На главную Написать письмо

 

 

Лицензирование как комплексный правовой институт

О. С. Троценко, соискатель кафедры предпринимательского права УрГЮА

Отношения в области лицензирования опосредуют управляющее воздействие уполномоченных органов государственной власти на хозяйствующих субъектов, исходя из публичных интересов государства и интересов отдельных лиц, и в то же время складываются из взаимодействий между юридическими лицами и гражданами по поводу осуществления лицензируемых видов деятельности (отношения первой группы). Так, в соответствии с ч. 3 п. 1 ст. 49 ГК РФ отдельными видами деятельности юридическое лицо может заниматься только при наличии специального разрешения, лицензии. Иными словами, заключение договоров на осуществление лицензируемого вида деятельности между юридическим лицами, а также между гражданами и юридическими лицами требует получение лицензии на осуществление такого вида деятельности. Вторую группу составляют отношения по поводу получения лицензии, складывающиеся между органами государственной власти и участниками гражданского оборота. Отношения первой группы имеют ярко выраженное имущественное содержание их субъекты равны. Отношения второй группы имеют вспомогательное значение, без них невозможны отношения первой группы. Указанные отношения находятся в сфере управления и не носят товарно-денежного характера. Плату за получения лицензии, конечно, не следует рассматривать в качестве имущественного эквивалента за предоставление услуги по проведению лицензирования. Плата в данном случае представляет собой обязательный государственный сбор, размер которого не зависит от затраченных при проведении лицензирования усилий. Несколько сложнее обстоит дело с выявлением элемента власти и подчинения в регулировании отношений при проведении лицензирования. Лицензионные органы напрямую не влияют на осуществление лицензируемого вида деятельности и заключение соответствующих договоров, а только придают этому некую организованность. Лицензирование, по общему правилу, осуществляется по инициативе частных лиц. Такое положение дел характерно для гражданского права. Представляется, что власть и подчинение или возможность веления здесь вытекает из полномочий лицензионного органа самостоятельно, в установленном законом порядке, принимать решения о выдаче лицензии, а, следовательно, в возможности заключения договоров на осуществление лицензируемого вида деятельности с третьими лицами. Таким образом, отношения между заявителем и лицензирующим органом носят административно-правовой характер, но вместе с тем, имеют гражданско-правовое значение. Установление характера указанной связи позволяет сделать важные практические выводы. Выделенные группы отношений объединены общей целью – возможность осуществление лицензируемого вида деятельности. Представляется, что признак общей функциональной направленности придает указанным отношениям системный характер. Иными словами, лицензирование может рассматриваться как комплекс урегулированных правом общественных отношений, одни из которых являются имущественными, гражданско-правовыми отношениями (отношения между участниками оборота осуществления лицензируемого вида деятельности), другие обладают административно-правовым характером, но вместе с тем имеют гражданско-правовое значение (отношения между участниками оборота лицензирующими органами по поводу выдачи лицензии). Закономерен вопрос: образуют ли нормы, регулирующие рассматриваемые отношения правовой институт. Институт права – это обособленная совокупность (группа) юридических норм, призванных регулировать в рамках предмета данной отрасли права определенные, обладающие относительной самостоятельностью общественные отношения1. М. М. Агарков отмечал, что только практическая цель объединяет отдельные правоотношения в отдельный правой институт2. По мнению С. С. Алексеева, главная функция правового института состоит в том, чтобы в пределах своего участка общественных отношений данного вида или рода обеспечить цельное относительно законченное регулирование. Это значит, что правовой институт должен обладать полным «комплектом» норм, при помощи которых возможно охватить все существенные моменты регулирования соответствующего участка3. Подход М. М. Агаркова и С. С. Алексеева следует признать верным. Нормы о лицензировании объединены общим назначением и, как думается, вследствие этого, несмотря на свой разноотраслевой характер, образуют правовой институт. Эта позиция соответствует традиционным взглядам и позволяет признать за совокупностью норм о лицензировании статуса правового института. Вместе с тем, возникает проблема относительно места такого института в системе права. На современном этапе определенное распространение получила точка зрения об административно-правовом характере норм, регулирующих вопросы лицензирования отдельных видов деятельности. Так, В. В. Кудашкин полагает, что предметом института лицензирования являются правоотношения, возникающие в процессе осуществления государством и хозяйствующими субъектами лицензируемой деятельности, опосредующие управляющее воздействие управомоченных органов управления на хозяйствующих субъектов, исходя из публичных интересов государства и личности. Основным методом регулирования в рамках этого института является императивный метод, существенно ограничивающий волю их субъектов, предписывающий им модель поведения или запрещающий какие-либо юридически значимые действия4. Все это, по мнению В. В. Кудашкина, позволяет идентифицировать лицензирование как институт административного права. С точки зрения С. А. Тарасова, также имеются все основания полагать, что лицензирование является одним из институтов административного права, основываясь на следующих соображениях. Обязательным субъектом правоотношений лицензирования являются управомоченные органы управления, уполномоченные в соответствии с законодательством решать вопросы лицензирования. В роли другого субъекта выступают хозяйствующие субъекты, деятельность которых в силу тех или иных обстоятельств вызывает повышенный интерес со стороны государства и им контролируется5. Таким образом, нормы, регулирующие лицензирование, охватывают однородные, тесно связанные отношения в рамках одной отрасли, то есть составляют самостоятельный правовой институт. При этом это институт административного права. Однако, представляется, что положения о лицензировании охватывают целый комплекс общественных отношений, поскольку они преимущественно возникают и развиваются в предпринимательской деятельности. Конституцией РФ косвенно предусматривается возможность ограничения свободы предпринимательской деятельности. В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции РФ и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. ГК РФ содержит прямую норму, обязывающую иметь лицензию на осуществление тех или иных видов деятельности (п. 3 ст. 49 ГК РФ). Кроме того, исходя из анализа положений совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.06.