительства, позволяющее относительно сведущему в юриспруденции человеку различать адвоката-защитника и адвоката-представителя в зависимости от статуса тех лиц, которые обеспечиваются защитой или представительством. Тем не менее эти понятия смешиваются, иногда достаточно квалифицированными юристами. Например, М. В. Игнатьева ­полагает, что представитель потерпевшего фактически является его защитником и поэтому «в уголовном судопроизводстве правильнее было бы говорить не о «представителе потерпевшего», а о «защитнике потерпевшего», термин же «представитель» оставить для гражданского судопроизводства»1.
По мнению С. А. Мельникова, адвокат-защитник в уголовном процессе является представителем, так как действует от имени и в интересах уголовно преследуемого лица2.
А. А. Власов, подчеркнув, что в уголовном судопроизводстве адвокат в зависимости от выполняемой им функции выступает в ­качестве защитника либо представителя, далее пишет: «Защитник – это представитель интересов подозреваемого, обвиняемого и осужденного в уголовном процессе»3.
Такая трактовка защиты и представительства противоречит нормативному смыслу этих понятий, порождая путаницу в уяснении места и роли защитника и представителя как близких, но разных участников уголовно-процессуальной деятельности. Но при этом приведенные мнения наталкивают на вопросы – насколько содержательно оправданно разделение защиты и представительства как автономных уголовно-процессуальных институтов? Может быть, действительно нет необходимости оперировать двумя понятиями, а достаточно одного, так как суть защиты и представительства единая?
При поиске ответа на эти вопросы надо прежде всего учитывать, что категория «защита» является одной из ключевых в понятийном аппарате уголовного процесса. Как отмечалось, защита – это в первую очередь уголовно-процессуальная функция, которая, наряду с функциями уголовного преследования (обвинения) и разрешения дела, лежит в основе формирования типа, модели уголовного судопроизводства. Если уголовно-процессуальная деятельность организована по принципу «один субъект – одна функция», то складывается «треугольник» участвующих лиц (обвинение, защита, суд) и образуется состязательное судопроизводство. Если же правоприменитель наделен не одной, а двумя или даже всеми тремя процессуальными функциями, то формируется несостязательный процесс, именуемый розыскным или инквизиционным.
Таким образом, защита выступает в качестве системообразующего элемента уголовного судопроизводства, характеризующего саму суть данного вида юридической деятельности. Подчеркну, что защита в данном случае понимается в узком, специальном значении как антипод уголовного преследования. Изложенное означает, что, во‑первых, термину «защита» нельзя придавать иное, конкурирующее значение; во‑вторых, другие формы отстаивания прав и интересов участников сторон находятся вне защиты и образуют самостоятельный уголовно-процессуальный институт, получивший название «представительство».
В трактовке уголовно-процессуального представительства в последние два десятилетия появился новый аспект, порожденный закрепленным в ст. 48 Конституции РФ положением о праве каждого на получение квалифицированной юридической помощи. Наряду с привычными субъектами: подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком, частным обвинителем – право привлекать адвоката получили свидетель и иные лица, не относящиеся к сторонам обвинения и защиты (п. 6 ч. 4 ст. 56, ч. 1.1 ст. 144, ч. 11 ст. 182 УПК РФ). В связи с этим в теории уголовного процесса встал вопрос о статусе адвоката, оказывающего юридическую помощь указанным участникам судопроизводства.
Многие исследователи считают адвоката свидетеля представителем4. Е. Ю. Сапов, посвятивший этой теме свое диссертационное исследование, предпринял попытку вывести концептуальную основу представительства. По его мнению, уголовно-процессуальное представительство характеризуют следующие черты: 1) возможность назначения представителя независимо от воли представляемого; 2) более независимое от доверителя положение представителя; 3) особая цель представительства – оказание представляемому помощи в реализации его прав и предотвращение их нарушения, что способствует повышению активности доверителя; 4) способствование осуществлению общих задач уголовного судопроизводства; 5) закрепление прав и обязанностей представителя в законе; 6) производность закрепленных в законе прав и обязанностей представителя от прав и обязанностей представляемого лица. Приведя эти доводы, автор утверждает: «Адвокат свидетеля является его представителем, ибо в его деятельности налицо все отмеченные выше признаки представительства»5.
Ни характеристика уголовно-процессуального представительства, ни сделанный из нее вывод относительно адвоката свидетеля не выдерживают серьезной критики, поскольку приведенные аргументы не имеют должного нормативного и научного обоснования.
Так, неясно, из чего следует утверждение о «возможности назначения представителя независимо от воли представляемого», если до последнего времени нашему уголовному процессу было неизвестно представительство по назначению?! Еще удивительнее суждение Е. Ю. Сапова о том, что все изложенные признаки представительства, в частности назначение представителя вопреки воле представляемого, относятся к свидетелю.
Полагаю, нет необходимости уделять приведенной точке зрения более пристальное внимание, чтобы обосновать ее несостоятельность. Мыслящий читатель при необходимости сделает это сам.
Попытаемся выделить свойства уголовно-процессуального представительства.
