На главную Написать письмо

Анотация

Введенные экономические санкции заставили Россию вступить в новый этап эволюции правового регулирования внешнеэкономической деятельности, отдаляясь от евроантлантической интеграции и открывая для себя новые рынки в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Безусловно, указанные события перечеркнули все те достижения последних десятилетий, которые приближали реальную свободу экономической деятельности для любого субъекта по всему миру и свободу перемещения товаров, работ и услуг по всей планете. Как никогда более актуальными стали меры по импортозамещению, закрытию доступа на внутренний рынок России отдельным иностранным субъектам, противодействию лишения права доступа на иностранные рынки российских участников внешнеэкономической деятельности и обеспечению восстановления их прав, защите внутреннего рынка от неблагоприятных внешнеэкономических факторов.

Ключевые слова

Экономические санкции, внешнеэкономическая деятельность, внешнеэкономические отношения, ответственность государства, национальная безопасность.

Глобальные изменения экономической, политической и правовой систем, произошедшие за последнюю четверть века в России, обусловили расширение сотрудничества российских участников гражданского оборота с зарубежными партнерами.
Следует констатировать, что в период конца 2013 г. – начала 2014 г. мир оказался на грани новой холодной войны в результате экономических санкций. В этом свете наиболее значимыми представляются следующие события: создание Евразийского экономического союза и подписание рядом бывших советских республик соглашения об ассоциации с Европейским союзом. К сожалению, архитекторы Евразийского экономического союза и инициаторы соглашений об ассоциации преследуют прямо противоположные, взаимоисключающие цели, что в свою очередь даже в перспективе не приведет к снятию напряженности в мире. После двадцати пяти лет существования Российской Федерации и двадцати трех лет строительства рыночной экономики Россия вновь становится важным игроком на мировой арене. Это в свою очередь привело к столкновению интересов мировых держав в борьбе за восстановление «крупнейшего в мире единого хозяйственного комплекса», что повлекло за собой обмен внешнеэкономическими санкциями между сторонами конфликта и неизбежно изменило направление вектора интеграционных усилий страны. Учитывая степень интеграции России в мировую экономику, ее номинальный и реальный вес в мировой экономике, можно предположить, что экономические санкции приведут к компроментации существующих международных правовых институтов, обеспечивающих свободу мировой торговли и гарантирующих защиту прав ее участников.
Так, Россия вступает в новый этап эволюции правового регулирования внешнеэкономической деятельности, открывая для себя новые рынки в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Данное обстоятельство требует научного осмысления правового регулирования внешнеэкономической деятельности в России, поиска истоков происходящего и понимания неумолимых законов международного обмена ресурсами.
К сожалению, введение экономических санкций перечеркнуло те достижения последних десятилетий, которые приближали реальную свободу экономической деятельности для любого субъекта по всему миру и свободу перемещения товаров, работ и услуг по всей планете. Как никогда актуальными стали меры по импортозамещению, закрытию доступа на внутренний рынок России отдельным иностранным субъектам, противодействию лишения права доступа на иностранные рынки российских участников внешнеэкономической деятельности и обеспечению восстановления их прав, защите внутреннего рынка от неблагоприятных внешнеэкономических факторов. Это существенно увеличивает роль публично-правовых институтов в регулировании внешнеэкономических отношений, которые объективно могут вытеснить на определенный период времени частноправовые институты.
Принцип ответственности государства за национальную безопасность и развитие национальной экономики является уникальным принципом для российского правового образования. По уровню общественной значимости это должен быть конституционный принцип, общий для всех отраслей российского права. О существовании данного принципа, в частности, указывает Конституционный суд РФ в Постановлении от 14.05.1999 № 8‑П «По делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 380 Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Сибирское агентство «Экспресс» и гражданина С. И. Тененева, а также жалобой фирмы «Y. & g. Reliable Services, Inc.». Часть 4 п. 2: «…в целях защиты суверенитета и экономической безопасности Российского государства, прав и законных интересов граждан, обеспечения единого экономического пространства законодатель, устанавливая таможенную территорию Российской Федерации, таможенную границу и соответствующий порядок перемещения, контроля и оформления товаров и транспортных средств, а также обложения таможенными платежами и их уплаты и т. п., может предусматривать административные меры принудительного характера, а также конкретные составы правонарушений и соответствующие санкции»1. Но из всех известных правовых образований экономического цикла только внешнеэкономическое право имеет правовое основание заявить свои права на этот принцип. По нашему мнению, данный принцип состоит из следующих императивов:
1) Российская Федерация, ее органы и должностные лица в своей деятельности, прямо или косвенно затрагивающей внешнеэкономическую сферу, обязаны руководствоваться интересами обеспечения безопасности государства, его граждан и стимулированием развития экономики;
2) все нормативно-правовые акты, ненормативные акты, действия, решения и согласования по вопросам внешнеэкономической деятельности должны быть основаны на данном принципе;
3) нарушение принципа влечет незаконность властного предписания;
4) все сделки, совершаемые с привлечением иностранных инвестиций в стратегические секторы экономики, должны проверяться на предмет соответствия национальной безопасности2;
5) вмешательство государства во внешнеэкономическую деятельность может быть продиктовано только целями обеспечения национальной безопасности и развития экономики России (аналогичный принцип используется Соединенными Штатами Америки, в том числе и во внешнеэкономической сфере3).
