На главную Написать письмо

Анотация

Автор обращается к понятиям «экономический суверенитет» и «экономическая безопасность» государства. В статье приводятся примеры внешних и внутренних угроз экономическому суверенитету России, определяется роль предпринимательско-правовых мер в преодолении таких угроз. Особое внимание уделено государственно- частному партнерству.

Ключевые слова

Государственный суверенитет, экономический суверенитет, внешние и внутренние угрозы экономическому суверенитету, предпринимательское (хозяйственное) право, государственно-частное партнерство

Предпринимательско-правовые аспекты экономического суверенитета Российской Федерации

Шишкин С.Н., д. ю. н., советник судьи Конституционного Суда РФ

E-mail: Sergey.Shishkin@rsrf.ru

 

Всегда выбирайте самый трудный путь – на нем вы не встретите конкурентов. Шарль де Голль

Глобальные проблемы, стоящие перед человечеством, требуют объединения усилий всех государств. В связи с этим повышается роль международных договоров и межгосударственных объединений, что, в свою очередь, не без оснований, вызывает определенные опасения утраты государствами своих суверенитетов. Вместе с тем, как полагает профессор В.Д. Зорькин, красноречивым опровержением идеологемы об отмирании национальных суверенитетов стал мировой экономический кризис, который продемонстрировал решающую роль государств в выходе из кризиса1.

Президент РФ В.В. Путин в своем Послании Федеральному Собранию от 4 декабря 2014 г. обоснованно отметил, что если для ряда европейских стран национальная гордость – давно забытое понятие, а суверенитет – слишком большая роскошь, то для России реальный государственный суверенитет – абсолютно необходимое условие ее существования. Президент подчеркнул: или мы будем суверенными, или растворимся, потеряемся в мире. И это, конечно, должны понять другие державы. Все участники международной жизни должны это понять2.

Конституционный Суд РФ установил, что, будучи правовым демократическим государством, Россия как член мирового сообщества, в котором действуют общепризнанные принципы и нормы международного права, заключает международные договоры и участвует в межгосударственных объединениях, передавая им часть своих полномочий

(преамбула; ст. 1, ч. 1; ст. 15, ч. 4; ст. 17, ч. 1; ст. 79 Конституции РФ), что, однако, не означает ее отказ от государственного суверенитета, относящегося к основам конституционного строя и предполагающего верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной власти государства на всей его территории и независимость в международном общении, а также являющегося необходимым качественным признаком Российской Федерации, характеризующим ее конституционноправовой статус3.

Под государственным суверенитетом обычно понимается верховенство государства в пределах собственных границ и его самостоятельность и независимость в международных делах. Экономический суверенитет является одним из фундаментальных элементов государственного суверенитета.

В юридической литературе, тем более в условиях отсутствия легального определения понятия «экономический суверенитет», имеются различные подходы к его характеристике. Одни авторы, основываясь на различном отраслевом содержании государственного суверенитета, под экономическим суверенитетом понимают суверенитет государства в области экономической политики, основывающийся на праве государства устанавливать свою собственную экономическую систему4. Другие авторы подчеркивают, что экономический суверенитет – это не суверенитет в экономической области, а суверенитет экономического содержания5. При этом экономический суверенитет они определяют как такую совокупность юридических правил, которая устанавливает взаимные обязательства государств, гарантирующие для каждого из них и всех вместе суверенное право свободно распоряжаться своими ресурсами, богатствами и всей экономической деятельностью, и их суверенное право на участие в межгосударственных экономических отношениях6.

Представляется, что противоречий между этими подходами нет. Они дополняют друг друга. Первый подход можно охарактеризовать как конституционно-правовой, а второй – как международно-правовой.

Необходимо обратиться к достаточно часто встречающемуся термину «экономическая безопасность», легального определения которого также нет. Вместе с тем, в соответствии со Стратегией национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, утвержденной Указом Президента РФ от 12 мая 2009 г. No 537

 (далее – Стратегия национальной безопасности), национальная безопасность – состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, которая позволяет обеспечить конституционные права, свободы, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальную целостность и устойчивое развитие Российской Федерации, оборону и безопасность государства.

