На главную Написать письмо

Нужна ли России национальная идея?

В. С. Белых, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой предпринимательского права Уральской государственной юридической академии

После распада СССР современная Россия переживает очередной системный кризис. Кризис достаточно глубокий и охватывающий все стороны и сферы политической, социально-экономической, духовной жизни общества. Даже после десяти лет с момента появления суверенитета России и других независимых государств – бывших союзных республик не удалось избавиться от последствий такого распада. Разрыв произошел по «живому организму», больно ударив по всем сферам: политическим, экономическим, межнациональным и др.

Распад СССР и образование независимых государств – событие огромной исторической важности, которое еще не получило адекватной оценки у историков, политиков, юристов. По-разному объясняются причины и последствия данного распада. Распространенным считается взгляд о том, что распад советского государства (читай: советской империи) – закономерный процесс, имеющий в историческом сравнении известные аналогии (например, распад Римской или Османской империй). Так, известный политолог профессор З. Бжезинский пишет: «Крах Советского Союза стал заключительным этапом постепенного распада мощного китайско-советского коммунистического блока, который за короткий промежуток времени сравнялся, а в некоторых зонах даже превзошел границы владений Чингисхана»1. Далее бывший советник по национальной безопасности американского президента сокрушается над тем обстоятельством, что крах Российской империи создал вакуум силы в самом центре Евразии.

Пока оставим суждения автора нашумевшего произведения, который никогда не испытывал каких-либо симпатий к СССР, России и русскому народу. То, что сейчас именуется «империей зла» («китайско-советским коммунистическим блоком», «черной дырой», конгломератом и т. д.), – это родина миллионов людей, проживающих на территориях бывших советских республик.

Действительно, история Российского государства есть история беспрерывно колонизирующейся страны, как справедливо отмечал В. О. Ключевский2. Причем колонизация распространилась не только на Кавказ, Среднюю Азию, но и захватила огромные районы Сибири и Дальнего Востока. Произошло насильственное приращение территорий к сложившемуся русскому центру образования.

Если рассматривать современные границы России с позиции колонизации как основного факта русской истории, тогда распад СССР можно объяснить просто: умерла еще одна колония. Логические рассуждения в этом направлении позволяют предположить, что процесс деколонизации не завершен и в перспективе Россию ждет очередная волна распада. Так, по мнению Д. В. Драгунского, «не исключено, что России придется восстанавливаться на своих собственных, исконно русских просторах, которые с запада ограничены Украиной и Прибалтикой, а с востока – недавно созданной федерацией «Большая Волга…»3. Как говорится, если Россия должна умереть, то по полной программе.

По поводу такого рода рассуждений возникает, по крайней мере, два вопроса. Во-первых, почему именно для России уготовано обратное преобразование после распада СССР? Это есть закономерность, неизбежность, либо стечение случайных обстоятельств, либо некий заговор «темных сил». Во-вторых, если деколонизация неизбежна, почему она проходит мимо Соединенных Штатов – государства, история которого изобилует фактами агрессии и порабощения? Напротив, со слов З. Бжезинского, Америку ждет процветание, и цель политики США – закрепить собственное господствующее положение на больший период времени. Это важно сделать, как считает профессор З. Бжезинский, не столько для американцев, сколько для народов всего мира, ибо США – гарант стабильности от тех или иных потрясений в различных сферах. Правда, в конце своего произведения идеолог американской внешней политики признает: «…мировой политике непременно станет все больше несвойственна концентрация власти в руках одного государства. Следовательно, США не только первая и единственная сверхдержава в поистине глобальном масштабе, но, вероятнее всего, и последняя»4. Но вряд ли читатель обнаружит в книге какие-либо фрагменты, посвященные распаду США по аналогии с развалом СССР. Здесь аналогии неуместны.

Вместе с тем факт есть факт. СССР больше не существует, а это означает, что России необходимо определить свое место и роль в системе отношений с бывшими союзными республиками, а также с государствами дальнего зарубежья.

