На главную Написать письмо

Правовое регулирование холдинговых компаний

И. С. Шиткина, заместитель генерального директора Холдинговой компании «Элинар»

Правовое регулирование холдинговых компаний в Российской Федерации существенным образом отстает от предпринимательской практики. Холдинговые компании возникли в России не только в рамках приватизационного законодательства в соответствии с Временным положением о холдинговых компаниях, создаваемых при преобразовании предприятий в акционерные общества, утвержденным Указом Президента РФ от 16 ноября 1992 г. № 1392 «О мерах по реализации промышленной политики при приватизации государственных предприятий», но и в результате естественных интеграционных процессов концентрации производства и капитала, восстановления разрушенных технологических взаимосвязей хозяйствующих субъектов, входящих ранее в промышленные и производственные объединения. Кстати, достаточно вспомнить эти формы объединений, существовавшие в плановой социалистической экономике, чтобы констатировать, что Россия является страной с традициями ведения крупного бизнеса, в отличие от многих других европейских стран, экономический фундамент которых составляет малое и среднее предпринимательство.

Холдинги возникли также и в результате обратного процесса – разукрупнения организаций, когда в результате реорганизации или учреждения на месте одного юридического лица появляется группа хозяйственных обществ, включая основное и дочерние. Официальные статистические данные о числе холдингов в РФ не публиковались. «Анализ курсирующих в различных публикациях сведений, – пишет А. Б. Фельдман, – позволяет сделать вывод, что число фактических холдингов достаточно велико (в угольной, нефтяной отраслях, сфере профессионального фондового рынка)»1.

При значительной распространенности холдингов в современной предпринимательской практике отсутствует адекватное правовое обеспечение создания и деятельности холдинговых компаний.

Правовое регулирование холдингов, осуществляемое в настоящий момент в рамках гражданского законодательства через определение категорий основного и дочерних хозяйственных обществ (ст.105, 106 ГК РФ, ст. 6 Федерального закона «Об акционерных обществах», ст. 6 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»), явно отстает от требований предпринимательской практики, к тому же является по ряду аспектов противоречивым2. Мы до сих пор не имеем системного законодательства, которое бы регламентировало «внутреннюю жизнь» холдингов и их внешние контакты – взаимодействие с другими предпринимательскими структурами, кредиторами, акционерами, наконец государством.

Около трех лет в Государственной думе обсуждался проект Федерального закона «О холдингах». Принятый Государственной думой еще в декабре 1999 г., одобренный Советом Федерации в июле 2000 г., он был отклонен Президентом РФ 20 июля 2001г. с жесткой формулировкой, что при его разработке четко не были определены экономическая и юридическая цели создания и регламентации деятельности такого образования, как холдинг, в результате чего законопроект содержит большое количество неясных положений, применение которых затруднено, а отдельные положения противоречат Гражданскому кодексу РФ и другим федеральным законам. В октябре 2001 г. была создана согласительная комиссия, но и в редакции согласительной комиссии, уже с учетом предложений главы государства, закон был отклонен в феврале 2002 г. 7 июня 2002 г. на своем пленарном заседании Государственная дума сняла проект Закона «О холдингах» с повторного рассмотрения. Так закончилась «эпопея» законопроекта № 99049555-2, который, по оценке разработчиков, носил рамочный характер, а на наш взгляд, был «сырым» документом, слишком общим, отсылочным, не имеющим механизмов реализации многих содержащихся в нем положений (в последней редакции проекта было всего 12 статей). В законопроекте совсем не затрагивались вопросы взаимоотношений холдингов с антимонопольными, налоговыми органами, не рассматривались аспекты внутренних взаимоотношений в холдинге, не было уделено внимания вопросам корпоративного управления и корпоративного контроля в этом предпринимательском объединении. При этом отсутствие системного правового регулирования в конечном счете не является фактором, запрещающим или даже ограничивающим осуществление предпринимательской деятельности в холдинговой форме. Другое дело, что это неудобно для специалистов, работающих в холдинге, непрозрачно для государства и кредиторов. Именно поэтому, несмотря на снятие законопроекта № 99049555-2 с рассмотрения Государственной думы, в предпринимательских кругах не угасает надежда на принятие системного законодательного акта, посвященного правовому регулированию холдингов, который на более глубоком уровне, чем имевшийся проект закона, обеспечит правовую базу организации и деятельности самой распространенной в российском бизнесе формы предпринимательского объединения.