Так, ч. 1 ст. 1, пп. 9 и 10 ст. 4, ст. 5, ст. 12 Федерального закона № 164‑ФЗ4 прямо закрепляют ответственность государства за национальную безопасность и развитие национальной экономики, запрещают государству и его органам своим регулированием причинять ущерб участникам внешнеэкономической деятельности и экономике России. В целом, в Федеральном законе № 164‑ФЗ нет ни одной нормы, которая не была бы подчинена этому принципу. Более того, он находит свое проявление в ст. 4 Федерального закона от 19.07.1998 № 114‑ФЗ (ред. от 10.07.2012) «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами», ст. 4 и 5 Федерального закона от 18.07.1999 № 183‑ФЗ (ред. от 06.12.2011) «Об экспортном контроле», ст.  1 Федерального закона от 27.11.2010 № 311‑ФЗ (ред. от 05.04.2013) «О таможенном регулировании в Российской Федерации», преамбуле, ст. 3 и 6 Федерального закона от 10.12.2003 № 173‑ФЗ (ред. от 02.07.2013) «О валютном регулировании и валютном контроле», ст. 6 Федерального закона от 22.07.2005 № 116‑ФЗ (ред. от 04.03.2013) «Об особых экономических зонах в Российской Федерации», п. 2 ст. 4, части 4 ст. 6, ст. 18 Федерального закона от 09.07.1999 № 160‑ФЗ (ред. от 06.12.2011) «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», ст. 1 Федерального закона от 29.04.2008 № 57‑ФЗ (ред. от 16.11.2011) «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства».
Принцип ответственности государства за национальную безопасность и развитие экономики России как «сгусток правовой материи»5, направляющий функционирование внешнеэкономического права, не только закреплен нормативно, но и обеспечен комплексом средств его реализации. Ст. 32, 35, 38–40 Федерального закона № 164‑ФЗ предусмотрено право Российской Федерации для защиты своих национальных интересов вводить дополнительные ограничения в сфере внешней торговли, причем как в сфере импорта, так и экспорта.
К сожалению, реализация данного принципа происходит, как правило, не публично; защищая национальную безопасность и стимулируя российскую экономику, государство обосновывает свои действия ссылкой на иные основания их совершения. Одним из примеров реализации данного принципа является отказ Федеральной антимонопольной службы (ФАС) РФ немецкому концерну Siemens в согласовании сделки по приобретению контрольного пакета акций ОАО «Силовые машины». Официально причиной неоднократных отказов ФАС (концерн Siemens в течение 7 лет пытался приобрести контрольный пакет акций ОАО «Силовые машины») являлось нарушение конкурентного баланса на рынке энергетического машиностроения, однако аналитиками отмечено, что решение об отказе в согласовании сделки было принято под давлением Государственной думы Федерального собрания РФ, депутаты которой сочли сделку опасной для национальной безопасности6. Но даже в этом случае Федеральная антимонопольная служба РФ в официальной версии причины отказа не сослалась на то, что переход под контроль иностранного концерна российского оборонного предприятия противоречит интересам национальной безопасности России.
Несмотря на непубличное использование данного принципа, считаем, что принцип ответственности государства за национальную безопасность и развитие национальной экономики является одним из двух институтообразующих принципов внешнеэкономического права, предопределяющих его развитие и функционирование.
Особую актуальность этот принцип приобрел в связи с событиями, происходящими на Украине7, и темой введения санкций в отношении России со стороны США и ЕС8. Несмотря на то, что санкции носят экономический характер, применяются они исключительно в политических целях9. Интерес данного исследования представляют их юридические основания и последствия.