1. Исходная его характеристика уже упоминалась. Это – перечень участников уголовного судопроизводства, которым УПК РФ дает право «иметь представителя». Таковыми являются только четыре субъекта: потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и частный обвинитель.
2. Данные лица, наряду с подозреваемым, обвиняемым, относятся к стороне обвинения или защиты, точнее входят в одну группу субъектов, получивших в теории название «участники, отстаивающие по уголовному делу свой правовой интерес». Другими словами – это тяжущиеся лица, то есть участники судебного спора, тяжбы.
3. Принадлежность названных лиц к сторонам уголовного дела обуславливает наделение их широким кругом правомочий, позволяющим действовать активно в направлении собственной цели. Главным среди этих полномочий является право привлекать представителя – человека, содействующего более эффективной реализации возможностей представляемого. Именно в этом свойстве кроется ответ на вопрос – кого и зачем законодатель наделяет правом призвать на помощь еще одного участника судопроизводства? Преступление непосредственно затрагивает законные интересы потерпевшего и иных субъектов сторон; юридическая ситуация, в которой они оказались, чаще всего затруднительна для обычного человека; подозреваемому, обвиняемому предоставляется адвокат-защитник, следовательно, и другие тяжущиеся лица должны пользоваться сторонней помощью для успешного отстаивания своих интересов. Такова логика необходимости представительства в уголовном процессе.
4. Закон определяет, что представитель имеет те же правомочия, которыми обладает представляемое лицо (ч. 3 ст. 45, ч. 2 ст. 55 УПК РФ). Здесь необходимо иметь в виду одно исключение – представитель не вправе давать показания по обстоятельствам, известным представляемому.
5. Представитель может участвовать в судопроизводстве как вместе с доверителем, так и самостоятельно. В УПК РФ указано, что в судебном разбирательстве участвует потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и (или) их представители (ч. 1 ст. 249, ч. 1 ст. 250). Разделительный союз «или», использованный в этих статьях, позволяет, например, потерпевшему, после дачи им показаний, покинуть судебное заседание, оставив в нем вместо себя своего представителя. Поэтому представитель выступает заместителем представляемого лица.
6. В качестве представителя действующее уголовно-процессуальное законодательство допускает не только адвоката, но и любых иных лиц по усмотрению самого участника процесса. В этом отличие представительства от защиты, в которой подозреваемый, обвиняемый во всяком случае имеет адвоката-защитника по соглашению либо по назначению. В настоящее время государство не располагает достаточными средствами для обеспечения «бесплатным» адвокатом (по назначению) всех нуждающихся участников уголовного дела и потому дает право самому лицу решать вопрос о том, нужен ли ему представитель, а если нужен, то кого – адвоката или иного человека – призвать на помощь. Исключение из этого, как отмечалось, появилось лишь с 2015 года в отношении несовершеннолетнего потерпевшего (до 16 лет) по половым преступлениям (ч. 2.1 м ст. 45 УПК РФ).
В дальнейшем, вероятно, круг лиц, имеющих право на «бесплатного» адвоката-представителя, будет расширяться и в уголовном судопроизводстве появятся понятия «адвокат-представитель по соглашению» и «адвокат-представитель по назначению».
С изложенных позиций обратимся к свидетелю и его праву на адвокатскую помощь.
Во-первых, свидетель, в отличие от рассмотренных субъектов, не ­имеет по делу ­собственного ­правового интереса и потому не относится к участникам сторон. По этой причине свидетель включен в группу так называемых «иных участников уголовного судопроизводства» (гл. 8 УПК РФ).
Во-вторых, УПК РФ не именует адвоката свидетеля ни защитником, ни представителем, а использует термин «адвокат» (п. 6 ч. 4 ст. 56, ч. 5 ст. 189, ч. 6 ст. 192 УПК РФ). Из этого следует, что юридическую помощь свидетелю оказывают исключительно адвокаты, тогда как в качестве представителей допускаются как адвокаты, так и иные лица.
В-третьих, если роль тяжущихся лиц активна и целеустремленна, то роль свидетеля пассивная, лишь содействующая решению задач уголовного судопроизводства.
В-четвертых, для отстаивания личного интереса участники сторон наделены широким кругом правомочий, например, у потерпевшего они названы в 22 пунктах ч. 3 ст. 42 УПК РФ. У свидетеля полномочий намного меньше (семь пунктов ч. 4 ст. 56 УПК РФ).
В-пятых, неравный объем правомочий, имеющихся у участников сторон и свидетеля, зеркально отражен в полномочиях защитника, представителя и адвоката свидетеля. Если у первых более десятка прав, то адвокату свидетеля даны лишь три правомочия, реализуемые при производстве следственных действий (ч. 2 ст. 53 УПК РФ).
В-шестых, если представитель выступает в качестве заместителя представляемого лица, то адвокат свидетеля всегда осуществляет свои правомочия вместе со свидетелем, не замещая доверителя.
Изложенное позволяет утверждать, что институт представительства в уголовном процессе связан только с четырьмя участниками уголовного судопроизводства: потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и частным обвинителем. Адвокатская помощь свидетелю представительством не является.