Правовую основу образования холдингов с участием государства или муниципальных образований создает Федеральный закон «О приватизации государственного и муниципального имущества»3, в частности, ст. 25 «Внесение государственного и муниципального имущества в качестве вклада в уставные капиталы открытых акционерных обществ» и ст. 26 «Продажа акций открытого акционерного общества по результатам доверительного управления». Следует заметить, что с принятием Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» от 14 ноября 2002 г. № 161-ФЗ4, ограничившего осуществление предпринимательской деятельности в этой организационно-правовой форме (ст.8 Закона), а также запретившего унитарным предприятиям создавать дочерние предприятия (ст.2 Закона), процесс преобразования государственных и муниципальных унитарных предприятий в открытые акционерные общества, в том числе со 100 %-ной долей участия государства или муниципального образования в уставном капитале, станет более активным.

Одним из положительных моментов в принятии законопроекта было бы введение консолидированной отчетности участников холдинга, упрощение налогообложения. Интересно при этом, что холдинговые компании, многие из которых возглавляют известные предприниматели и политики, имеющие определенное влияние на законодательные органы, активно не инициировали принятие Федерального закона «О холдингах». Холдинги выступают сегодня на рынке как закрытая система, подчиняясь в условиях чистого правового поля своим внутренним законам. Интересно высказывание на этот счет заместителя председателя комитета по собственности Государственной думы И. Лисиненко, сделанное в период обсуждения законопроекта: «…Скорость принятия закона зависит от того, насколько он нужен обществу. Законопроект о холдингах никто не лоббирует, поэтому он и не продвигается. Значит, никто не заинтересован в том, чтобы он был принят. Лобби – очень хороший индикатор общественного мнения»5.

В принятии законопроекта «О холдингах», казалось бы, должно быть больше других заинтересовано государство, чтобы оградить потенциально слабых участников имущественного оборота и обеспечить наполняемость бюджета за счет крупных холдинговых структур. Но выходит, что и государству в сложившейся ситуации также удобно: оно делегирует сегодня свои функции по управлению государственной собственностью крупным холдинговым компаниям; по сложившейся традиции эти структуры занимаются социальной сферой, обеспечивают занятость населения, т. е. получается, что государство пока тоже не очень заинтересовано в наличии системного законодательства о холдингах.

Пока Закон «О холдингах» не принят, правовое регулирование холдингов носит отстающий от требований современной предпринимательской практики усеченно-фрагментарный характер.

Упоминание о холдингах содержится в Федеральном законе «Об акционерных обществах», в соответствии с подп. 18 п.1 ст.48 которого принятие решения об участии в холдинговых компаниях, финансово-промышленных группах, ассоциациях и иных объединениях коммерческих организаций относится к компетенции общего собрания акционеров.

Антимонопольное законодательство, не оперируя собственно понятием «холдинговая компания», относит эти хозяйствующие субъекты к группе лиц (ст. 4 Закона о конкуренции).

Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» в вопросе регулирования холдинговых компаний претерпел существенные изменения. В предыдущем параграфе мы рассмотрели основные особенности банковского холдинга и банковской группы в трактовке Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» от 19 июня 2001 г. № 82-ФЗ и вынуждены констатировать противоречие его отдельных положений ГК РФ и Закону о конкуренции. Так, в отличие от Гражданского кодекса, Закон «О банках и банковской деятельности» содержит закрытый перечень оснований установления существенного влияния в системе холдинга одного юридического лица на другие. Различая понятия «банковский холдинг» и «банковская группа», по сути, по критерию профиля деятельности головной организации (в холдинге головная организация не может быть кредитной, а в группе, напротив, является кредитной), Закон «О банках и банковской деятельности», таким образом, содержит иное понимание группы лиц в сравнении с Законом о конкуренции. Нашей позицией является точка зрения о неоправданности значительного своеобразия правового регулирования холдинговых компаний в связи с профилем их деятельности и о необходимости установления единых критериев определения холдинговых компаний в различных отраслях законодательства.

В законодательстве и в правовой литературе отсутствует единообразие и в употреблении понятий «холдинг» и «холдинговая компания». Зачастую эти термины используются применительно к основному обществу связанной отношениями экономической зависимости группы лиц. Представляется правильным использовать понятия «холдинг» или «холдинговая компания» для обозначения совокупности юридических лиц, объединенных отношениями экономической зависимости, а применительно к контролирующему обществу употреблять предусмотренные законодательством категории материнское, или основное, общество.