На начальном этапе правительством США были введены санкции, в результате которых крупнейшие международные платежные системы Visa и Master Card с 21.03.2014 отказались проводить операции по картам, выданным рядом российских банков. В частности, Visa ограничила доступ к своим сервисам четырем банкам (АБ «Россия», «Собинбанк», «СМП Банк» и «Инвесткапиталбанк»), а MasterCard – трем банкам (АБ «Россия», «Собинбанк» и «СМП Банк»). Американским компаниям запрещено работать со структурами, которые попали в список, а также с теми организациями, в которых фигуранты списка контролируют более 50 % акций. Так, компания СТС Media, зарегистрированная в штате Делавэр, объявившая о выплате дивидендов в размере 27 млн $, в целях соблюдения всех требований и ограничений, накладываемых в соответствии с санкциями правительства США, выплатит их одному из своих двух крупнейших акционеров компании Telcrest, владеющей 25,2   % акций СТС Media, на специальный блокированный счет, поскольку 86,4   % кипрской Telcrest контролирует банк «Россия». Telcrest сможет воспользоваться этими деньгами только после отмены санкций или в случае смены акционеров этой компании. Получается, что CTC Media оказалась в уникальной ситуации – формально, как американская компания, она не может вести операций с собственным акционером. Кроме того, CTC Media внедрила «внутренние политики и процедуры», чтобы соответствовать санкциям в отношении Telcrest и номинированных им членов совета директоров. Представители компании не могут принимать участия в работе совета директоров CTC Media, если это требует обсуждения и принятия решений по вопросам сделок компании10.
После референдума по вопросу о вхождении Крыма в состав России США и ЕС утвердили списки невъездных лиц и заморозили их активы11. Департамент торговли правительства США запретил экспорт в Россию продукции военного или двойного назначения, в том числе космических аппаратов американского производства и аппаратов, в которых используются американские комплектующие, что привело к невозможности запусков европейских космических аппаратов с помощью российских ракет-носителей12.
В сложившейся ситуации можно предположить несколько возможностей развития событий.
Первый и самый радикальный из возможных векторов развития отношений – выход из ВТО. С соответствующей инициативой выступил лидер «Справедливой России» С. Миронов13.
На наш взгляд, России не только не стоит выходить из ВТО, а, напротив, следует использовать средства защиты, предоставляемые нормативными документами данной организации. В соответствии со ст. II Марракешского соглашения ВТО обеспечивает общие институциональные рамки для осуществления торговых отношений между ее членами в вопросах, относящихся к соглашениям и связанным с ними правовым документам.
Так, Россия может использовать свое членство в ВТО в качестве средства защиты от давления со стороны США и ЕС. Первым шагом в этом направлении стало распространение в ВТО коммюнике о невыполнении США своих торговых обязательств. В коммюнике идет речь об указах американского президента Б. Обамы, которые вводят санкции в отношении ряда российских граждан и банка «Россия», что ведет к блокировке их активов на территории США. Россия напоминает ВТО, что ГАТС и перечень специфических обязательств не позволяют американцам совершать действия, которые могли бы ущемить права российских поставщиков услуг, осуществляющих свою деятельность в США или занятых в торговле услугами с американскими партнерами. Поэтому санкции противоречат ГАТС14.
В ст. II ГАТС устанавливается режим наибольшего благоприятствования, состоящий в том, что в отношении любой меры, охватываемой ГАТС, каждый член немедленно и безусловно предоставляет услугам и поставщикам услуг любого другого члена режим, не менее благоприятный, чем тот, который он предоставляет для аналогичных услуг или поставщиков услуг любой другой страны.
Действие режима наибольшего благоприятствования распространяется и на финансовые услуги, под которыми понимаются любые услуги финансового характера, предлагаемые поставщиком финансовой услуги члена. Финансовые услуги включают все страховые и относящиеся к страховым услуги, а также все банковские и другие финансовые услуги (помимо страхования). Финансовые услуги включают в том числе: все виды услуг по платежам и денежным переводам, включая кредитные, платежные и дебитовые карточки, дорожные чеки и банковские векселя; услуги по осуществлению взаиморасчетов и клиринговые услуги по финансовым активам, включая ценные бумаги, производные продукты и другие инструменты, которые могут быть предметом сделки; предоставление и передачу финансовой информации и обработку финансовых данных и соответствующего программного обеспечения поставщиков других финансовых услуг.
