На главную Написать письмо

Предупреждение коррупционного и иного противоправного поведения: опыт судей России и США*

О. Н. Ведерникова, доктор юридических наук, руководитель отдела уголовно-правовых исследований и сравнительного правоведения Российской правовой академии Минюста РФ

Современный этап судебной реформы в России, начало которой было положено в 1991 г. в результате принятия «Концепции судебной реформы», направлен на обеспечение независимости и беспристрастности правосудия, повышение требований, предъявляемых к профессиональному поведению судей, усилению их ответственности за соблюдение норм закона и профессиональной этики. Новые тенденции в осуществлении судебной реформы нашли отражение в федеральных законах, принятых 15 декабря 2001 г., включая Федеральный конституционный закон «О внесении дополнения и изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации», Федеральный конституционный закон «О внесении изменений и дополнений в Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации», Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в закон Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации». Данные законодательные акты внесли существенные изменения в действующую систему гарантий независимости и беспристрастности судей, отражая общую тенденцию на укрепление правопорядка в стране, проявляющуюся во внутренней политике нынешней администрации Президента Российской Федерации. В соответствии с указанными законодательными актами введено медицинское освидетельствование претендента на должность судьи; изменен порядок наделения судей полномочиями; внесены законодательные изменения в статус судей: предусмотрена административная и дисциплинарная ответственность судей в случае нарушения норм закона «О статусе судей», а также положений Кодекса судейской этики, утверждаемого Всероссийским съездом судей.

В настоящее время действующим Кодексом судейской этики является «Кодекс чести судьи Российской Федерации», утвержденный постановлением Совета судей Российской Федерации от 21 октября 1993 г. В основе данного Кодекса лежит разработка автора данной статьи, которая была создана под значительным влиянием американского «Кодекса поведения судей США», принятого Конференцией судей США 5 апреля 1973 г. (в ред. 1992 г.). С тех пор данный законодательный акт претерпел изменения, внесенные в 1996 и 1999 гг. В нашей стране, как отмечено выше, в декабре 2001 г. также произошли законодательные изменения, касающиеся статуса судей. В связи с изложенным, представляет интерес проследить современную динамику развития законодательства, регулирующего профессиональное поведение и статус судей в России и США.

Нормы судебной этики, регулирующие профессиональную и внеслужебную деятельность американских федеральных судей, являются нормами корпоративного права, разработанными в соответствии с законами, принятыми Конгрессом США, включая Закон «О реформе судебных советов, поведении судей и их недееспособности» 1980 г. и Закон «О реформе этики» 1989г. Данные законодательные акты отражают тенденцию к повышению нравственных требований, предъявляемых обществом к поведению судей и усилению ответственности за их нарушение.

Сравнительный анализ свидетельствует, что в современной России наблюдается аналогичная тенденция, что нашло отражение в недавно принятых федеральных законах. В условиях современной российской действительности, когда достоянием общественности становятся факты коррупции среди представителей различных ветвей власти, в том числе судей, когда у граждан возникают серьезные сомнения в объективности и беспристрастности судей, необходимо использовать все возможные меры, в том числе позитивный зарубежный опыт, для того чтобы укрепить авторитет судебной власти.

Вместе с тем очевидно, что забота о престиже судебной власти – в первую очередь, задача самих судей, призванных осуществлять правосудие беспристрастно и в точном соответствии с законом, не допуская аморальных и противоправных проступков, порочащих авторитет судебной власти.

1. Статистический анализ противоправного поведения в судейском сообществе России

В 1999 г. квалификационными коллегиями судей судов общей юрисдикции прекращены полномочия 85 судей за совершение поступков, позорящих честь и достоинство судьи или умаляющих авторитет судебной власти, в соответствии с подп. 9. п.1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации». Кроме того, в 1999 г. по этому же основанию квалификационными коллегиями прекращены полномочия 1 судьи арбитражного суда, 4 судей военных судов, Высшей квалификационной коллегией судей РФ – 5 судей (4 председателей и 1 заместителя председателя суда), т. е. всего за 1999 г. всеми квалификационными коллегиями судей были прекращены полномочия 95 судей Российской Федерации.

Структура противоправных и аморальных проступков, совершенных судьями и повлекших прекращение их полномочий в анализируемом году, включала следующие деяния: 53% – грубые нарушения процессуального закона, в том числе фальсификация судебных документов, изготовление приговоров вне пределов совещательной комнаты; 26% – нарушения сроков рассмотрения судебных дел, повлекшие волокиту и ущемление прав граждан; 10% – прогулы, включая пьянство на работе; 3% – недостойное поведение в быту; 8 % – иные основания1. Причем наибольшее количество порочащих поступков, повлекших прекращение полномочий, совершили судьи, имеющие стаж судебной работы до 3–5 лет (26 %) и свыше 10 лет (34 %). Подобная структура противоправных действий судей является типичной. В 2000 г. за совершение поступков, позорящих честь и достоинство судьи или умаляющих авторитет судебной власти, в квалификационные коллегии было направлено 247материалов, а прекращены полномочия только 58 судей (23 %) из 40 регионов. Действиями, повлекшими отрешение судей от должности, на данном основании явились: волокита и грубые нарушения процессуального закона – 30 случаев; фальсификация судебных документов – 9; изготовление приговоров вне совещательной комнаты – 1; прогулы и пьянство – 6; недостойное поведение в быту – 2; нарушение Кодекса чести судьи Российской Федерации – 10 случаев.