Отсюда следует, что в уголовном процессе адвокат, наряду с защитой и представительством, осуществляет третью форму квалифицированной юридической помощи. На мой взгляд, это направление адвокатской деятельности следует называть консультированием, а адвоката, оказывающего помощь свидетелю и иным лицам, не относящимся к сторонам обвинения и защиты, именовать консультантом6.
Главным лицом, выступающим в качестве представителя, является адвокат. Действующие нормы УПК РФ не обеспечивают в полной мере реализацию полномочий адвоката-представителя.
Согласно ч. 3 ст. 45, ч. 2 ст. 55 УПК РФ представитель имеет те же права, что и представляемое лицо. Эта норма отсылает к правомочиям потерпевшего (ст. 42), частного обвинителя (ст. 43), гражданского истца (ст. 44), гражданского ответчика (ст. 54 УПК РФ). Выходит, что адвокат, став представителем, обладает лишь теми правами, которые названы в указанных статьях. Но в то же время у защитника количество прав заметно больше. Так, защитник вправе привлекать специалиста (п. 3 ч. 1 ст. 53 УПК РФ), опрашивать лицо с его согласия, истребовать материалы (п. 2, 3 ч. 3 ст. 86 УПК РФ). Этих полномочий у потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, частного обвинителя нет, соответственно, нет их и у представителя данных участников. Значит, защитник и представитель в своих процессуальных возможностях неравны, что не согласуется с понятием «сторона» и противоречит сути состязательности.
Нетрудно заметить, что преимущественные полномочия защитника соответствуют правам адвоката, закрепленным в ч. 3 ст. 6 ФЗ «Об адвокатуре». Объясняется это тем, что в качестве защитника всегда выступает адвокат, и потому он в УПК РФ наделен как собственно адвокатскими, так и уголовно-процессуальными правомочиями. Участие в представительстве как адвокатов, так и иных лиц требует дифференцированного подхода к правомочиям представителя. Если представитель не адвокат, то круг его полномочий действительно ограничивается правами представляемого субъекта. Но если в качестве представителя выступает адвокат, то наряду с правами представляемого он обладает своими профессиональными правомочиями.
Права адвоката, названные в семи пунктах части 3 ст. 6 ФЗ «Об адвокатуре», при системном анализе сводятся к четырем:
1. Право собирать и представлять сведения в интересах доверителя путём: а) истребования предметов и документов; б) опроса лица с его согласия; в) привлечения специалиста.
2. Право встречаться с доверителем беспрепятственно, наедине, конфиденциально, без ограничения количества и продолжительности.
3. Право фиксировать материалы дела (в том числе снимать копии с помощью технических средств), к которым адвокат в соответствии с законом имеет доступ в данный момент процессуальной деятельности.
4. Право совершать иные действия в интересах доверителя, не противоречащие законодательству РФ.
Это общеправовые полномочия адвоката, предоставленные ему в силу принадлежности к профессиональному сообществу юристов-правозащитников. Во многом благодаря данным возможностям адвокат способен делать то, для чего предназначен, – оказывать своему доверителю квалифицированную юридическую помощь. И не имеет значения, в какой сфере юридической деятельности и в каком статусе – защитника, представителя или консультанта – участвует адвокат. В отраслевом законодательстве эти правомочия должны дублироваться и конкретизироваться, но никак не ограничиваться. Отсутствие в УПК РФ большинства указанных полномочий у представителя создает проблемы в адвокатской деятельности. Следователи, суды нередко отказывают адвокату-представителю в удовлетворении ходатайств о допросе опрошенного очевидца, о приобщении к делу заключения специалиста на том основании, что представитель не имеет права производить эти действия, так как данного права нет у представляемого адвокатом участника.
Для устранения указанного пробела в ч. 3 ст. 45, ч. 2 ст. 55 УПК РФ необходимо внести следующее дополнение – «адвокат-представитель наряду с правами представляемого лица имеет права, предусмотренные ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».


1 Леви А. А., Игнатьева М. В., Капица Е. И. Особенности предварительного расследования преступлений, осуществляемого с участием адвоката. М., Юрлитинформ, 2003. С. 84
2 См. Мельников С. А. Представительство в современном российском уголовном процессе: Автореф. дис.… канд. юрид. наук. Ижевск, 2002. С. 27.
3 Власов А. А. Судебная адвокатура: Учебное пособие для магистров/Под общей ред. Г. Б. Мирзоева. М.: Юрайт, 2012. С. 179.
4 См. Воскобойников Н. О. Институт представительства в уголовном судопроизводстве России: авротеф. дис.… канд. юрид. наук. Калининград, 2007. С. 12; Мельников С. А. Указ. раб. С. 10.; Сапов Е. Ю. Адвокат как представитель свидетеля в уголовном процессе: функции и полномочия: Автореф. дис.… канд. юрид. наук. Самара, 2012; и др.
5 Сапов Е. Ю. Указ. раб. С. 10.
6 См. подробнее: Давлетов А. А. Адвокат-консультант в уголовном процессе // Электронное приложение к российскому юридическому журналу. 2014. № 1.

 

PDF file.pdf

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право