Поставщик финансовых услуг – любое физическое или юридическое лицо члена ВТО, желающее поставлять или поставляющее финансовые услуги, исключая государственные учреждения (п. 5 Приложения по финансовым услугам к ГАТС).
В соответствии со ст. XI ГАТС устанавливается общее правило о том, что член ВТО не применяет ограничений в отношении международных переводов и платежей по текущим операциям, касающимся его специфических обязательств. Исключения из этого правила содержатся в ст. XII ГАТС.
В случае серьезных затруднений с платежным балансом и внешними финансовыми трудностями или угрозы этого член ВТО может установить или сохранить ограничения на торговлю услугами, в отношении которых он принял специфические обязательства, включая платежи или переводы по операциям, относящимся к таким обязательствам. Признается, что особое давление на платежный баланс члена ВТО, находящегося в процессе экономического развития или в условиях переходной экономики, может вызвать необходимость использования ограничений, чтобы обеспечить, среди прочего, сохранение уровня финансовых резервов, достаточного для осуществления его программ экономического развития или переходной экономики. Однако данные ограничения: a) не должны создавать дискриминации между членами; b) должны соответствовать статьям Соглашения о Международном валютном фонде; c) должны быть такими, чтобы избегалось нанесение излишнего ущерба коммерческим, экономическим и финансовым интересам любого другого члена; d) не должны выходить за пределы необходимости при изложенных обстоятельствах; e) должны быть временными и постепенно устраняться по мере улучшения положения, послужившего основанием для их введения.
При определении сферы действия таких ограничений члены ВТО могут отдать предпочтение поставкам услуг, которые являются более важными для их экономических программ или программ развития. Однако такие ограничения не устанавливаются и не сохраняются с целью защиты определенного сектора услуг.
Любые ограничения или любые изменения в них являются предметом безотлагательного уведомления Генерального совета.
Анализ приведенных норм права ВТО применительно к уже введенным ограничениям, проявившимся в отказе платежных систем Visa и MasterCard от проведения операций по банковским картам, а также в запрете американским компаниям осуществлять платежи в пользу определенных лиц и контролируемых ими компаний, показывает несоответствие последних положениям ГАТС.
Идея превосходства международного права над национальным закреплена только в Конституции РФ. Данная идея была актуальной на момент ее принятия. На сегодняшний день ситуация такова, что нормы любой международной экономической организации не будут иметь значения при урегулировании политической ситуации. Государства под любым предлогом отказываются применять нормы международных организаций в случае, если это противоречит их национальным интересам.
К сожалению, практика судов ЕС, в которой неоднократно возникал вопрос о непосредственном применении норм ВТО внутри ЕС, склоняется к мнению, что нормы ВТО не действуют в европейском праве непосредственно. Так, в решении по делу Portuguese Republic v. Council15 Суд ЕС указал, что «с учетом их природы и структуры, соглашения ВТО в принципе не находятся среди тех правил, в свете которых Суд должен проверить законность мер, принятых институтами ЕС» (параграф 47). Из этого правила сделаны два исключения, сформулированные в делах Nakajima16 и Fediol17:
1) если ЕС намеревается имплементировать конкретное обязательство, взятое в рамках ГАТТ;
2) если акт ЕС содержит ссылку на конкретное положение ГАТТ.
Только в этих случаях Суд ЕС должен рассматривать нормы европейского законодательства в свете норм ТО. Изначально эти положения были сформулированы в отношении ГАТТ (что логично, т. к. в момент их принятия ВТО еще не существовала), но в деле Portuguese Republic v. Council Суд отнес эти исключения в отношении ВТО в целом, не ограничиваясь ГАТТ (параграф 49 решения). Интересно, что в более поздних решениях Суд ЕС уже не анализирует вопрос о возможности применения норм ВТО, а просто ссылается на предыдущие решения как на устоявшуюся судебную практику и часть права ЕС. Так, исследователи18 отмечают, что, например, в заключении по делу C-307/99 (относительно гамбургского импортера бананов) Суд ЕС не просто подтвердил, а «вцементировал» положение об отсутствии прямого действия правил ВТО в праве ЕС19. Основной аргумент Суда ЕС в отношении невозможности прямого действия норм ВТО – это переговорная позиция. Итак, Суд ЕС фактически делает акцент не на исследовании норм ВТО в праве ЕС, а на положении ЕС как члена ВТО в сравнении с его торговыми партнерами: цель – не ухудшить положение ЕС. Можно предположить, что если бы основные торговые партнеры ЕС (прежде всего США, которые также не признают прямого действия норм ВТО в их правовой системе) изменили свое отношение к этому вопросу, то ЕС, возможно, тоже пересмотрело бы свою позицию20.
