На главную Написать письмо

 

           Анализ современного положения российских предприятий в угольной отрасли

______________________________________________

А. С. Нечаев, доцент Иркутского государственного технического университета, кандидат экономических наук

 

Угольная промышленность России в настоящее время завершила первый этап коренных структурных преобразований. Изменена экономическая основа функционирования отрасли. Осуществлен переход от централизован­ного, дотационного управления отраслью к механизму рыночных отношений с формированием финансовых ресурсов за счет реализации продукции.

Решение задач реструктури­за­ции осуществлялось с привлечением результатов исследо­ва­ний ведущих ученых, специалистов отрасли – А. С. Аста­хо­ва, Ж. К. Галиева, В. И. Голика, Н. Б. Изыгзона, С. Л. Климова, А. Б. Ковальчука, Г. С. Краснянского, Ю. Н. Малышева, А. А. Петросова, В. П. Пономарева, В. Н. Попова, Л. Н. Репина, А. Б. Яновского, М. А. Ястребинского.

В результате реструктуризации более 93 % особо убыточных, неперспективных и опасных по горно-геологическим условиям предприятий пре­кратили свою добычу. В настоящий момент в угольной промышленности действуют 113 шахт и 128 разрезов суммарной годовой производственной мощностью 280 млн. т., а также 40 обогатительных фабрик мощностью по пе­реработке 119  млн. т.

Нагрузка на федеральный бюджет в части государственной поддержки угольной промышленности снизилась более чем в 10 раз (с 1,4 до 0,12 ВВП). Прекращено дотирование убытков. В угольной отрасли создан инсти­тут частной собственности. За период реструктуризации акционировано и ре­структуризировано более 500 предприятий отрасли. Большинство из них на основе консолидации пакетов акций вошло в состав 60 крупных акционер­ных обществ и холдингов. В настоящее время частными угольными компаниями в России добывается 44,3 % всего объема угля. Среди предприятий с государственным участием в акционерном капитале 38,1 % добычи угля при­ходится на компании с долей государства менее 50 %, 11,8 % добывается ком­паниями с участием государства более 50 % и только 5,8 % добывается пол­ностью государственными угольными компаниями [2].

В целом приход к управлению угольными компаниями частных владельцев положительно сказался на оздоровлении угольных предприятий. За годы реструктуризации ускорились процессы погашения долгов по заработ­ной плате, значительно выросла производительность труда рабочих по добы­че, достигшая в 2005 г. 126,8 т на чел. / мес. Против 66,3 т в 1994 г., увеличилась нагрузка на очистные забои. К концу периода реструктури­зации отрасли среднесуточная нагрузка на очистной забой составила 1200 т / сут. (в 2,5 раза больше, чем в 1993 г.) [2, с. 54–62].

К сожалению, позитивные изменения в угольной отрасли не сопровождались созданием благоприятной внешней макроэкономической среды для ее дальнейшего развития. В результате несбалансированной тарифной политики по регулированию цен на продукцию и стоимость услуг естествен­ных монополий, в первую очередь цен на природный газ, емкость внутренне­го рынка энергетических углей, особенно объемов его потребления тепловыми электростанциями, постоянно уменьшается. Добыча угля снизилась за го­ды реформ примерно в 2 раза к 1998 г.. В 1999 г. начался прирост добычи, и в 2001 г. она составила 269 млн. т. [1, с. 77–79]. Однако в 2005 г. по Рос­сийской Федерации вновь наблюдалось падение добычи на 16,1 млн. т., и го­довая добыча оставила 253,42 млн. т. угля.

В 2005 г. наблюдалось падение и других производственных показателей: на 8,5 % к уровню 1995 г. уменьшились объемы добычи подземным спо­собом; на 5,2 % уменьшился удельный вес добычи угля из комплексно-механизированных забоев во всей добыче из очистных забоев; сократилось общее количество очистных забоев на 13,5 %, в том числе комплексно-механизированных – на 14,5 %.