Следует отметить, что многие председатели судов понимают свою ответственность за организацию работы суда и поддержание авторитета правосудия. Чаще всего именно они являются инициаторами прекращения полномочий нерадивых работников, однако квалификационные коллегии судей предпочитают применять другие, более мягкие формы реагирования на факты недостойного поведения своих коллег. Так, в 2000 г. квалификационные коллегии судей отказали в прекращении полномочий судей по подп. 9 п. 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» в 189 случаях, в том числе: квалификационная коллегия приняла отставку судей по их письменному заявлению в 18 случаях; вынесла предупреждение судьям в 67 случаях; ограничилась рассмотрением материалов в 34 случаях; отказала в прекращении полномочий по иным мотивам в 70 случаях2. Такое количество отказов в прекращении полномочий судей свидетельствует, на наш взгляд, о весьма снисходительном отношении к поведению своих коллег, что не может не вызывать озабоченности чистотой рядов судейского сообщества.

Динамика противоправных проступков судей в период 1998–2000 гг. выглядит следующим образом: в 1998 г. – 107, в 1999 г. – 85, в 2000 г. – 58 случаев прекращения полномочий судей за совершение поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти. Данные факты, на наш взгляд, нельзя однозначно толковать как свидетельство реального сокращения числа противоправных проступков судей. Скорее, здесь имеет место корпоративная солидарность. Неудивительно, что в обществе возникла озабоченность в связи с замкнутостью квалификационных коллегий и активно обсуждается вопрос о расширении состава данных коллегий за счет юристов, не входящих в судейское сообщество, а также представителей общественности. Такую постановку вопроса следует признать обоснованной – никто не может быть судьей в собственном деле.

Из общего числа материалов, по которым отказано в прекращении полномочий, основанием к рассмотрению на заседании квалификационной коллегии послужили: жалобы, заявления граждан – 84; представления руководства судов – 76; представления прокуроров – 18; обращения Совета судей – 2; обращения других организаций – 9. Таким образом, квалификационные коллегии, как правило, не удовлетворяют заявления граждан, требующих отставки судьи. В 2000 г. только 3 таких заявления было удовлетворено, отказано в удовлетворении в 84 случаях. А ведь именно они, граждане Российской Федерации, ее многонациональный народ, являются, согласно Конституции, носителем суверенитета и единственным источником власти в стране, в том числе судебной власти.

Очевидно, что при такой постановке вопроса граждане должны обладать безусловным правом на формирование корпуса судей – начиная со стадии отбора кандидатов в судьи и заканчивая решением вопроса о прекращении полномочий судьи. Народу, представителям общественности должно принадлежать решающее слово при определении того, кто достоин, а кто не достоин быть судьей. Следует учесть также достаточно внушительный процент латентных проступков, которые остаются неизвестными либо сознательно укрываются от судейского сообщества. И все эти судьи остаются на своих должностях в роли «носителей судебной власти», продолжая свою противоправную деятельность, причем в отсутствие какого-либо контроля извне. Очевидно, что если бы у нас была выборная система формирования корпуса судей, как это было ранее в нашей стране и как это практикуется в других странах, в том числе в США на уровне штатов, многие из судей не смогли бы сохранить свои посты на очередных выборах и вынуждены были бы более тщательно заботиться о своей репутации.

Не меньшую проблему представляет гипертрофированное понимание независимости судебной власти, в результате чего судьи нередко пренебрегают не только мнением граждан, но и мнением прокуратуры, усматривающей порой в действиях их коллег признаки состава преступления. Например, в 2000 г. квалификационные коллегии судей рассмотрели 15 представлений Генерального прокурора РФ по вопросам, связанным с возбуждением уголовных дел: дано согласие на возбуждение уголовных дел в отношении судей в 7 случаях, отказано в даче согласия – в 8 случаях. Кроме того, удовлетворено 4 представления Генерального прокурора РФ о привлечении судей к уголовной ответственности (отказано в даче согласия на подобные действия также в 4 случаях), дано согласие на заключение 1 судьи под стражу, при этом в 2 случаях отказано в даче такого согласия3.

По сведениям, предоставленным Генеральной прокуратурой, в 2000 г. осуждено за совершение преступлений 6 судей, в том числе за вынесение заведомо неправосудных судебных актов – 4 человека; за получение взятки – 1 чел.; за мошенничество – 1 чел. Вынесен один оправдательный приговор в отношении судьи Х., обвинявшегося в получении взятки в крупном размере, приговор обжалован в Верховный суд, но оставлен в силе. За восемь месяцев 2001 г. (до сентября месяца) осуждено 5 судей, из них за вынесение заведомо неправосудных судебных актов – 2 человека; за нарушение правил дорожного движения – 2 человека; за получение взятки –1 человек.