29 июля 2014 года были введены дополнения в секторальные санкции21, которые явились продолжением основного списка отраслевых запретов. Во исполнение принципа ответственности государства за национальную безопасность и развитие национальной экономики, а также для поддержания отечественных производителей и защиты интересов потребителей22 Правительство РФ вынуждено было принять меры по реализации Указа Президента Российской Федерации от 6 августа 2014 г. № 560 «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации». Как член ВТО, помимо распространения соответствующих коммюнике Россия вправе обратиться к процедурам, предусмотренным Договоренностью об урегулировании споров, предполагающим отмену введенных ограничений и компенсацию ущерба, а также применение встречных симметричных ограничений. В одном из интервью министр экономического развития РФ А. Улюкаев заявил, что в случае введения США многосторонних экономических санкций Россия вынуждена будет перейти со своими торговыми партнерами на расчеты в национальных валютах23.
Согласно ГК РФ (ст. 1194) Правительством Российской Федерации могут быть установлены ответные ограничения (реторсии) в отношении имущественных и личных неимущественных прав граждан и юридических лиц тех государств, в которых имеются специальные ограничения имущественных и личных неимущественных прав российских граждан и юридических лиц. Под реторсией понимаются правомерные действия одного государства, принимаемые им в ответ на дискриминационные ограничения, установленные другим государством в отношении физических или юридических лиц первого государства. Правило о реторсии было включено в часть третью Модельного ГК для стран СНГ, затем воспроизведено в гражданских кодексах Армении (ст. 1261), Белоруссии (ст. 1102), Казахстана (ст. 1093), Киргизии (ст. 1176), Узбекистана (ст. 1167). Аналогичное правило имеется в Законе о международном частном праве Азербайджана от 06.06.2000. Положения о возможности принятия реторсии имеются и в законодательстве некоторых других государств (Чехии, Словакии, КНР, Монголии). Ответные ограничения должны быть соразмерны, иными словами, адекватны тем ограничениям, которые были введены дискриминационным актом иностранного государства. Введение ответных ограничений отнесено в России к компетенции исполнительного органа – Правительства РФ, что следует объяснить, с одной стороны, необходимостью обеспечения оперативности в принятии решений о введении таких мер, а с другой – конкретным разовым характером введения таких ответных мер в отношении определенного государства. Российское законодательство предусматривает возможность принятия ответных мер в области внешнеторговой деятельности. Согласно Федеральному закону от 08.12.2003 № 164‑ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» в случае принятия иностранным государством мер, нарушающих экономические либо политические интересы Российской Федерации, а также экономические интересы субъектов РФ, муниципальных образований или российских лиц, Правительство РФ вправе вводить ответные меры в соответствии с общепризнанными нормами международного права и в пределах, необходимых для эффективной защиты экономических интересов Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований и российских лиц. Федеральный закон от 14.04.98 № 63‑ФЗ «О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами» (в ред. от 24.07.2002) определяет основания принятия таких мер, порядок их введения и применения. По действующему законодательству ответные ограничения могут быть установлены Правительством РФ в отношении иностранных лиц тех государств, в судах которых допускаются специальные ограничения процессуальных прав организаций и граждан Российской Федерации (п. 4 ст. 254 АПК, п. 4 ст. 398 ГПК).
Таким образом, возможность введения ответных ограничений непосредственно связана с реализацией в области международного частного права принципа взаимности. Это объясняется тем, что, хотя требование взаимности не установлено в отношении применения иностранного права, принцип взаимности применяется в отдельных определенных законом случаях определения гражданско-правового положения иностранных физических или юридических лиц. Введение секторальных ограничений и запретов напрямую нарушает конституционные права и свободы граждан и юридических лиц РФ24.
Публикация подготовлена в рамках выполнения базовой части государственного задания вузу. Проект № 2932.


1 Постановление Конституционного Суда РФ от 14 мая 1999 г. № 8‑П по делу о проверке конституционности положений части первой ст. 131 и части первой ст. 380 Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Сибирское агентство «Экспресс» и гражданина С. И. Тененева, а также жалобой фирмы «Y. & g. Reliable Services, Inc.» // Рос. газ. 1999. 1 июня.