Согласно ст. 2 утратившего силу Федерального закона от 13 октября 1995 г. No 157-ФЗ «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности»8, экономическая безопасность – состояние экономики, обеспечивающее достаточный уровень социального, политического и оборонного существования и прогрессивного развития Российской Федерации, неуязвимость и независимость ее экономических интересов по отношению к возможным внешним и внутренним угрозам и воздействиям.

Как обоснованно отмечает профессор В.С. Белых, состояние экономики – главный признак экономической безопасности. В сжатом виде можно сказать, что экономическая безопасность есть состояние защищенности основных национальных экономических интересов от внутренних и внешних угроз9.

Несмотря на явные различия между экономическим суверенитетом и экономической безопасностью (в первом случае это суверенитет в области экономической политики либо совокупность юридических норм, во втором – состояние экономики), угрозы экономическому суверенитету и экономической безопасности России, по сути, одни и те же. Например, Д.Г. Алексеева констатирует, что высокий уровень криминализации российской экономики является одной из основных угроз экономической безопасности страны, ее экономическому суверенитету10.

Более того, экономическая безопасность как состояние экономики может быть вполне интерпретирована как предпринимательско-правовой (хозяйственно-правовой) подход к характеристике экономического суверенитета.

В конечном счете дело не в названии, а в том, что без суверенитета государства в области экономической политики, без совокупности

(лучше все же системы, а не совокупности) юридических норм, устанавливающих взаимные обязательства государств, и без надлежащего состояния экономики невозможно обеспечить суверенитет государства в целом.

Как с теоретической, так и с практической точки зрения одним из актуальных и перспективных направлений развития предпринимательского (хозяйственного) права является разработка предпринимательско-правовых (хозяйственноправовых) мер обеспечения экономического суверенитета государства, включая не только государственный контроль за соответствующей деятельностью хозяйствующих субъектов и необходимую государственную поддержку их деятельности, но и адекватную, надлежащую поддержку внешнеполитических и внешнеэкономических шагов государства со стороны хозяйствующих субъектов.

Прежде чем говорить о роли предпринимательского (хозяйственного) права в преодолении угроз экономическому суверенитету России, необходимо определиться с тем, что является такой угрозой. В соответствии со Стратегией национальной безопасности угроза национальной безопасности – это прямая или косвенная возможность нанесения ущерба конституционным правам, свободам, достойному качеству и уровню жизни граждан, суверенитету и территориальной целостности, устойчивому развитию Российской Федерации, обороне и безопасности государства. Такое понимание угрозы подходит и для угрозы экономическому суверенитету. Вместе с тем необходимо сделать оговорку, касающуюся приведенного определения в целом. «Возможность нанесения ущерба» – неадекватный термин для любой угрозы. Слово «возможность» в своей семасиологической нагрузке несет позитивный оттенок. Более приемлемо будет, например, указать на «опасность нанесения ущерба».

В предмет предпринимательского (хозяйственного) права, помимо отношений, складывающихся в процессе осуществления предпринимательской деятельности (отношений по горизонтали) и внутрихозяйственных отношений, представители науки предпринимательского (хозяйственного) права традиционно включают отношения по организации (регулированию) предпринимательской деятельности, складывающиеся между субъектами этой деятельности и государственными либо иными органами, уполномоченными на такое регулирование. Они называются обычно отношениями по вертикали. При этом приходится констатировать, что обе стороны данной вертикали – государство и субъекты предпринимательской деятельности – не являются идеальными. Соответственно обе стороны вертикали могут в определенной мере детерминировать проблемы, связанные с угрозами экономическому суверенитету.

Совершенствование самого государства – сфера конституционного и административного права, совершенствование форм государственного регулирования экономики и отчасти совершенствование субъектов предпринимательской деятельности (помимо того, что это и их собственная задача) – сфера предпринимательского (хозяйственного) права.