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ», можно заключить, что лицензирование отдельных видов деятельности относится к характеристике правоспособности юридического лица и в силу этого является институтом гражданского права. Аналогичная точка зрения содержится в определением Верховного Суда РФ, согласно которой лицензирование отдельных видов деятельности также отнесено к характеристике правоспособности юридического лица и в силу этого является институтом гражданского права6. Кроме того, целью лицензирования является возможность осуществления лицензируемого вида деятельности, а также заключение гражданско-правовых договоров на осуществление такой деятельности, что также свидетельствует о гражданско-правовом значении института лицензирования и обуславливает необходимость его изучения наукой гражданского права. Эти обстоятельства позволили Д. В. Осинцеву высказать мнение о том, что лицензирование – это административно-правовой институт, но принципиальное положение к его нормативно-правовой основе закреплено в нормах гражданского права7. Вероятно, такая точка зрения имеет право на существование. Вместе с тем, по нашему мнению, исходя из разноотраслевого характера включенных в систему лицензирования правоотношений, можно констатировать комплексный характер рассматриваемого института. Иными словами, нельзя отрицать, что институт лицензирования встроен в структуру других отраслей права, и здесь имеют место различные по своей видовой и отраслевой принадлежности общественные отношения – государственно-властные, имущественные, финансово-правовые и др. Такие отношения регулируются соответствующими нормами конституционного, административного, гражданского и финансового права. Таким образом, в лицензировании объединяются различные по своей правовой природе отрасли и институты законодательства, в связи с чем оно требует комплексной оценки. Следует отметить, что вопрос о существовании комплексных отраслей и институтов права не является бесспорным. Так, О. А. Красавчиков, критикуя теорию комплексных отраслей, считает, что Ю. К. Толстой необоснованно употребляет термин «отрасль» к категории, которая таковой не является8. Между тем идея отраслевых комплексных институтов получила развитие в трудах С. С. Алексеева О. С. Иоффе, М. Д. Шаргородского, Ю. К. Толстого и др9. По мнению Ю. К. Толстого, комплексный институт – это результат систематики права по критерию, произвольно выбранному систематизатором10. Однако, по справедливому замечанию С. С. Алексеева, при таком подходе понятие «комплексный институт» связано лишь с научными классификациями. Оно поэтому не может быть использовано при характеристике объективно существующей структуры права11. Как и удвоение структуры права на других ее уровнях, формирование комплексных институтов связано с множественностью черт юридического своеобразия подразделений правовой системы, а также множественностью системообразующих факторов. При формировании комплексных институтов нормативные предписания внешне объективируются одновременно в двух разноплоскостных юридических конструкциях12. С. В. Поленина отмечает, что межотраслевые институты – наиболее распространенная разновидность комплексных правовых институтов. Они возникают на стыке смежных отраслей права, то есть отраслей, обладающих известной общностью круга регулируемых ими отношений. Так, применительно к гражданскому праву смежными в наиболее общем виде будут все отрасли, регламентирующие отношения, которые имеют имущественный характер (административное, финансовое, земельное, трудовое право)13. На наш взгляд, правильнее было бы говорить о том, что межотраслевые функциональные комплексные институты возникают на стыке смежных неоднородных отраслей права, например, гражданского и административного. Неоднородность данных отраслей прямо вытекает из законодательства, которое четко разграничивает отношения, регулируемые гражданским законодательством (основанные на равенстве сторон, свободе договора, неприкосновенности собственности и т. д.), и отношения, основанные на административном подчинении одной стороны другой. Неоднородность названных отраслей права обусловила наличие между нормами гражданского и административного права, стыкующимися при регламентации тех или иных отношений, лишь функциональной связи. Чаще всего данная связь проявляется в том, что нормы административного права регламентируют предпосылку возникновения гражданских отношений и лишь в общих чертах определяют их содержание. Такая неоднородность характерна и для отношений в сфере лицензирования. В связи с этим одной из основных целей настоящего исследования является доказательство того, что в данном случае мы имеем дело не только с публичными интересами государства, но и с интересами отдельных лиц, воздействием на их правовое и имущественное положение. Лицензирование в данном случае является ярким примером сочетания публично-правовых и частно-правовых начал. Иными словами, лицензирование – это комплексное образование, сочетающее нормы публичного и частного права. Если с точки зрения административного права, лицензирование можно определить как особую процедуру официального удостоверения (признания) права хозяйствующего субъекта на ведение определенного вида деятельности соблюдением правил, нормативных требований и стандартов14, то с гражданско-правовых позиций лицензирование – это деятельность, имеющая правосубъектную направленность, заключающаяся в легитимации правоспособности юридических лиц и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. Кроме того, как было отмечено, характеристике правоспособности юридического лица относится определение видов деятельности, на осуществление которых требуется лицензия. Показательной в данном случае является позиция Верховного Суда РФ по делу Алтайского краевого суда15. Алтайское краевое Законодательное Собрание ввело лицензирование деятельности, связанной со сбором, заготовкой, приемкой и первичной обработкой цветных металлов с 01.10.1995 г. Один из граждан-предпринимателей обратился в суд с заявлением о признании этого постановления недействительным, так как считал, что оно принято с превышением компетенции. Дело неоднократно рассматривалось в разных инстанциях, и, в результате, Президиум Верховного Суда РФ вынес решение, которым заявление предпринимателя удовлетворил и признал вышеуказанное Постановление недействительным. Доводы Президиума в пользу этого решения были различны, но главной проблемой являлся вопрос, относит ли Конституция РФ и другое законодательство лицензирование к ведению Российской Федерации или к ведению субъектов Российской Федерации. В Конституции РФ лицензирование не упоминается, но поскольку в лицензионной деятельности содержатся как элементы гражданских, так и административных правоотношений, что, по мнению некоторых судебных инстанций, в соответствии с п. «к» ст. 72, ч. 2 ст. 76, ч. 1 ст. 77 Конституции РФ позволяло субъекту Российской Федерации принять подобный акт. Указанный вывод судебных инстанций Президиум Верховного Суда РФ признал противоречащим действующему законодательству, поскольку в соответствии с ч. 3 п. 1 ст. 49 ГК РФ перечень лицензируемых видов деятельности относится к правоспособности юридического лица и в силу этого является предметом регулирования гражданского законодательства, которое находится в исключительной компетенции Российской Федерации. Таким образом, с нашей точки зрения, институт лицензирования является комплексным правовым институтом, поскольку нормы о лицензировании лежат как бы в двух плоскостях: в плоскости административного права – все нормы процессуального характера, регулирующие процедуру получения, продления, отзыва лицензии, и надзорные полномочия государственных органов; в плоскости гражданского права – нормы, регламентирующие правовые последствия получения лицензии, продления срока ее действия или отзыва, касающиеся правосубъектности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Следует также отметить, что необходимость получения специального разрешения (лицензии) для занятия определенными видами предпринимательской деятельности, а также последствия заключения сделок без лицензии закрепляются в ГК РФ – основном нормативном правовом акте гражданского законодательства.