2 О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства: Федеральный закон от 29 апреля 2008 г. № 57‑ФЗ (ред. от 16.11.2011) // СЗ РФ. 2008. № 18. Ст. 1940.
3 Рольф Штобер. Хозяйственно-административное право. Основы и проблемы. Мировая экономика и внутренний рынок / Пер. с нем. М.: Волтерс Клувер, 2008. С. 144; Обзор основных направлений внешнеэкономической деятельности США // URL: http://www.ved.gov.ru/exportcountries/us/about_us/ved_us/.
4 Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности: Федеральный закон № 164‑ФЗ от 08.12.2003 // СЗ РФ. 2003. № 50. Ст. 4850.
5 Алексеев С. С. Структура советского права // Алексеев С. С. Собрание сочинений. В 10 т. [+ Справоч. том]. Том 2: Специальные вопросы правоведения. М.: Статут, 2010. С. 79.
6 URL: http://top.rbc.ru/economics/13/04/2005/83 355.shtml.
7 G-7 Leaders Statement on Ukraine // URL: http://www.whitehouse.gov/the-press-office/2014/04/25/g-7‑leaders-statement-ukraine/.
8 Executive Order – Blocking Property of Additional Persons Contributing to the Situation in Ukraine // URL: http://www.whitehouse.gov/the-press-office/2014/03/17/executive-order-blocking-property-additional-persons-contributing-situat; URL: http://www.whitehouse.gov/the-press-office/2014/03/20/executive-order-blocking-property-additional-persons-contributing-situat; Executive Order – Blocking Property of Certain Persons Contributing to the Situation in Ukraine // URL: http://www.whitehouse.gov/the-press-office/2014/03/06/executive-order-blocking-property-certain-persons-contributing-situation.
9 Ukraine and Russia Sanctions // URL: http://www.state.gov/e/eb/tfs/spi/ukrainerussia/index.htm; URL: http://www.state.gov/e/eb/tfs/spi/ukrainerussia.
10 «Россия» не заработает на телевидении // Ведомости. № 78 (3582). 5 мая 2014.
11 Оffice of foreign assets control. Changes to the Specially Designated Nationals and Blocked Persons List since January 1, 2015 // URL: https://www.treasury.gov/ofac/downloads/t11sdnew.pdf.
12 URL: http://www.rosbalt.ru/main/2014/04/28/1 262 294.html.
13 URL: http://newsru.com/finance/17mar2014/ruwto.html.
14 Кузьмичев В. Сможет ли Россия наказать США? // URL: http://www.rosbalt.ru/business/2014/04/24/1 261 285.html
15 Portuguese Republic v. Council of the European Union. Case C-149/96. Judgment of the Court of 23 November 1999. European Court Reports 1999. Page I-08 395.
16 Nakajima All Precision Co. Ltd.v. Council of the European Communities. Case C-69/89. Judgment of the Court of 7 May 1991. European Court Reports 1991/ Page I-02 069.
17 Federation de L’industrie de L’huilerie de la CEE (Fediol) v. Commission of the European Communities. Case 70/87. Judgment of the Court of 22 June 1989. European Court Reports 1989. Page 01 781.
18 Трунк-Федорова М. П., Трунк А. Применение норм ВТО в праве ЕС / Международное публичное и частное право: проблемы и перспективы / Под ред. С. В. Бахина. Изд. дом СПбГУ, 2007. С. 341.
19 Stiegltz. EuGH: GATT 1994 begruender keine Rechte des Einzelnen // Europaeische Zeitschrift fuer Wirtschaftsrecht. 2001. Heft 17. S. 531.
20 Трунк-Федорова М. П., Трунк А. Применение норм ВТО в праве ЕС / Международное публичное и частное право: проблемы и перспективы / Под ред. С. В. Бахина. Изд. дом СПбГУ, 2007. С. 343.
21 Announcement of Additional Treasury Sanctions on Russian Financial Institutions and on a Defense Technology Entity // URL: http://www.treasury.gov/press-center/press-releases/Pages/jl2590.aspx.
22 URL: http://ria.ru/economy/20 140 805/1 018 914 752.html.
23 URL: http://expert.ru/2014/03/13/rossiya-simmetrichno-otvetit-na-vvedenie-sanktsij-ssha-i-es/.
24 Официальный текст Конституции РФ с внесенными поправками от 21.07.2014 // СЗ РФ. 04.08.2014. № 31. Ст. 4398.

 

PDF file.pdf

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право