Для совершенствования как самого государства, так и субъектов предпринимательской деятельности важно, чтобы все принимаемые законы и другие нормативные правовые акты были должным образом подготовленными, четко выверенными, взвешенными, всесторонне продуманными, особо – на предмет возможных негативных

последствий их принятия. В противном случае, например, чрезмерная жесткость форм государственного регулирования экономики может способствовать уходу в тень (в криминальную сферу) целых направлений и видов предпринимательской деятельности, как это произошло, например, с деятельностью по организации и проведению азартных игр. Не меньшую опасность усиления теневой составляющей экономики несут в себе некоторые положения антитабачного законодательства. Вместе с тем не должно допускаться попустительство в отношении таких видов деятельности, в процессе осуществления которых грубо нарушаются права граждан. Так, деятельность коллекторских агентств не только дискредитирует цивилистические подходы к взысканию задолженности, но и, будучи по существу альтернативной формой юстиции, противоречит ст. 118 Конституции РФ.

В ныне действующей Государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента РФ от 29 апреля 1996 г. No 60 811 (далее – Государственная стратегия экономической безопасности), в качестве механизма экономической политики, направленной на обеспечение экономической безопасности, указана экспертиза принимаемых решений по финансовым и хозяйственным вопросам с позиции экономической безопасности Российской Федерации. Установлено, что законодательные и иные нормативные правовые акты при их подготовке в обязательном порядке должны проходить экспертизу на предмет экономической безопасности Российской Федерации.

Государство не должно, пусть и невольно, провоцировать предпринимателей к поведению, представляющему риск для экономического

суверенитета. Конституционный Суд РФ неоднократно отмечал, что реализация экономической свободы не должна противоречить в том числе публичным интересам общества и государства, связанным, в частности, с сохранением экономического суверенитета, обеспечением обороны страны и безопасности государства, а федеральный законодатель, руководствуясь целями защиты такого рода интересов, вправе устанавливать определенные условия осуществления и ограничения экономических прав12.

Цель предпринимательской деятельности – систематическое получение прибыли. Данная цель в совокупности с рисковым характером предпринимательской деятельности с неизбежностью предопределяет эгоистическую направленность поведения субъектов предпринимательской деятельности, которая, помимо вектора на созидание, может обусловливать и совершение правонарушений, не говоря уже о нарушении моральных принципов и норм.

В соответствии со Стратегией национальной безопасности главными стратегическими рисками и угрозами национальной безопасности в экономической сфере на долгосрочную перспективу являются сохранение экспортно-сырьевой модели развития национальной экономики, снижение конкурентоспособности и высокая зависимость ее важнейших сфер от внешнеэкономической конъюнктуры, потеря контроля над национальными ресурсами, ухудшение состояния сырьевой базы промышленности и энергетики, неравномерное развитие регионов и прогрессирующая трудонедостаточность, низкая устойчивость и защищенность национальной финансовой системы, сохранение условий для коррупции и криминализации хозяйственно-финансовых отношений, а также незаконная миграция.

Отмечается также, что недостаточная эффективность государственного регулирования национальной экономики, снижение темпов экономического роста, появление дефицита торгового и платежного баланса, сокращение доходных статей бюджета могут привести к замедлению перехода к инновационному развитию, последующему накоплению социальных проблем в стране.

В Государственной стратегии экономической безопасности среди вероятных внутренних угроз экономической безопасности упоминается увеличение имущественной дифференциации населения и повышение уровня бедности. Данная угроза пока еще не преодолена. Государство сталкивается с определенными трудностями в преодолении этой угрозы (и других угроз тоже), причем с трудностями, обусловленными в первую очередь внешними факторами.

Среди внешних угроз национальной экономической безопасности России следует выделить реализацию США имперской политики с целью противодействия укреплению России как одного из центров влияния в многополярном мире, ослабления ее позиции в Европе, на Ближнем Востоке, в Закавказье, Центральной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе13.

Вхождение Крыма в состав Российской Федерации и позиция России в отношении событий на Украине вызвали неприятие со стороны большинства стран Запада. В качестве средства давления на Россию был избран путь применения мер политического, дипломатического, экономического и информационно-пропагандистского характера, преследующих цели изменить внешнеполитический курс Российской Федерации, добиться ее международной изоляции, вынудить ее отказаться от Крыма14. Экономические санкции, введенные против России со стороны США и стран Европейского союза, безусловно, не могли не сказаться отрицательно на экономической ситуации в нашей стране. Однако и сами инициаторы санкций несут ощутимые потери15 благодаря ответным мерам со стороны Российской Федерации.

Проводимая Правительством РФ политика импортозамещения призвана возвратить российские товары на внутренний рынок и стимулировать отечественных товаропроизводителей выпускать конкурентоспособные товары для международных рынков.