В свете геополитики и новых политических, социально-экономических задач, стоящих перед современной Россией, на первое место выходит проблема, обозначенная в названии статьи «Нужна ли России национальная идея?». С тем, чтобы долго не водить читателя по лабиринтам столь сложной проблематики, сразу же отвечу: «Да, нужна». Без национальной идеи движение и развитие России становится бесцельным, об этом красноречиво свидетельствуют уроки прошлого.

Следует согласиться с тезисом, что отсутствие национальной идеи – это духовный кризис общества, характеризующийся разрывом единого пространства, утратой единства мнений базовых социальных ценностей, понижением уровня национальной самооценки5. Однако сложнее обстоит дело с определением и раскрытием сущности рассматриваемого явления. Едва ли следует игнорировать факт ненаучного подхода в исследовании признаков и элементов, образующих в единстве такое понятие, как национальная идея. Для такого утверждения существуют различного рода основания. Так, Василий Головачев в книге «Что такое национальная идея» пишет: «Это всего лишь выражение высших, общих интересов нации или этноса, ее нельзя сочинить, сконструировать в кабинетах ученых или писателей, а потом издать в виде указа президента. Она живет в глубинах народного духа, и только народ является ее носителем». Резонно возникает вопрос: разве можно сформулировать научное определение национальной идеи, если последняя живет в недрах народного духа и лишь народ знает, что есть такая идея?

На наш взгляд, если пойти этим путем, тогда следует отказаться от определения многих понятий. Например, категории «свобода», «воля», «дух» также живут в глубинах народа, нации или этноса. Не лучше ли обратиться к народу, а не к его представителям? Конечно, уважаемый читатель, здесь автор данной публикации, образно говоря, «сгущает краски», но делает это преднамеренно.

Даже беглый обзор современного понимания национальной идеи свидетельствует об отсутствии четких границ в исследовании столь сложного общественного явления. В порядке иллюстрации можно привести некоторые фрагменты высказываний на этот счет. Так, 8–9 июня 2002 г. в Санкт-Петербурге состоялась V Всероссийская выставка достижений практической психологии. Казалось бы, какое отношение психология имеет к национальной идее России. Оказывается, прямое: в ходе выставки состоялся общественный форум «Национальная идея Россия: психологическое содержание». Профессор, доктор психологических наук В. Аллахвердов предполагает, что Россия может выдвинуть в качестве национальной идеи развитие новых технологий образования и психологии как науки, обеспечивающей данный процесс. Весьма любопытное утверждение.

Лидер политической партии «Яблоко» Григорий Явлинский 19 ноября 2002 г. на круглом столе «Петербург XXI века» заявил о своем видении национальной идеи России. В качестве таковой лидер партии назвал уважение; это то, чего жаждет российское население всех слоев и регионов. Задача государства – обеспечить населению уважение6. Правда, уважение в чем и в отношении кого (чего)?

Президент России 30 января 2003 г. на заседании Государственного совета Российской Федерации, при обсуждении вопросов повышения роли физической культуры и спорта для формирования здорового образа жизни россиян, считает, что физкультура и спорт становятся частью национальной идеи России. Тоже интересный ракурс в определении национальной идеи.

Теперь обратимся к этимологическому смыслу слова «идея». В Большом энциклопедическом словаре (БЭС) идея есть первоначально «то, что видно», затем «видимая сущность», прообраз7. Будучи прообразом (видимой сущностью), идея представляет собой сложное и многогранное явление. Идея – продукт идеологии (надстройки), тем самым противопоставляется базисным категориям.

Вот что пишет С. С. Алексеев о правовых идеях: «Обычно правовые идеи понимаются в науке, в практике юриспруденции как некие «просто идеологические положения», категории правосознания, которые выражают постулаты какой-то философской, политической или правовой доктрины»8. Примечательная мысль: идея есть прообраз сознания. В свою очередь, сознание неоднородно и подразделяется (с учетом носителя) на различные виды: индивидуальное, групповое, массовое и общественное. В зависимости от уровня сознание классифицируется на обыденное, профессиональное и научное9. Отсюда следует, что национальная идея – это прообраз (совокупность представлений) народа, наций и народностей.