Таким образом, без согласия квалификационных коллегий судьи не могут быть привлечены к уголовной ответственности, при этом данные коллегии дают такое согласие лишь в половине случаев, заслуживающих этого, по мнению прокуратуры.

Анализ практики Высшей квалификационной коллегии судей дает представление о наиболее типичных случаях противоправного поведения судей, в том числе связанных с грубым нарушением процессуального законодательства, включая постановление приговоров вне пределов совещательной комнаты и нарушение сроков рассмотрения уголовных дел4, незаконное освобождение из-под стражи, повлекшее тяжкие последствия5, фальсификацию судебных документов, нарушение норм материального права6.

Изученная нами практика квалификационных коллегий судей свидетельствует о том, что в среде судейского сообщества встречаются различные формы нарушения норм профессиональной этики, законности и общепринятых норм поведения. Вместе с тем обращает на себя внимание тот факт, что среди обстоятельств, послуживших основанием для прекращения полномочий судьей, практически отсутствуют факты коррупции. Внимательное изучение приведенных выше и других проступков, совершаемых судьями, приводит нас к выводу о том, что во многих случаях факты негативного поведения, рассматриваемые как нарушение законности, волокита, превышение должностных полномочий, фальсификация судебных документов, и другие незаконные действия по сути своей являются следствием коррупции и преследуют цель незаконного обогащения путем злоупотребления служебным положением.

Согласно экспертным оценкам, нарушения процессуальных норм, волокита при рассмотрении дел в суде, а также другие нарушения законности нередко являются завуалированной формой вымогательства взятки с целью избежания негативных последствий подобных незаконных действий. На наш взгляд, никакой загруженностью судей нельзя оправдать факты содержания под стражей, в условиях лишения свободы в течение нескольких лет лиц, чьи дела не назначаются к рассмотрению по надуманным основаниям. В этой связи предотвращение должностных проступков судей является одним из важнейших направлений борьбы с нарушениями законности при осуществлении правосудия и профилактики коррупционных проявлений в среде судейского сообщества.

2. Статистический анализ противоправного поведения судей США

Сравнительный анализ свидетельствует, что проблема предупреждения противоправного поведения среди судей является актуальной и для США. Необходимо учитывать, что для судебной системы США как федеративного государства характерна дуалистическая модель судоустройства, где существуют две параллельные, иерархически организованные системы судов – федеральная судебная система и судебная система штатов. Фактически в стране действует 51 судебная система (1 – федеральная и 50 – в штатах как субъектах федерации)7. Число федеральных судей сравнительно невелико и составляет 848 человек (по данным за 2000 г.). Общее же число судей в штатах достигает 43 тысяч!8 Данное обстоятельство обусловливает тот факт, что большинство фактов злоупотребления судей своими должностными полномочиями также отмечается среди судей штатов. Подобные факты нередко приводят к процедуре импичмента судьи.

За 200 лет существования американской правовой системы процедура импичмента в отношении федеральных судей осуществлялась только 8 раз, из них в 6 случаях судьи были отстранены от своих постов, а в 2 случаях оправданы. В отношении судей штатов процедура импичмента также применяется относительно редко. За последние 15 лет только два судьи штата были отстранены от своих постов путем импичмента, только один судья был привлечен к уголовной ответственности и 5 человек подвергались процедуре импичмента. Основанием для импичмента обычно является «грубое нарушение правил поведения», «серьезный аморальный проступок», «тяжкое преступление» и др. В то же время судьи штатов могут быть отстранены от должности с помощью иных методов: в результате досрочного отзыва с занимаемой должности, по решению судебной дисциплинарной комиссии либо иным путем, предусмотренным законодательством штата.

Примеры нарушения норм судебной этики американскими судьями свидетельствуют об уровне предъявляемых к ним требований. Так, например, 12 июля 2000 г. Палата представителей штата Нью-Гемпшир проголосовала за импичмент председателя Верховного суда штата Д. Брока. Обвинения, предъявленные Броку, включали следующие положения: обсуждение с его коллегой судьей С. Таером кандидатуры подходящего судьи для рассмотрения апелляционной жалобы Таера по делу о расторжении брака; телефонный звонок судье нижестоящего суда, сделанный 13 лет назад с целью проверки хода судебного разбирательства по делу, затрагивавшему интересы компании, принадлежавшей лидеру сенатского большинства данного штата, о чем данный судья не сообщил своим коллегам, когда дело было отправлено для рассмотрения в Верховный суд; ложь под присягой в Судебном комитете Палаты представителей, когда он отрицал факт данного звонка. 10 октября 2000 г. Сенат штата Нью-Гемпшир проголосовал за то, чтобы не привлекать данного судью к ответственности.

В 1994 г. судья Верховного суда штата Пенсильвания Р. Ларсен был отстранен от своей должности с вынесением запрета занимать любую публичную должность, после того как Сенат штата признал его виновным в ненадлежащих контактах с представителем обвинения (атторнеем). Кроме того, Ларсену было предъявлено еще 6 различных обвинений.