Такой подход при определении холдинговой компании использовался в проекте Федерального закона «О холдингах». Согласно законопроекту холдингом является совокупность двух и более юридических лиц (участников холдинга), связанных между собой отношениями (холдинговыми отношениями) по управлению одним из участников (головной компанией) деятельностью других участников холдинга на основе права головной компании определять принимаемые ими решения. Холдинговые отношения, согласно законопроекту, могут возникать при наличии хотя бы одного обстоятельства:

преобладающего участия одного хозяйственного общества или хозяйственного товарищества (головной компании) в уставном капитале другого хозяйственного общества; под преобладающим участием в капитале хозяйственного общества (участника холдинга) понимается владение головной компанией акциями (долями) в размере, позволяющем в соответствии с законодательством РФ и уставом хозяйственного общества определять любые решения, принимаемые указанным хозяйственным обществом;

договора о создании холдинга между головной компанией и участниками холдинга или договора между головной компанией и участниками (учредителями, акционерами) других юридических лиц – участников холдинга;

решения собственников имущества, если все участники холдинга являются государственными или муниципальными унитарными предприятиями, и внесения соответствующих записей в уставы участников холдинга.

Таким образом, в проекте была сделана попытка перечислить возможные основания возникновения холдинговых отношений. Интересной представляется идея так называемого договорного холдинга, который, на наш взгляд, близок по сути к имеющимся в системе германского права договорам отчисления прибыли и подчинения6.

К положительным новеллам несостоявшегося проекта Закона «О холдингах», по нашему мнению, следует отнести признание наличия холдинговых отношений между государственными или муниципальными унитарными предприятиями по решению собственников их имущества. Действующее законодательство, как уже было отмечено, не обеспечивает правового регулирования отношений, связанных с деятельностью предпринимательских объединений с различным составом участников. И здесь интересно следующее. До принятия Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», запретившего унитарным предприятиям создавать дочерние предприятия и внесшего соответствующие изменения в ст. 114 ГК РФ, одним из дискуссионных вопросов был правовой статус предпринимательских объединений с участием государственных (муниципальных) унитарных предприятий и учрежденных ими дочерних предприятий7.

В настоящий момент государственные и муниципальные предприятия не вправе создавать в качестве юридического лица другие унитарные предприятия путем передачи им части своего имущества. Созданные унитарными предприятиями до вступления в силу Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» дочерние предприятия подлежат реорганизации в форме присоединения к создавшим их унитарным предприятиям в течение шести месяцев со дня вступления в силу указанного закона (п. 3 ст. 37).

По ныне действующему законодательству государственные и муниципальные унитарные предприятия могут быть участниками (членами) коммерческих и некоммерческих организаций, в которых в соответствии с Федеральным законом допускается участие юридических лиц. Исключение установлено только в части кредитных организаций – унитарные предприятия не вправе выступать учредителями (участниками) этих организаций. Решение об участии унитарного предприятия в коммерческой или некоммерческой организации, о распоряжении вкладом (долей) в уставном (складочном) капитале хозяйственного общества или товарищества, а также принадлежащими унитарному предприятию акциями может быть принято унитарным предприятием только с согласия собственника (ст. 6 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»).

Из приведенных законодательных положений следуют два вывода. Во-первых, государственные и муниципальные предприятия могут участвовать в коммерческих и некоммерческих организациях, иметь акции, доли (вклады) в уставных (складочных) капиталах хозяйственных обществ или товариществ и распоряжаться ими. Во-вторых, они могут осуществлять все указанные выше полномочия только с согласия собственника. Таким образом, разрешился вопрос правовой регламентации распоряжения государственной и муниципальной собственностью, находящейся в хозяйственном ведении унитарных предприятий, при участии этих предприятий в предпринимательских объединениях.

Представляется, что при наличии у унитарного предприятия контрольного пакета акций (долей участия) в уставном капитале хозяйственного общества мы можем говорить о наличии холдинговых отношений между унитарным предприятием и хозяйственным обществом. Особенностью подобного рода холдинговых отношений является то, что решение по управлению акциями (долями участия), а значит, по определению условий осуществления подконтрольным хозяйственным обществом предпринимательской деятельности, унитарные предприятия будут принимать по согласованию с собственником имущества.

Отношения холдингового типа можно отследить также в случаях учреждения или преобладающего участия некоммерческих организаций в хозяйственных обществах, созданных ими для достижения своих уставных целей. Так, фонд или ассоциация (союз), согласно законодательству (соответственно п. 2 ст. 118, п. 1 ст. 121 ГК РФ), создавшие хозяйственные общества или имеющие в их уставных капиталах преобладающее участие, по сути выступают по отношению к ним подобно тому, как основное общество выступает по отношению к дочерним. Такие отношения между некоммерческими организациями и хозяйственными обществами с их участием оказались вообще не урегулированными действующим законодательством. Возможность варианта холдинга с таким составом участников отсутствует и в проекте Федерального закона «О холдингах».

