На главную Написать письмо

 

Феномен предприятия в российском праве

В. А. Семеусов, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой хозяйственного права Байкальского государственного университета экономики и права


Говоря о феномене предприятия в российском праве, прежде всего, необходимо сказать о генезисе предприятия как субъекта права в хозяйственном и гражданском законодательстве.

Отечественная юридическая нау­ка ввела в круг субъектов права пред­приятие. При этом обязательно подразумевалось бытие предприятия в качестве юридического ли­ца. Вряд ли можно сомневаться в правильности концепции: с юридической точки зрения – предприятие всегда юридическое лицо, и поэтому оно является субъектом права.

А вот «новое мышление» в экономике и праве связано, между прочим, с изменением правовых взглядов на категорию предприятия. На самом деле суть новации, оказывается, в том, что, по мнению некоторых экономистов и юристов, адептов рыночной экономики на западный лад, термин «предприятие» и обозначаемое им понятие есть наследие прежней командно-административной экономики, от которого в перспективе нужно отказаться, и останутся лишь коммерческие организации. По существу предлагается из юридического лексикона и юридического обихода исключить термин «предприятие» в смысле субъекта права, а надлежит обратиться к колониальной лексике – «коммерческие организации». Манипуляция с терминами «предприятие» и «коммерческая организация» отнюдь не филологическое упражнение, они имеют зловещий социально-экономический смысл, посколь­ку предприятие создает товары, национальное богатство страны, без коего любое государство приходит в упадок, в то время как в условиях либеральной экономики, и это стало типичным социальным явлением, коммерческие организации всего лишь торгуют, спекулируют, а не производят товары.

Составители Гражданского кодекса Российской Федерации и его официальные комментаторы обращают внимание на то обстоятельство, что предприятие является не субъектом, а объектом гражданских прав – таков дух и смысл кодифицированного гражданского закона. Таким образом, была сделана попытка разрушить представление о том, что предприятие является субъектом права. Этому действию была дана достойная отповедь в науке хозяйственного права: «с таким подходом нельзя не согласиться. Предприятие является не объектом, а субъектом права. Объектом же права выступает не само предприятие, а принадлежащее ему имущество. Трактовка предприятия как субъекта права вовсе не является продуктом социалистической системы, такое понимание предприятия имеет место и в традиционных капиталистических государствах.

Нельзя согласиться и с пренебрежительной оценкой нашего собственного правового регулирования хозяйственной деятельности в условиях плановой социалистической экономики. В этом опыте были не только отрицательные, но и положительные моменты. К последним относится и понимание предприятия как самостоятельного субъ­екта права, выступающего участником правовых отношений по гори­зонтали и по вертикали. Такая трактовка предприятия является по­ло­жительной традицией, отказаться от которой нет никаких оснований»1.

Действительно, на протяжении всей истории советского, а затем российского гражданского права предприятие рассматривалось как субъект права. В законе определялась специальная правосубъектность предприятия. В теории права признавалось и по законодательству предприятие являлось субъектом права.

Как уже было замечено, в цивилистике была разработана концепция, согласно которой с введением в действие ГК РФ предприятиям было предписано преобразоваться в одну из коммерческих организаций предусмотренных ГК РФ. Однако несмотря на шквал приватизации государственный сектор экономики не был полностью уничтожен. Вот и пришлось вопреки концепции, ­впа­дая в противоречие, констатировать в ряде статей ГК РФ, что предприятие – не только комплекс имущества, используемый для осуществления предпринимательской дея­тельности, но это и субъект права, юридическое лицо.

С учетом отечественных традиций и наличия значительного госсектора в российской экономике ГК РФ сохраняет фигуру «предприятия». Введены понятия: государственные и муниципальные унитарные предприятия (ст. 113–115 ГК РФ), а также федеральные казенные предприятия (ст. 115 ГК РФ).

Можно подвергнуть сомнению тезис «предприятие не является субъ­ектом права» и с позиции банковского, налогового, финансового, валютного, страхового, трудового законодательства, где предприятие – субъект права.

Термин «предприятие» широко употребляется в хозяйственном законодательстве, обозначая субъект права.

Итак, термин «предприятие» и обозначаемое им понятие (субъект права) содержится и в современном законодательстве, и праве. Правда, и это примечательно, в юридической литературе утверждается, что в современном гражданском законодательстве термин «предприятие» упот­ребляется двояко: для обозначения субъекта права, когда речь идет об унитарных предприятиях, и для обозначения объекта права иму­щественного комплекса.

В отечественном праве были времена, когда утверждалось, что «не может быть предметом договора купли-продажи имущество, составляющее исключительную собственность государства: земля, ее недра, воды и леса, а также такие объекты как банки, железные дороги, предприятия с их производственными фондами, здания, сооружения». Это утверждение было основано на законе.