За короткий срок два председателя Верховного суда штата Род-Айленд были отстранены со своих постов путем процедуры импичмента. В 1985 г. Д. А. Бевилакуа был отстранен от своей должности на 4 месяца без выплаты компенсации Комиссией по судебной дисциплине данного штата за «причинение серьезного ущерба репутации правосудия». Комиссия обвинила данного судью в том, что он встречался с женщиной в мотеле, принадлежащем человеку, злоупотреблявшему наркотиками и вовлеченному в незаконный игорный бизнес. В 1986 г. против данного судьи была возбуждена процедура импичмента по тем же основаниям, в результате чего Бевилакуа подал в отставку со своего поста по причине «плохого состояния здоровья». В 1993 г. Т. Фэй, председатель Верховного суда штата Род-Айленд, также ушел со своего поста под угрозой процедуры импичмента. Ему было предъявлено обвинение в незаконном использовании финансовых средств, предназначенных для обеспечения деятельности суда; использовании судебных секретарей для организации личных дел; направлении писем муниципальным судьям с просьбой обеспечить талонами для парковки своих друзей и членов семьи. В 1994 г. Фэй был осужден за мошенничество, совершенное путем использования денежных средств суда в личных целях.

По данным Американского судебного общества, в 1999 г. к 99 судьям были применены различные меры дисциплинарного взыскания: 22 судьям был вынесен публичный выговор, к 5 судьям был применен публичный выговор и штраф, к 3 судьям был применен публичный выговор и временное отстранение от должности, 34 судьям вынесено публичное предупреждение, еще 20 – публичное порицание, к одному судье применено публичное порицание и временное отстранение от должности, двум судьям вынесено публичное предостережение, 5 – временно отстранены от должности и 7 человек уволены со своих постов9.

3. Сравнительный анализ правового регулирования поведения судей в России и США свидетельствует, что в обеих странах проблеме профессионального поведения судей уделяется серьезное внимание. Конституция Российской Федерации, так же как и Конституция США, устанавливает основные гарантии независимости и неприкосновенности судей. Вместе с тем, в отличие от российской Конституции, Конституция США содержит моральное требование, предъявляемое к федеральным судьям, во время нахождения в должности «вести себя безупречно». Фактически соблюдение этого требования является единственным условием нахождения в судебной должности, которое зафиксировано в Конституции.

Конституция РФ не содержит моральных ограничений, налагаемых на судей, акцентируя внимание на необходимости достижения определенного возраста (25 лет), наличии высшего юридического образования и стажа работы по юридической профессии не менее 5 лет (ст. 119). На наш взгляд, наличие конституционных различий в регулировании статуса судей обусловлено спецификой формирования корпуса судей в России и США. В нашей стране, как известно, применяется континентальная система формирования судейского корпуса, дающая возможность занятия судейских должностей лицам сравнительно молодого возраста, которые последовательно проходят ступени профессиональной карьеры в судах различного уровня – от низших инстанций к высшим.

В США средний возраст кандидатов в судьи – 40–45 лет. Таким образом, 25-летних судей в США практически нет, и вряд ли таковые могут быть, поскольку для занятия этой должности требуются особые качества: авторитет среди юридической общественности, высокий уровень профессиональной квалификации, определенная известность в юридических кругах. Поэтому судьями в США чаще всего становятся опытные адвокаты, юристы-политики, университетские профессора, имеющие значительный стаж работы по юридической специальности и сложившуюся репутацию.

На наш взгляд, следует использовать позитивный опыт США и внести в Конституцию РФ, в ст. 119, дополнительное требование к судьям, касающееся их морального облика. Такие же изменения следует внести в Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» (ст. 4), которым регулируются требования, предъявляемые к кандидатам на должность судьи. Следует отметить, что изменения и дополнения, внесенные в данный законодательный акт 15 декабря 2001 г., коснулись и данной статьи. В результате внесенных изменений из числа требований, предъявляемых к кандидатам на должность судьи, исключено важное моральное условие – не допускать порочащих поступков. Полагаем, что отмена данного требования создает условия для проникновения в судейский корпус лиц с низкими моральными качествами, включая лиц, совершивших в прошлом преступление. Отмеченный недостаток новой редакции Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» нуждается в скорейшем устранении. И опыт США в данном вопросе вполне может быть использован.

Законодательное регулирование статуса судей в России и США имеет еще ряд различий. В США правовое регулирование профессиональной этики судей нередко связывают с установлением четкой регламентации финансовой деятельности судьи, включая контроль и периодическую отчетность о получаемых подарках, компенсации, вознаграждении за любую внесудебную деятельность. В качестве примера можно назвать Закон «О реформе этики» 1989 г. (Ethics Reform Act of 1989), установивший, в частности, 15%-ное ограничение на «посторонние доходы» (не более 15% от доходов от основной деятельности) для должностных лиц. С точки зрения российского менталитета, подобный «математический» подход к подсчету доходов судьи несколько необычен. Однако его нельзя не признать обоснованным, в том числе в условиях российской действительности, учитывая, в частности, деятельность Международного коммерческого арбитражного суда (МКАС), позволявшую судьям высших российских судов совмещать свою основную деятельность с выполнением обязанностей третейского судьи и получать доходы, во много раз превышающие доходы от основной деятельности10. В результате внесения изменений и дополнений в Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» легальные возможности для совершения подобных действий отныне отсутствуют. В целях предотвращения ситуаций, порождающих «конфликт интересов», предлагаю обдумать вопрос об установлении дополнительных ограничений финансовой деятельности судьи и получаемых им доходов.

