На главную Написать письмо

 

Систематизация Российского конкурсного законодательства: современное состояние и перспективы развития

А. А. Пахаруков, кандидат юридических наук, доцент кафедры предпринимательского и финансового права Байкальского государственного университета экономики и права (г. Иркутск)


1. В юридической доктрине общепризнанным является тезис о том, что одним из главных требований к правовому регулированию является его системность. Достижение качества системности обусловливает необходимость проведения систематизации законодательства, то есть применения комплекса мер, направленных на приведение нормативных правовых актов в определенную структурную упорядоченность. Актуальность систематизации действующего российского конкурсного законодательства не вызывает каких‑либо сомнений: различного рода дефекты в законодательстве о несостоятельности снижают эффективность применения его норм, провоцируют правоприменительные ошибки.

Анализ источников конкурсного права зарубежных стран свидетельствует о том, что несостоятельность является одним из немногих институтов предпринимательского права, в регулировании которого законодательные органы сыграли решающую роль и в настоящее время проявляют чрезвычайную активность. Симптоматично, что исторически сложилось так, что во всех ведущих странах мира (США, Англия, Германия, Франция) главным источником правового регулирования несостоятельности был и до настоящего времени остается закон, даже в странах прецедентного права. Генезис российского дореволюционного законодательства о несостоятельности подтверждает сказанное. В истории конкурсного законодательства принято выделять так называемый «канцелярско-кодификационный период» (по терминологии А. Х. Гольмстена), когда были разработаны 4 проекта конкурсных уставов (1740, 1753, 1763, 1768 гг.), Устав о банкротах (1800 г.), Устав о торговой несостоятельности (1823 г.) и иные законы.

2. Анализ современного российского конкурсного законодательства позволяет выявить определенные закономерности его систематизации.

По своей структуре и содержанию Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127‑ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» максимально приближен к результату такой формы систематизации, как кодификация. Во-первых, Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» содержит нормы, регулирующие наиболее обширную сферу общественных отношений, возникающих в ходе применения процедур банкротства. Он признается важнейшим среди актов, действующих в данной сфере общественной жизни (п. 3 ст. 232); содержит общие подходы (принципы), определяющие характер и содержание всех норм соответствующего института права (признаки банкротства, применяемые процедуры банкротства, правовой статус участников конкурсных отношений, процессуально-правовые положения производства по делу о несостоятельности и др.). Во-вторых, Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» будучи итогом совершенствования законодательства представляет собой сводный акт, содержащий упорядоченную совокупность взаимосвязанных предписаний. Закон имеет значительный объем (233 статьи) и сложную структуру построения, которая должна способствовать более четкому построению системы нормативных норм, а также удобству их применения. В-третьих, в теории права обоснованно считается, что кодифицированными актами являются не только собственно кодексы, основы законодательства, ­уставы, но и так называемые сводные федеральные законы, объединяющие более узкую группу правовых норм, чем отраслевые кодексы, но с четко определенным предметом регулирования (А. В. Мицкевич).

С учетом сказанного можно ли считать кодификацию российского конкурсного законодательства завершенной? Полагаем, что кодификация не завершена ни по объему, ни по своему содержанию.

3. Обобщение практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» поз­воляет наметить следующие направления систематизации конкурсного законодательства.

Во-первых, оптимальной формой систематизации конкурсного законодательства, на наш взгляд, является продолжение его кодификации по двум направлениям. С одной стороны, конкурсные отношения должны быть урегулированы нормами единого федерального кодифицированного закона. При этом непринципиально его название (кодекс, устав, положение, федеральный закон). С другой стороны, кодификации должны быть подвергнуты и федеральные подзаконные нормативные правовые акты в данной сфере. Безусловно, такая подзаконная кодификация не равнозначна законодательной и является производной (вторичной), а не первичной формой упорядочения.

Во-вторых, считается, что кодификация законодательства необходима только тогда, когда систематизируемая часть законодательства достигла соответствующего уровня как в количественном, так и в содержательном аспекте. Равно вредны для правового регулирования как проведение преждевременной кодификации, так и задержка ее проведения. Полагаем, что в настоящее время остро назрела необходимость продолжения кодификации конкурсного законодательства в части правового регулирования мер досудебной санации неплатежеспособного должника, банкротства кредитных организаций и других специальных субъектов предпринимательской деятельности.