Рост себестоимости в целом по отрасли опережает темпы инфляции. Так, в 2000 г. себестоимость угледобычи возросла на 31 %, в 2004 г. – на 25,6 % при темпах инфляции порядка 20 %. Структура производственных из­держек формируется по остаточному принципу финансирования, когда сред­ства в первую очередь расходуются на обеспечение текущих потребностей производства. Поэтому остается высокой доля материальных затрат, возросшая за период 1999–2004 г. с 44 до 48 %. Расходы на оплату труда сохраняют­ся на уровне 22–23 %. Доля амортизации сократилась за рассматриваемый пе­риод с 9 до 7 % и не прекращает снижаться, что свидетельствует о продол­жающемся старении основных фондов в отрасли.

Состояние денежных расчетов по угледобывающим предприятиям и компаниям на конец 2002 г. оставалось неудовлетворительным. Общая дебиторская задолженность составила 30, 27 млрд. руб., в том числе просроченная – 16,39 млрд. руб., или 51,1 %. Для сравнения: в 2001 г. этот показатель со­ставлял 48,0 %. За период с начала года темпы изменения составили: общей дебиторской задолженности – 116 %, просроченной задолженности – 144,2 %.

Кредиторская задолженность составила 90,55 млрд. руб., в том числе просроченная – 64,04 млрд. руб., или 70,7 %. Удельный вес просроченной кредиторской задолженности, как и дебиторской, вырос по сравнению с 2001 г., в котором он составлял 70,0 %. За период с начала года темпы изме­нения составили: общей кредиторской задолженности – 113,1 %; просрочен­ной в ее составе задолженности – 110,9 %; задолженности по платежам в бюджеты всех уровней – 119,5 %; задолженности по платежам во внебюджет­ные фонды – 87,1 %; задолженности поставщикам за товары – 146,9 %.

Индекс цен в угольной промышленности за 2003 г. составил 128,9 %, за 2004 г. – 122,4 %, и оказался ниже темпов роста себестоимости (131 и 125,6 % в 2003 и 2004 г. соответственно). Это явилось причиной падения рентабельности производства, которая за 2004 год снизилась с 16 до 5 %, и продолжала снижаться, достигнув в марте 2005 года области отрицательных значений.

Соответственно произошло ухудшение показателей финансовой ус­тойчивости и деловой активности угольных компаний. В частности, креди­торская задолженность отрасли, 70 % которой является просроченной, пре­высила дебиторскую в 2,7–3 раза. В результате структура активов угольной отрасли в настоящее время на 89 % представлена заемными средствами и лишь на 11 % – собственными.

В динамике капитала за пери­од реструктуризации хорошо прослеживаются два этапа. В период до 1996 г. капитал отрасли увеличи­вался в 2–2,7 раза ежегодно, причем темп роста собственного был на 40–50 % выше, чем заемного. Процесс сокращения собственного капитала начался в 1997 году в результате нарастания у компаний дефицита собственных оборотных средств и сокращения бюджетного финансирования [3, с. 12]. Величина собственного капитала за два года сократилась в 2,5 раза, что при­вело к необходимости наращивания заемного капитала, источником которого являлся рост кредиторской задолженности перед бюджетом, внебюджетными фондами, по выплате заработной платы и др. Итогом стало изменение про­порций между величиной собственного и заемного капитала, составившего в 1998 г. 39 к 61 %.

В последующие годы угольным компаниям не удалось увеличить долю собственного капитала, несмотря на рост потока рублевой наличности в 1998–1999 гг. в результате повышения эффективности российского угольного экспорта. Тенденция нарастания дефицита собственных оборотных средств также не была преодолена.

В 2006 г. структура капитала, несмотря на рост добычи и отпускных цен на уголь, продолжала ухудшаться, доля собственных средств в структуре совокупного капитала отрасли сократилась до 12,6 %. Эти же соотношения сохранились и в 2007 г., сопровождаясь дальнейшим увеличением дефицита оборотных средств и сокращением величины собственного капитала.

Одним из позитивных моментов текущего финансово-экономического состояния отрасли является перелом тенденции роста убыточности по балансовой прибыли, произошедший в 2006 г. Однако чистая прибыль продолжает оставаться в отрицательной области, составляя на начало 2007 г. 6,6 млрд. руб..

В процессе структурной перестройки, приватизации собственности в угольной промышленности были упущены проблемы инвестиций в развитие отрасли, в обновление и наращивание добывающих мощностей. В 2006–2007 гг. инвестиции на возвратной и платной основе из средств господдержки угольной промышленности не выделялись.