Что касается вопроса о правовом регулировании административной ответственности судей, специальные законодательные акты, посвященные данному виду ответственности судей в США, нам неизвестны. Однако изученное нами американское законодательство, регулирующее поведение и ответственность судей, позволяет сделать вывод о том, что никаких привилегий в административной сфере у американских судей нет. Например, Комментарий к «Модельному кодексу поведения судей», принятому Американской ассоциацией юристов в 1990 г., гласит, что использование служебного положения судьей в случае нарушения правил дорожного движения рассматривается как «предосудительное поведение»11.

Дисциплинарная ответственность судей предусмотрена законодательством США. Процедурный механизм такой ответственности установлен, в частности, Законом «О реформе судебных советов, поведении судей и их недееспособности» 1980 г. (Judicial Councils Reform and Judicial Conduct and Disability Act of 1980) 28 U. S. C. § 332(d)(1), 372©. Кроме того, в комментарии к «Кодексу поведения судей США» утверждается, что нарушение требований данного Кодекса может явиться основанием для применения мер дисциплинарной ответственности в соответствии с указанным выше Законом. Таким образом, положения российского Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации», установившего дисциплинарную и административную ответственность судей, созвучны аналогичным положениям американского законодательства, находятся в русле европейской и мировой политики, направленной на повышение авторитета и ответственности судей (см.: Основные принципы независимости судебной власти, принятые Седьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителем в 1985 г.; Европейская хартия о статусе судей 1998 г.).

4. Корпоративное законодательство о статусе судей в России и США

Сравнительный анализ российского «Кодекса чести судьи Российской Федерации», утвержденного Советом судей от 21 октября 1993 г., и американского «Кодекса поведения судей США», принятого Конференцией судей США 5 апреля 1973 г. (в редакции 1999 г.), свидетельствует о следующем:

Цель данных Кодексов фактически одинакова – установление правил поведения, обязательных для судей. Данные правила призваны регулировать профессиональную и внеслужебную деятельность судьи с целью обеспечения независимого и беспристрастного правосудия, поддержания уверенности общества в достоинстве судебной власти.

Круг субъектов, подпадающих под действие данных Кодексов, различен: в США – это только федеральные судьи (848 человек), поскольку в штатах действуют свои Кодексы поведения судей12. В России Кодекс судейской этики распространяется на всех судей Российской Федерации, которых насчитывается около 17,5 тыс. Насколько нам известно, в субъектах федерации подобных Кодексов не имеется.

Последствия нарушения норм этики, предусмотренных данными Кодексами, практически одинаковы – дисциплинарная ответственность перед судейским сообществом. И в России, и в США решение о наложении на судью дисциплинарного взыскания принимается органами судейского сообщества: в России такими органами являются квалификационные коллегии судей, в США – судебные советы (Закон «О реформе судебных советов, поведении судей и их недееспособности» 1980 г.).

В случае совершения судьей преступления вопрос о привлечении его к уголовной ответственности в России решает Генеральный прокурор РФ на основании заключения судебной коллегии. В США вопрос об отстранении федерального судьи от должности в случае совершения им тяжкого преступления решает Палата представителей Конгресса США на основании заключения высшего органа судейского сообщества – Конференции судей США.

Структура кодексов профессиональной этики в России и США несколько различается. Американский Кодекс поведения судей США насчитывает 7 основных статей, называемых «канонами», содержание которых раскрывают несколько десятков норм, сгруппированных в виде отдельных пунктов данных статей13. Важно отметить, что составной частью американского Кодекса является «Комментарий» к каждой из статей, который раскрывает цели и задачи отдельных правил судейской этики, содержание используемых терминов, указывает на законодательство США, которое следует применять в совокупности с нормами профессиональной этики судей. Объем данного Кодекса – около 20 страниц печатного текста.

«Кодекс чести судьи Российской Федерации» насчитывает всего 4 статьи, регулирующие общие требования, предъявляемые к судье, правила осуществления профессиональной и внеслужебной деятельности судьи, а также порядок привлечения к ответственности за нарушение требования данного Кодекса. Содержание статей конкретизируется в нормах, сгруппированных в виде отдельных пунктов. В отличие от американского Кодекса объем российского Кодекса невелик – 2 страницы печатного текста. Кроме того, в тексте российского Кодекса отсутствует «Комментарий» к отдельным статьям, что объясняется принятой в нашей стране юридической техникой составления законодательных актов, согласно которой комментарий не является частью нормативного акта. На наш взгляд, Кодекс чести судьи РФ также нуждается в комментарии, который может быть создан на основе обобщения практики применения данного кодекса.