Экономические санкции, применяемые в отношении России, противоречат нормам ВТО. В связи с этим высказываются предложения о выходе России из ВТО. Однако следует согласиться с профессором М. С. Саликовым, что такие шаги преждевременны. Кроме того, необходимо поддержать предложение об упорядочении процедуры присоединения Российской Федерации к крупным международным организациям путем предварительного контроля Конституционным Судом РФ конституционности договора о вступлении России в то или иное международное образование16.

Возрастание роли транснациональных корпораций также является серьезной внешней угрозой экономическому суверенитету России. Для предотвращения такой угрозы в России, по сути, создан необходимый правовой механизм, который позволяет, с одной стороны, активно привлекать и эффективно использовать в экономике иностранные материальные и финансовые ресурсы, передовую технику и технологии, управленческий опыт, обеспечивать стабильность условий деятельности иностранных инвесторов и соблюдение соответствия правового режима иностранных инвестиций

нормам международного права и международной практике инвестиционного сотрудничества, с другой стороны, в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства установлены изъятия ограничительного характера для иностранных инвесторов и для группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, при их участии в уставных капиталах хозяйственных обществ, имеющих стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства, и (или) совершении указанными лицами сделок, предусматривающих приобретение в собственность, владение или пользование ими имущества таких хозяйственных обществ. Надлежащая законодательная база фактически имеется17, необходимо эффективное правоприменение.

Криминализация экономики уже называлась выше в качестве одной из основных угроз экономическому суверенитету. Проблема усугубляется нелегальной миграцией, питающей рабочей силой теневой сектор экономики. Ежегодно в России от 3 до 5 млн иностранных граждан осуществляют трудовую деятельность без официального разрешения. По уровню прибыльности бизнес, обеспечивающий нелегальное перемещение мигрантов, занимает третье место после контрабанды наркотиков и оружия18.

Легальная миграция также может создавать определенные проблемы, в том числе связанные с ростом преступности. Использование труда легальных гастарбайтеров должно быть минимизированным и рационально обоснованным. Здесь как раз и проявляется ярко негативная сторона эгоистической направленности поведения отечественных субъектов предпринимательской деятельности. Недопустимы такие ситуации, когда, например, гражданин России увольняется и принимается гастарбайтер, которому «можно» платить в три раза меньше. В Стратегии национальной безопасности в качестве одного из направлений противодействия угрозам национальной безопасности справедливо указывается обеспечение баланса интересов коренного населения и трудовых мигрантов, а также обоснованное территориальное распределение трудовых мигрантов, исходя из потребностей регионов в трудовых ресурсах.

Следует посмотреть на зарубежный опыт. Так, отсутствие гастарбайтеров в Японии достигнуто простым законом: минимальная зарплата, на которую разрешено нанимать иностранного рабочего, превышает средний оклад японца. Таким образом, для высокооплачиваемых специалистов путь в страну остается открытым, а неквалифицированный приезжий труд не демпингует зарплату местных жителей: никакой предприниматель не возьмет на работу даже легального гастарбайтера – это попросту разорительно19.

Исходя из Стратегии национальной безопасности, ее обеспечение может достигаться за счет экономического роста путем развития национальной инновационной системы, повышения производительности труда, освоения новых ресурсных источников, модернизации приоритетных секторов национальной экономики, совершенствования банковской системы, финансового сектора услуг и межбюджетных отношений.

Развитие национальной инновационной системы и модернизация приоритетных секторов национальной экономики могут быть обеспечены в том числе и с помощью предпринимательско-правовых мер.

  1. Недопустимо ослабление государственного регулирования экономики. Речь, разумеется, идет об эффективном государственном регулировании. На начальной стадии

перехода к рыночной экономике, возможно, и был оправдан так называемый «рыночный романтизм», подпитываемый либеральными западными течениями. Однако в настоящее время, тем более с учетом уроков глобального финансовоэкономического кризиса, продолжать разговоры об отказе от государственного регулирования экономики, о чрезмерном участии государства в экономике, о сворачивании государственного сектора, идеализируя возможности частной собственности, можно лишь в интересах узкой прослойки олигархов. Именно отказ от государственного регулирования экономики рассматривается в качестве одной из главных причин кризиса.