В результате технический и технологический уровень угольного производства стал одним из сдерживающих факторов развития отрасли. Более чем на 70 % изношены основные фонды, действующий на шахтах парк очи­стного оборудования на 50 % требует замены, а остальное оборудование из­ношено более чем на 75 %. Около 27 % мощностей обогатительных фабрик находятся в эксплуатации более 30 лет. Коэффициент обновления основных фондов в угольной промышленности, с 1970 по 1985 г. поддерживающийся на уровне 11–11,5 %, упал к 1994 г. до 2 %, а затем колебался на уровне 2,3–2,4 %.

Приобретение оборудования для шахт и разрезов требует кон­центрации финансовых средств и разовых платежей в объемах, превышающих воз­можности собственных средств угледобывающих предприятий.

По приблизительным расчетам, потребность угольных компаний отрасли в инвестициях составляет 18–20 млрд. руб. в год, а возможности не превышают 9 млрд. руб. Привлечение на внутреннем и внешнем рынках капитала, использование других финансовых инструментов (акций, облигаций и др.) осложнено тяжелым финансовым состоянием предприятий.

К сожалению, ни один из авторов, которые уделяют проблеме переоснащения угольной отрасли, снижению себестоимости добычи угля, в своих трудах не принял во внимание лизинговую форму финансирования, как инструмент вывода из кризиса данной отрасли [5, 6, 7, 8, 9, 10, 11].

В результате анализа современного положения угольной отрасли установлено, что износ основных фондов в среднем по угольной промышленности превышает 70 %, что является одним из факторов, сдерживающих развитие отрасли. В связи с вышеизложенным, необходимо разработать современный экономико-математический инструментарий денежных потоков по договору лизинга, позволяющий производить оценку риска лизинго­вых операций и оптимизировать параметры лизингового договора, что обеспечит максимальную эффективность лизинга для угледобывающего пред­приятия и угольной компании.

Так как в данное время основные средства находятся в неудовлетворительном состоя­нии, а процессы их обновления осуществляются неэффектив­но, необходимо разработать алгоритм контроля за реализацией комплексной про­граммы воспроизводства основных производственных средств, позволяющий разрабатывать ме­роприятия по компенсации отклонений и корректировке последующих эта­пов выполнения комплексной программы обновления основных средств угольных предприятий. Это позволит наиболее эффективно использовать ограниченные ресурсы предприятия, учитывать принятую страте­гию и нестабильность внешней среды, что, в конечном счете, приведет к уве­личению темпов и объемов воспроизводства основных фондов в данной отрасли.

 

________________________________________

       1 Анискин Ю. П. Инвестиционная активность и экономический рост // Проблемы теории и практики управления. – 2007. – № 4. – с. 77–82.
       2 Бирман Г., Шмидт С. Экономический анализ инвестиционных проектов / Пер, с англ, под ред. Л. П. Белых М.: Биржи и банки, ЮНИТИ, 2007. – 631 с.
       3 Мыльник В. В. Инвестиционный менеджмент. – М.: Академический Проект, 2007. – 272 с.
       4 Российский статистический ежегодник: 2007: Стат. сб. / Госкомстат России. М.: ИНФРА-М, 2007. 705 с.
      5 Слипенчук М. Структурные особенности источников инвестиций // Экономист. 2002. № 10.
      6 Синько В, Черноусов С. Лизинг – средство подъема производства // Экономист. 1999. – № 3. – с. 48–54.
     7 Станиславчик Е. Н. Амортизация как источник финансирования // Финансовая газета. Региональный выпуск. – 1999. – № 34. – С. 6–8.
     8 Швандар В. А., Богатин Ю. В. Оценка эффективности инвестиций и обоснование предпринимательского проекта // Финансы. – 2000. – № 9. – с. 16–19.
     9 Экономико-математические методы и модели / Н. И. Холод, В. В. Кузнецов, Я. Н. Жихар и др.; под ред. А. В. Кузнецова. – Мн.: БГЭУ, 2000. – 412 с., с. 32.
    10 Юн Г. Б. Антикризиное управление в российской экономике. – СПб: Издательство СПбГУЭФ, 2002. – 205 с.
    11 Яковлев А. Износ и амортизация: смысловая связь и принципиальные различия // Финансовая газета. – 2000. – № 34. – С. 7–8.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право