Содержание российского и американского кодексов профессиональной этики судей свидетельствует об общности подходов ко многим проблемам судейской этики в России и США. Наш анализ свидетельствует о том, что из 7 американских канонов 5, в различной степени, нашли отражение в российском кодексе. Положения, обязывающие судью поддерживать авторитет судебной власти, избегать предосудительных поступков во внесудебной деятельности, исполнять профессиональные обязанности беспристрастно и добросовестно, а также запрет политической деятельности судьи – это общие требования, содержащиеся как в российском, так и в американском кодексах поведения судей.

5. Различия в регулировании правового статуса судей в России и США

Несмотря на ряд общих положений, сближающих этические нормы обеих стран, существуют серьезные различия в регулировании правового статуса судей в России и США:

1. Прежде всего, это различия в концептуальном подходе к регулированию поведения судей. Правовое регулирование статуса судей в США предусматривает установление законодательных ограничений профессиональной и внеслужебной деятельности судьи. При этом кодекс судебной этики нередко лишь воспроизводит соответствующие нормы закона, представляя их в кодифицированном, более упорядоченном виде как свод правил, имеющих непосредственное отношение к судьям. Данная юридическая техника оправдана в условиях правовой системы США, где все принимаемые законы систематизированы в «Своде законов США», который представляет собой весьма объемное издание. Очевидно, что наличие кодифицированных правил поведения судей помогает судьям ориентироваться в законодательстве. Однако сам по себе данный Кодекс законом не является и не отменяет принятых законодательных актов14.

В России также установлены законодательные ограничения статуса судей, однако, в отличие от Кодекса поведения судей США, Кодекс чести судьи Российской Федерации не содержит норм, установленных законодательством, и включает лишь требования морального характера, дополняющие нормы закона. В связи с этим большинство норм данного кодекса сформулированы весьма широко и расплывчато, не содержат конкретных требований, что существенно снижает действенность данных норм. Однако следует иметь в виду, что традиционный российский менталитет, основанный на идеях православия, не позволяет отождествлять нормы этики с установлением конкретных сумм компенсаций, получаемых за ту или иную деятельность. В нашей традиции – рассматривать моральные требования как способ достижения высоких идеалов нравственного совершенства, добродетели и гражданского долга, которые вряд ли могут быть выражены путем установления конкретных ограничений. Однако в США считают по-другому, руководствуясь, очевидно, более прагматичной протестантской этикой, которая допускает одновременное служение двум идеалам – личного процветания и достижения общественного блага.

Известный русский философ Кропоткин П. А.(1842–1921) писал: «Задачи этики лучше не смешивать с задачами законодательства. Учение о нравственности даже не решает вопрос, нужно ли законодательство или нет. Нравственность стоит выше этого»15, и далее: «…этика не указывает строгой линии поведения, потому что человек сам должен взвесить цену различных представляющихся ему доводов». Ему же принадлежит мысль о том, что цель этики состоит в том, чтобы «поставить перед людьми высшую цель – идеал, который лучше всякого совета вел бы их инстинктивно к действиям в должном направлении». Тем не менее Кропоткин признавал правомерными попытки формализовать нормы этики, создать так называемую «эмпирическую этику», способную реализовать потребность людей в реальном идеале16.

На наш взгляд, американский кодекс судейской этики может служить примером «эмпирической этики», носящей более конкретизированный, более «приземленный» и, в конечном счете, более реалистичный характер. Вместе с тем следует ясно осознавать, что подобная форма выражения нравственных требований противоречит традиционным представлениям россиян о морали и чревата чрезмерной регламентацией поведения людей, вплоть до вмешательства в личную жизнь. При этом создается ложная иллюзия, что существующие моральные запреты могут быть полностью формализованы и их соблюдение не требует сложных душевных переживаний, связанных с моральным выбором – следует лишь свериться с кодексом, который укажет, как следует себя вести в том или ином случае. В определенной степени такой подход отражает идеологию позитивизма как философии права, распространенной на Западе. Суть позитивизма состоит в том, что он придает чрезмерное значение роли права в регуляции поведения людей и пытается формализовать все стороны человеческой жизни. При этом сама суть правовых требований нередко играет меньшую роль, чем правовая форма.

2. Содержание моральных требований, установленных американским и российским кодексами судейской этики, также существенно различается. Так, например, Кодекс поведения судей США весьма подробно регулирует требования, предъявляемые к служебной деятельности судьи, в том числе процессуальные обязанности судьи, его взаимоотношения с другими судьями и служащими суда (канон 3).

Сравнительный анализ показывает, что в нашей стране, в соответствии с континентальной системой права, нормативные требования, регулирующие процессуальные обязанности судьи, предусмотрены уголовно-процессуальным кодексом. Поэтому правила осуществления профессиональной деятельности судьи, указанные в Кодексе чести судьи Российской Федерации, немногочисленны (их всего 7) и сводятся к общим требованиям быть беспристрастным, добросовестным, вежливым и тактичным, а также хранить профессиональную тайну.