Однако сложности возникают по поводу содержания рассматриваемой категории. Прежде всего, возникает принципиальный вопрос: достаточно ли ограничить национальную идею конкретной целью, объединяющей нацию (народ), либо, напротив, надо искать истину где-то в совокупности элементов (составных частей), что в конечном итоге образует единое понятие? Например, в советское время основная идея (национальная или государственная) сводилась к одному – построению коммунистического общества. Народ был заражен и ослеплен идеей жить в обществе справедливости и добра, в обществе, где балом правят Закон и Правда. Идея, навязанная сверху, потерпела фиаско. Это были миф, утопия.

Действительно, можно вспомнить иные идеи в других государствах (идея генерала де Голля о «величии Франции», идея президента Ф. Рузвельта об «американской мечте»). Все эти идеи сфокусированы на чем-то одном и исходят от выдающейся личности. Народ верит в перспективы развития данной идеи и готов следовать за своим вождем в ее претворении, даже путем самопожертвования.

Итак, попытаемся сформулировать некоторые промежуточные выводы. 1. Идея как прообраз общественного сознания зреет внутри народа, нации. Но в любом случае она должна получить оформление в документе (даже если этот документ получит закрепление в указе Президента РФ). Почему можно формулировать вопросы национальной безопасности в указе Президента, а национальная идея выходит за рамки государственного оформления. 2. Второй тезис: идея идее рознь. Надо различать государственную, национальную и русскую идеи. Конечно, при сопоставлении они могут перекрещиваться и пересекаться. Вместе с тем сказанное не означает, что указанные виды совпадают. Более подробно о русской идее поговорим ниже. 3. Национальная идея не абстрактна, она конкретна, а ее содержание должно соответствовать конкретным условиям развития общества. Однако при этом не следует исключать накопленный опыт народа и нации. Слишком непозволительная роскошь забывать (не замечать) исторического прошлого.

О русской идее писали многие. Но лучше, чем написал об этом русский философ Николай Бердяев, вряд можно обнаружить (если не лукавить). Поэтому обратимся к известному произведению талантливого ученого и общественного деятеля России10. Надо признаться, что цитируемое произведение читается архисложно: достаточно сказать, что в нем приводятся многочисленные ссылки на писателей, поэтов, критиков, философов; причем такие ссылки часто не сопровождаются научными выводами. Возможно, это в большей мере объясняется тем обстоятельством, что Н. А. Бердяев не относится к числу академических философов. Он был противником универсальных мировоззренческих систем11. «Моя философия не научная, а профетическая и эсхатологическая по своей принадлежности», – писал Николай Бердяев в книге «Самопознание». Тем не менее заинтересованный читатель обнаружит в конце произведения о русской идее заключительные слова12.

Первое: русский народ – религиозный по своему типу и по своей душевной структуре. Русские люди, «…даже когда они ушли от православия, продолжали искать Бога и Божьей правды, искать смысла жизни». Поэтому православие есть составная часть русской идеи. Русские являются православными и в том случае, если они атеисты, осуществляют гонение на православную церковь. Интересна мысль Н. А. Бердяева: «…известно, что нет интеллигенции более атеистической, чем русская»13. В историческом прошлом – писатель Лев Толстой.

Второе: «русская идея – эсхатологическая, обращенная к концу»:. Однако в русском сознании эсхатологическая идея принимает форму стремления ко всеобщему спасению. Отсюда стремление русского народа к самопожертвованию.

В-третьих: «русские люди любовь ставят выше справедливости». Например, любовь к ближнему или любовь к Родине. Но справедливость всегда присутствовала в русском человеке, особенно в русской интеллигенции. В статье «Философская истина и интеллигентская правда» Николай Бердяев пишет: «С русской интеллигенцией в силу исторического ее положения случилось вот какого рода несчастье: любовь к уравнительной справедливости, к общественному добру, к народному благу парализовала любовь к истине, почти что уничтожила интерес к истине»14. Эта любовь к справедливости существует и в настоящее время.

Далее русский философ дает краткую характеристику русской душе и сознанию. Здесь называются, с одной стороны, сострадательность, жалостливость, с другой – любовь к свободе и склонность к рабству и т. д.