При всем многообразии возможных вариантов холдинговых отношений между организациями различных организационно-правовых форм, исходя из действующего законодательства, правовой доктрины стран с развитыми рыночными отношениями, содержащей классическое понимание холдинга, в этой работе мы рассматриваем холдинг как совокупность основного общества (товарищества) и дочерних хозяйственных обществ.

Такая позиция связана также с пониманием того, что организационно-правовая форма участников объединения во многом определяет его правовой статус. На фоне возможного внешнего сходства отношений, например, между основным и дочерним хозяйственным обществами и унитарными предприятиями, входящими в состав холдингового объединения, существуют серьезные различия в связи со спецификой организационно-правовых форм коммерческих организаций, формирующих эти разновидности предпринимательских объединений.

В отсутствие единого нормативного документа, регулирующего создание и деятельность холдинговых компаний, специалистами в области корпоративного права разработан проект модельного (рекомендательного) законодательного акта «О холдингах» для государств-участников Содружества Независимых Государств. В соответствии с этим проектом холдингом признается совокупность юридических лиц, состоящая из основной и дочерней (дочерних) компаний, ведущих совместную производственную, торговую, финансовую и иную коммерческую деятельность и связанных между собой системой участия (как имущественного, так и неимущественного характера), предоставляющей основной компании право определять важнейшие управленческие и хозяйственные вопросы деятельности дочерних компаний.

Обязательным признаком холдинга является наличие холдинговых отношений между образующими его участниками.

Холдинговые отношения суть особая разновидность интеграционного взаимодействия субъектов хозяйствования, связанная с их субординацией, предполагающей возможность одному из них в силу различных правомочных обстоятельств определять важнейшие управленческие и хозяйственные вопросы деятельности других. Холдинговые отношения могут возникать в силу преобладающего участия основной компании в капитале других юридических лиц; договора между ними; договора между основной компанией и акционерами (участниками) других участников холдинга; возможности физических лиц, образующих органы управления основной компании, определять характер решений органов управления других юридических лиц; решения (нормативного правового акта), принятого в пределах своей компетенции собственником имущества государственного предприятия, если все участники холдинга являются государственными предприятиями»8 (курсив наш. – И. Ш.).

Авторы законопроекта, таким образом, рассматривают холдинг с различным составом участников, предполагая многообразие оснований возникновения холдинговых отношений. Так, они выделяют: имущественный, договорный, имущественно-договорный, государственный, стратегический, транснациональный, межгосударственный, управленческий, смешанный, финансовый холдинг и субхолдинг (промежуточный холдинг)9. Не вдаваясь в анализ «чистоты критериев» выделения различных видов холдинга и в оценку некоторых других спорных, на наш взгляд, положений рекомендательного акта, отметим в целом, что его авторы, отвечая на требования времени, сделали серьезную разработку правового статуса холдинга, более детальную, чем содержит сегодня проект Федерального закона «О холдингах».


1. Фельдман А.Б. Указ.соч. С.111.

2. Например, в аспекте ответственности основного общества по долгам дочернего (см. об этом § 6 данного издания).

3. СЗ РФ. 2002. № 4. Ст.251. Закон вступил в силу с 26.04.2002 г.

4. Российская газета. 2002. 3 дек.

5. Финансовая Россия. 2001. №10. С.6.

6. Согласно договору отчисления прибыли акционерное общество или коммандитное общество на акциях обязуется переводить всю свою прибыль другому предприятию. Равнозначным ему следует считать договор, по которому акционерное общество или коммандитное общество на акциях ведет свою деятельность за счет другого предприятия. В соответствии с договором подчинения акционерное общество или коммандитное общество на акциях подчиняется другому предприятию (властвующему предприятию). При этом практически всегда договор подчинения содержит условия, обязывающие общество отчислять всю свою прибыль или часть прибыли другому предприятию. В предпринимательской деятельности, как правило, указанные договоры заключаются вследствие финансовых затруднений дочерних обществ, требующих финансовых вложений. Значительное количество положений этих договоров направлено на защиту интересов дочерних обществ.

7. Суханов Е.А. Комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. Карповича В.Д. М., 1995. С.172–173.

8. Винслав Ю., Германова И. Холдинговые отношения и правообеспечение их становления в России и СНГ (вариант содержания модельного закона о холдингах и комментарий к нему) // Российский экономический журнал. 2001. №4. С.19–32.

9. В соответствии с рекомендательным актом субхолдингом является объединение, в котором дочерняя компания в силу имущественных и/или договорных отношений наделена особыми правами по регулированию деятельности входящих в холдинг дочерних компаний.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право