Что касается административных обязанностей, наиболее спорная из них – это обязанность сообщать о фактах непрофессионального поведения других судей или адвокатов. Данная норма не соответствует российскому менталитету, где представления о профессиональной солидарности нередко отождествляются со стремлением «не выносить сор из избы». К тому же в стране, пережившей период репрессий, существуют опасения относительно последствий всеобщего доносительства. У американцев такого опыта нет, им не страшно, а доносительство рассматривается как выполнение гражданского долга.

На наш взгляд, что действительно следует позаимствовать у американцев – это подробную регламентацию причин для самоотвода судьи, учитывая, что основной принцип установления таких оснований – не только наличие прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела, а присутствие таких обстоятельств, которые могут породить сомнения в объективности и беспристрастности судьи, т. е. акцент на внешние приличия, имидж судьи. При этом необязательно копировать их буквально. Например, российская система отбора судей такова, что адвокаты сравнительно редко становятся судьями, поэтому в наших условиях требование, чтобы судья взял самоотвод, если он ранее участвовал в качестве адвоката по данному делу или его коллега адвокат участвовал в разбирательстве дела, практически не актуально. В то же время имеет смысл отразить в Кодексе чести судьи Российской Федерации перечень оснований для самоотвода с учетом российской специфики, предусмотрев конкретные случаи из судейской практики.

Американский подход в данном вопросе более широк. Например, такое основание для самоотвода, как наличие личной заинтересованности в исходе дела у родственников судьи до третьей степени родства включительно, причем все они перечислены в кодексе с указанием, что к ним относятся как полнородные, так и не полнородные родственники. В то же время в их число не входят двоюродные братья и сестры, которые, видимо, у американцев близкой родней не считаются. Таким образом, этический кодекс в любой стране отражает представления о должном поведении, которые соответствуют образу жизни и традициям данного народа.

3. В российском кодексе подробно не урегулированы требования, предъявляемые к внеслужебной деятельности судьи, имеющие целью сведение к минимуму конфликта интересов с исполнением служебных обязанностей судьи. Требования, предъявляемые к внеслужебной деятельности судьи российским кодексом, сформулированы весьма широко и расплывчато: внеслужебная деятельность не должна вызывать сомнений в объективности, справедливости и неподкупности судьи, причинять ущерб репутации, затрагивать его честь и достоинство. Кроме того, судье предписывается воздерживаться от финансовых и деловых связей, которые способны причинить ущерб его беспристрастности, помешать ему должным образом исполнять свои обязанности (ст. 3).

Кодекс поведения судей США, в отличие от аналогичного российского кодекса, весьма подробным образом регулирует пределы внесудебной деятельности судьи. Установлены конкретные ограничения, налагаемые на судью при осуществлении им общественной и благотворительной деятельности, финансовой деятельности, деятельности в качестве личного представителя кого-либо (фидуциария). Так, например, занимаясь общественной и благотворительной деятельностью, судья не должен собирать денежные средства для данных организаций, а также давать советы по капиталовложениям таких организаций. Что касается финансовой деятельности судьи, американский кодекс запрещает судье получать или вымогать подарки или другие услуги. Кроме того, судья должен предотвращать факты получения подарков или услуг со стороны родственников, проживающих с ним в одном доме (канон 5). Таким образом, американское корпоративное законодательство устанавливает серьезные и весьма конкретные ограничения внесудебной деятельности судьи.

На наш взгляд, соответствующие положения российского кодекса (ст. 3) также нуждаются в дополнительной регламентации, прежде всего, в установлении четких ограничений финансовой деятельности судьи. Следует учитывать, что установление подобных ограничений (в том числе связанных с получением подарков и услуг) имеет антикоррупционную направленность. Необходимость установления таких ограничений для лиц, занимающих должности в органах государственной власти, очевидна. Подтверждением этого является следующий факт: 17 мая 2002 г. Государственная Дума РФ приняла в первом чтении проект федерального закона «Кодекс поведения государственных служащих Российской Федерации», в основу которого были положены европейские нормы, регулирующие поведение должностных лиц. Данный закон содержит свод правил служебного поведения государственных и муниципальных служащих, обеспечивающих «добросовестное исполнение служебных (должностных) обязанностей и соблюдение установленных ограничений на основе соответствия служебного поведения общепринятым этическим нормам» (ст. 2). Кодексом предусмотрены «правила добросовестного служебного поведения» (глава II), а также «правила антикоррупционного поведения»(глава III).

Согласно «правилам антикоррупционного поведения», обязанностью государственного служащего является антикоррупционное поведение – предотвращение и преодоление коррупционно опасных ситуаций. В законе дается определение понятия «конфликт интересов», а также перечислены меры, которые государственный служащий обязан предпринять для разрешения конфликта интересов. Одним из требований данного кодекса является, в частности, запрет просить или принимать подарки (услуги и любые другие выгоды), предназначенные для него или для его семьи, родственников, способные повлиять или создать видимость влияния на его беспристрастность (ст. 16).