1. Якушев В. С. О понятии правового института // Правоведение. 1970. № 6. С. 67.

2. Агарков М. М. Учение о ценных бумагах: Научное исследование. 2-е изд. М., 1994. С. 222.

3. Алексеев С. С. Структура советского права. С. 172.

4. Кудашкин В. В. Правовые аспекты лицензирования хозяйственной деятельности. // Журнал российского права. 1998. № 4–5. С. 131.

5. Кудашкин В. В. Правовые аспекты института лицензирования хозяйственной деятельности. // Российское право. 1999. № 1. С. 131.

6. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 5.

7. Административное право России. Особенная часть. Учебник для вузов/Отв. ред. Бахрах Д. Н. М., 1997. С. 264.

8. Хозяйственное право / Отв. ред. В. П. Грибанов, О. А. Красавчиков. М.: Изд-во ПРИОР. 2000. С. 21.

9. Белых В. С. Предпринимательское право в системе права России//Правоведение. 2001. № 1. С. 119–120.

10. Толстой Ю. К. О теоретических основах кодификации гражданского законодательства // Правоведение. 1957. № 1. С. 15.

11. Алексеев С. С. Структура советского права. С. 156.

12. Алексеев С. С. Структура советского права. С. 158.

13. Поленина С. В. Комплексные правовые институты и становление новых отраслей права // Правоведение. 1975. № 3. С. 72.

14. Ю. А. Тихомиров. Курс административного права и процесса. М.: Юринформцентр. 1998. С. 422. 15. Постановление Президиума Верховного Суда РФ. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 5.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право