  1. Необходимо наладить механизм эффективного и прозрачного взаимодействия государства и бизнеса. Стратегической формой такого взаимодействия является государственно-частное партнерство. Позитивный сдвиг в данном направлении произошел. Наконец-то принят Федеральный закон от 13 июля 2015 г. No 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»20 (далее – Закон о публичном партнерстве), который, при всех его недостатках, будет создавать определенные правовые условия для привлечения инвестиций в экономику Российской Федерации и повышения качества товаров, работ, услуг. Почему-то законодатель не счел необходимым использовать вполне удачный и объединяющий термин – «публично-частное партнерство». Исходя из ст. 3 Закона о публичном партнерстве, государственно-частное партнерство, муниципальночастное партнерство (далее – публичное партнерство) – юридически

оформленное на определенный срок и основанное на объединении ресурсов, распределении рисков сотрудничество публичного партнера с одной стороны и частного партнера с другой стороны, которое осуществляется на основании соглашения о публичном партнерстве, заключенного в соответствии с Законом о публичном партнерстве в целях привлечения в экономику частных инвестиций, обеспечения органами государственной власти и органами местного самоуправления доступности товаров, работ, услуг и повышения их качества. Закон о публичном партнерстве определяет широкий круг объектов соглашений о партнерстве, включая объекты транспортной инфраструктуры, благоустройства, здравоохранения, культуры.

Нормативные правовые акты субъектов РФ (а они были приняты во многих субъектах РФ), муниципальные правовые акты в сфере публичного партнерства должны быть приведены в соответствие положениям Закона о публичном партнерстве.

Постоянно совершенствуются положения Федерального закона от 21 июля 2005 г. No 115-ФЗ (в ред. от 29 декабря 2014 г.) «О концессионных соглашениях»21, который также призван привлекать инвестиции в экономику России. Концессионное соглашение является формой публично-частного партнерства. Оба названных закона по своей сути направлены на реализацию такого принципа предпринимательского (хозяйственного) права, как принцип партнерства хозяйствующих субъектов, который, применительно к вертикальным предпринимательским отношениям, предполагает деловое сотрудничество субъектов, регулирующих предпринимательскую деятельность, и субъектов, ее осуществляющих, их содействие друг другу в выполнении вертикальных предпринимательских обязательств, обеспечение рационального хозяйствования в объективном смысле.

Именно в партнерстве государства и субъектов предпринимательской деятельности заложен огромный потенциал для преодоления угроз экономическому суверенитету России.

  1. Самой востребованной формой государственного регулирования должна стать государственная поддержка предпринимательской деятельности, представляющая собой специфическую форму государственного регулирования экономики, заключающая в себе позитивную оценку субъектов предпринимательской деятельности, применяемая с целью их стимулирования к рациональному хозяйствованию в объективном смысле и выражающаяся в конкретных мерах материального и морального характера.

В качестве позитивной тенденции в сфере государственной поддержки предпринимательской деятельности можно назвать становление законодательства о развитии малого и среднего предпринимательства, о промышленной политике. Возможно, здесь стоит принять единый унифицированный нормативный правовой акт.

  1. Насущно необходима реализация цели предпринимательского права – обеспечение рационального хозяйствования. Существенными признаками (элементами) рационального хозяйствования являются: развитие производства (производственная составляющая), максимальное использование достижений научно-технического прогресса (инновационная составляющая), эффективное и оптимальное использование природных ресурсов при минимизации вредного воздействия на окружающую среду, энергосбережение

(экологическая составляющая), социальная направленность (социальная составляющая), нравственная направленность (нравственная составляющая). Рациональное хозяйствование, предопределяющее удовлетворение общественных потребностей, можно условно обозначить как рациональное хозяйствование в объективном смысле. Рациональное хозяйствование в субъективном смысле обусловлено потребностями отдельных субъектов предпринимательской деятельности.

Что касается нравственной составляющей рационального хозяйствования, то одним из ее элементов является патриотизм как основополагающее условие обеспечения экономического суверенитета России, консолидирующая основа взаимодействия государства и бизнеса, алгоритм и критерий оценки поведения субъектов предпринимательской деятельности.

 

 

 

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право