В соответствии с Законом РФ от 5 июля 1995 г. «Об основах государственной службы Российской Федерации» судьи государственными служащими не являются и нормы данного закона на них не распространяются. Следовательно, положения нового «Кодекса поведения государственных служащих» также не будут распространяться на российских судей. Но аналогичные нормы следует внести в Кодекс чести судьи РФ. Однако для этого потребуется решение большинства участников Всероссийского съезда судей, поскольку в соответствии с законодательством только этот орган обладает правом утверждать Кодекс судейской этики. Поскольку данные ограничения не соответствуют интересам судей, вряд ли они легко согласятся на их установление. Что же делать? Ждать, когда судьи морально созреют, осознают свою ответственность перед обществом и установят ряд дополнительных самоограничений? На наш взгляд, следует использовать позитивный опыт США в этом вопросе, где на законодательном уровне, в результате принятия Закона «О реформе этики» 1989 г., действие норм, адресованных должностным лицам, распространено на лиц, замещающих должности судей, министров и депутатов. Для данной категории лиц установлен единый статус должностных лиц («federal officials»).

Такой подход к решению проблемы ответственности судей за свое поведение является наиболее эффективным: он придает морально-этическим нормам силу правовых требований, вносит определенность в установление правового статуса судьи, создает правовую основу для применения мер ответственности судей. Необходимость распространения норм Закона РФ «Об основах государственной службы Российской Федерации» на российских судей неоднократно отмечалась отечественными специалистами. Следует учитывать также, что аналогичные нормы предусмотрены Федеральным законом «О борьбе с коррупцией»17, который принимался Государственной Думой, одобрялся Советом Федерации, но был отклонен Президентом РФ. Статья 3 данного закона предусматривала, что «за правонарушения, связанные с коррупцией, на основании настоящего Федерального закона несут ответственность все должностные лица, занимающие государственные должности категории «А». В число таких лиц, как известно, входят судьи. Однако данный закон до сих пор не принят, что существенно снижает эффективность борьбы с коррупцией среди представителей органов власти, в том числе судебной.

Необходимость установления единообразных норм, регулирующих служебное поведение представителей власти, подтверждена Указом Президента РФ от 12 августа 2002 г., утвердившим «Общие принципы служебного поведения государственных служащих». Данные принципы рекомендуется соблюдать лицам, замещающим государственные должности РФ, государственные должности субъектов РФ и выборные муниципальные должности.

Таким образом, сравнительный анализ свидетельствует, что проблема предупреждения коррупционного и иного противоправного поведения в среде судейского сообщества является актуальной как для России, так и для США. Для ее решения используются схожие правовые механизмы, включающие конституционные нормы, законодательные ограничения и средства корпоративного права. В то же время сохраняются существенные различия в концептуальных подходах и конкретных способах предупреждения коррупционного и противоправного поведения в среде судейского сообщества. Существует необходимость в изучении и использовании опыта США, приемлемого в условиях российской действительностип.


* Источник публикации: Криминологический ежеквартальный альманах «Организованная преступность, терроризм и коррупция». 2003. № 1.

* Статья подготовлена на основе исследования по программе больших грантов Московского центра в 2002 г.

1. Жеребцов А. Соблюдение кодекса чести – обязанность судьи//Российская юстиция. 2000. № 5.

2. Работа квалификационных коллегий судей судов общей юрисдикции//Российская юстиция. 2001. № 5.

3. Там же.

4. Скакулин Е. Судья лишен полномочий за обман//Российская юстиция. 1998. № 5. Информация //Российская юстиция. 2001. № 9.

5. Судейский корпус становится чище…//Российская юстиция. 2000. № 7.

6. Проступок одного судьи умаляет авторитет судебной власти в целом//Российская юстиция. 2001. № 4.

7. См. подр.: Мидор Д. Д. Американские суды. Сент-Пол.1991.

8. Judges and magistrates / USA TODAY. web site.

9. Methods of Removing State Judges / American Judicature Society. Web site.

10. Никитинский Л. Генератор «коммерческого правосудия»//«Московские новости». 2002, 11 февраля.

11. Model Code of Judicial Conduct. – American Bar Association, 1990. – p. 8.

12. California Code of Judicial Conduct / Morgan T. D., Rotunda R. D., 1992 Selected Standards on Professional Responsibility. – N-Y, 1992, P. 518-532.

13. Code of Conduct for United States Judges. Adopted by the Judicial Conference of the United States on April 5, 1973 (revised in 1999).

14. 28 U. S. C. §372©. Retirement for Disability; Substitute Judge on Failure to Retire; Judicial Discipline. / Gillers S., Simon Roy D. Regulation of Lawyers: Statutes and Standards. With Recent Supreme Court and ABA Opinions. 1994 Edition. – Boston – New York – Toronto – London, 1994. P. 628-633.

15. Кропоткин П. А. Этика: Избранные труды. М., 1991. C.39.

16. Там же. С.40.

17. Федеральный закон «О борьбе с коррупцией»//«Чистые руки». 1999. № 2, C.47–62.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право