В-третьих, конечная цель кодификации действующего ­российского законодательства – существенный пересмотр его норм. В конечном счете, кодификация должна привести, с одной стороны, к интеграции разрозненных норм в единую систему, а с другой стороны – к более четкой дифференциации правовых норм, относящихся к различным процедурам банкротства, а также особенностям банкротства отдельных категорий должников. Думается, что можно наметить следующие концептуальные направления его реформирования. В частности, следует изменить характер требований, предъявляемых к арбитражному управляющему; нуждается в пересмотре порядок удовлетворения требований ­кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника; имеющийся пробел действующего законодательства по вопросу восстановления платежеспособности должника на досудебной стадии должен быть восполнен; предусмотренный законодательством набор судебных процедур банкротства должен быть пересмотрен, а механизм их осуществления уточнен и др.

4. Кодификация конкурсного законодательства должна проводиться в рамках систематизации хозяйственного законодательства в целом. Считаем целесообразным и необходимым принятие Хозяйственного (предпринимательского) кодекса, который должен системно урегулировать общественные отношения, возникающие в ходе осуществления предпринимательской деятельности, а также в ходе ее государственного регулирования. Представляется, что Хозяйственный (предпринимательский) кодекс должен включать краеугольные положения института несостоятельности (банкротства) хозяйствующих субъектов, а именно: признаки их банкротства, субъекты несостоятельности, очередность удо­влетворения требований кредиторов, исчерпывающий перечень применяемых судебных и внесудебных процедур банкротства.

При этом следует избежать имеющую место в настоящее время неудачную форму взаимодействия норм Гражданского кодекса РФ и Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». По вопросам конкурсного права ГК РФ содержит только отсылочные нормы (ст. 25, 65). Между тем имеющиеся в кодексе отдельные нормы смежных с банкротством институтов (например, институт ликвидации юридического лица) ­не ­соответствуют ­аналогичным нормам Федерального закона «О несостоятельности ­(банкротстве)», что вызывает сложности в их толковании и применении.

В частности, в ст. 64 Гражданского кодекса РФ не предусматривается удовлетворение требований внеочередных текущих кредиторов, тогда как Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает такую категорию кредиторов (п. 1 ст. 134). Означает ли это, что удовлетворение требований внеочередных текущих кредиторов в ходе ликвидации должно осуществляться только в установленной кодексом очередности? Полагаем, что нет, ибо в противном случае гражданское законодательство создает ситуацию ­экономической ­невозможности осуществления ликвидации юридических лиц. Участники имущественного оборота (например, службы коммунального хозяйства, оценщики, аудиторы) зная, что их требования будут удовлетворены только в последнюю очередь, не заинтересованы вступать в гражданско-правовые обязательства с ликвидируемым юридическим лицом, что в конечном итоге предопределено объективным действием закона стоимости. Кроме того, буквальное толкование ст. 64 ГК РФ в известной мере ставит юридические лица, в отношении которых принято решение о ликвидации, в неравное положение с другими участниками имущественного оборота, что противоречит основным началам гражданско-правового регулирования (п. 1 ст. 1 ГК РФ). Следовательно, отсутствие в Кодексе положений о внеочередных расходах следует рассматривать именно как отсутствие, а не как наличие позиции Гражданского кодекса РФ по данному вопросу. Думается, что данный пробел гражданского законодательства был восполнен конкурсным законодательством, что следует оценить позитивно. Считаем, что в ходе проведения обычной ликвидации при удовлетворении требований внеочередных кредиторов следует применять аналогию закона. Однако данный вывод небесспорен. Подобных ситуаций можно избежать, если кодификацию предпринимательского и конкурсного законодательства проводить совместно.

Представляется, что систематизация действующего российского конкурсного законодательства будет в конечном итоге способствовать стабильности законодательства, его доступности для граждан, юридических лиц, государственных органов, а также обеспечивать соблюдение принципов законности и справедливости.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право