В определении национальной идеи часто указывают на имперское мышление. Каждая нация, доросшая до великой мировой роли, стремится построить свою Империю15. После распада СССР коммунистическая империя умерла. Не случайно Николай Бердяев отмечал, что «коммунизм есть русское явление, несмотря на марксистскую идеологию… Коммунизм должен быть преодолен, не уничтожен»16. В современной России коммунизм не преодолен, а был уничтожен. Борьба с коммунизмом закончилась трагично: была уничтожена империя.

В каскаде мнений относительно национальной идеи не последнее место занимает народный патриотизм, т. е. любовь к Родине. Мы уже отмечали ранее, что «русские люди любовь ставят выше справедливости». Однако сейчас явно не хватает патриотизма во всех его проявлениях. Напротив, в современной России наблюдается тенденция негативного отношения к Родине. Это весьма опасная тенденция, имеющая под собой серьезные деструктивные последствия.

Чаще всего нас призывают любить Родину, об этом постоянно говорят политические деятели и государственные мужи, политологи и ученые. Но в действительности такие призывы расходятся с делами, реальным положением. Любовь к Родине нельзя построить на идеологических постулатах с высоких трибун. Это, образно говоря, состояние души народа и нации. Патриотизмом надо заболеть.

И все-таки, национальная идея – не многоликий Янус. Можно было бы, конечно, утверждать, что она (идея) состоит из таких элементов, как религиозность (в частности, православие), любовь и справедливость, уважение и патриотизм и др. Но сейчас главное в национальной идее заключается в осознании народом своего Я как единого монолитного целого. Мы – россияне (русские и другие народности). Все остальное – средство достижения и реализации национальной идеи. Патриотизм и религиозность, например, формируют сознание народа (нации) до качественно нового уровня. Патриотизм не ради патриотизма.

Равно и религия не ради религиозности и соборности. Следует согласиться, что национальная идея России не может быть религиозной, хотя бы из-за множественности конфессий в нашей стране. Поэтому национальная идея должна быть не русской, а общероссийской. Что касается государственной идеи, то она, на наш взгляд, представляет собой построение новой великой России.


1. Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геополитические императивы. М.: Международные отношения,1999. С.108–109.

2. Ключевский В. О. Курс русской истории. М., 1987. С.50.

3. Драгунский Д. В. Россия, которую мы обретаем// Новый мир. 1993. № 1. С.10.

4. Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геополитические императивы. С.48.

5. Сперанский А. Патриотизм и национальная идея// Уральский федеральный округ (УрФО). 2003. № 5. С. 44–45.

6. http://spb. yabloko. ru/ pbl/94. php

7. Большой энциклопедический словарь/ Главный редактор А. М. Прохоров. М.: Советская энциклопедия, 1991. С. 476.

8. Алексеев С. С. Восхождение к праву. Поиски и решения. М.: Изд-во НОРМА, 2002. С.227.

9. См.: Теория государства и права: Учебник для вузов/ Под ред. проф. В. М. Корельского и проф. В. Д. Перевалова. М.: Изд-во НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М), 2001. С.338–339.

10. Бердяев Н. А. Самопознание. М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс; Харьков: Изд-во Фолио, 2000. С. 11–248.

11. См.: Блюменкранц М. А. Романтик духа: Бердяев Н. А. Самопознание. С.3–4.

12. Бердяев Н. А. Самопознание. С.245–247.

13. См.: Вехи; Интеллигенция в России: Сб. си. 1909–1910/ Сост., коммент. Н. Казаковой; Предисл. В. Шелохаева. М.: Мол. Гвардия, 1991. С.49.

* Эсхитология – религиозные учения о конечных судьбах мира и человека.

14. Вехи; Интеллигенция в России: Сб. си. 1909–1910/ Сост., коммент. Н. Казаковой; Предисл. В. Шелохаева. С.30.

15. См.: Смолин М. Б. Имперское мышление и имперский национализм М. О. Меньшикова (Меньшиков М. О. Письма к русской нации/ Вступ. статья и примеч. М. Б. Смолина. 2-е изд., переработанное и дополненное. М.: Изд-во журнала «Москва», 2000. С.5.

16. Бердяев Н. А. Самопознание. С. 243.

 

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право