Наступили другие времена, и возникли другие правила. В настоящее время предприятие может быть объектом сделок, связанных с установлением, изменением и прекращением вещных прав. В частной собственности граждан и их объединений могут находиться предприятия. Такое приобретение ­возможно либо по правилам приватизации государственных предприятий, либо по сделкам. Вопрос о купле-продаже предприятий сегодня уже не только теоретический, но и сугубо деловой.

Трудно переоценить социальную и экономическую значимость проблемы продажи предприятия. В силу особой социальной и экономической значимости сделки по отчуждению предприятий нуждаются в особом правовом режиме государственного контроля за их совершением и исполнением. Между тем представляется, что в России государственный контроль в этой сфере экономической, хозяйственной деятельности малоэффективен.

Договор продажи предприятий, равно как и договор купли-продажи зданий, сооружений, офисов безусловно имеет особую цель – ведение предпринимательской деятельности. Поэтому он, наверное, может быть отнесен к предпринимательским договорам.

Тем не менее, легальное определение договора продажи предприятия дается в ГК РФ и презюмируется, что предприятие может быть приобретено именно по договору продажи. Между тем приобретение предприятия как хозяйствующего субъекта допустимо путем приобретения доли, пая в уставном капитале предприятия. Приобретение доли в уставном капитале, например, общества с ограниченной ответственностью. В этом случае сделки по приобретению в сущности в свое обладание предприятия одним или группой лиц совершаются по иным правилам, нежели по продаже предприятия как имущественного комплекса. Вот, например, как стало известно, концерн «Интеко» приобрел 100 % акций ЗАО «Пикалевский цемент», крупнейшего производителя цемента в Северо-Западном регионе. По оценке экспертов, сумма сделки превышает $ 35 млн. Включив новое предприятие в свое цементное подразделение, «Ин­теко» станет вторым по величине российским производителем этого строительного материала. («Коммерсантъ» 08.05.2004).

Надо признать, что сделки по приобретению долей (акций) предприятия получили в России широкое распространение.

Приобретение предприятий как юридических лиц путем скупки акций в нынешней российской экономической деятельности происходит гораздо чаще, нежели приобретение предприятия как имущественного комплекса по договору купли-продажи.

Это происходит по разным причинам. Одна из них – продажа акций предприятий и других коммерческих организаций не облагается налогом на добавленную стоимость. Это существенно экономит средства по сравнению с вариантом продажи имущества.

Интересно также то, что акции предприятия могут скупать любые лица, в то время как купить предприятие по ГК РФ может только гражданин или организация, зареги­стрированные в ­качестве ­субъекта предпринимательской деятельности.

Как известно, при совершении такой сделки как продажа предприятия продавец обязан представить по ныне действующему законодательству информацию о балансе предприятия, его инвентаризационной стоимости и аудиторской оценке. Благодаря этому обеспечивается так называемая «прозрачность» сделки.

В отличие от этого, при покупке акций законом не установлена обязанность продавца акций сообщать их покупателю достоверную информацию о реальной хозяйственной ситуации в акционерном обществе.

Иными словами, приобретателю акций законом не установлен арсенал легальных правовых способов проверки рентабельности бизнеса, которым занимается данное акционерное общество. Вследствие чего у приобретателя акций могут возникнуть разного рода риски, обесценивающие экономическую выгоду приобретения акций того или иного предприятия. Это немалые риски и разнообразные. К примеру, претензии налогового ведомства.

Нередко выясняется, что право собственности акционерного общества на недвижимое имущество должным образом не оформлено. Или – бывает так, что кредиторы грозят инициировать процедуру банкротства предприятия, о чем покупатель акций не был осведомлен.

Примечательно, что при покупке акций предприятия (акционерного общества) лицо не приобретает право собственности на это предприятие, но становится его акционером, а стало быть, в частности, оно вправе претендовать на ­имущество ­акционерного общества или часть его, но лишь при ликвидации данного хозяйственного общества.

Одним словом, заключение сделок по приобретению предприятий в собственность путем скупки акций (долей) в уставном капитале предприятия чревато немалыми рисками для приобретателя, которые могут свести на нет экономическую выгоду сделки. Ведь следует иметь в виду, что с имуществом предприятия приобретаются его проблемы (например, ­законность его приобретения продавцом).

Иногда утверждают, что часть предприятия может быть объектом купли-продажи. К сожалению и недоумению, это мнение основано на законе. В ст. 132 ГК РФ прописано, что предприятие или часть его может быть объектом купли-продажи. Между тем, очевидно, что в условиях сложившихся в России рыночных отношений, раздробление предприятия как имущественного комплекса снижает его инвестиционную привлекательность. Действительно, разве может быть, например, продан цех, связанный с другими цехами предприятия единым технологическим процессом? Видимо, нет, коль скоро по совершении такой сделки предприятие как производитель определенной продукции перестанет существовать, а также по той причине, что экономическую ценность представляет собой именно предприятие как комплексный производственно-технологический агент производства или хозяйствующий субъект.

В силу экономико-производственных характеристик в праве должно быть закреплено особое понимание предприятия как объекта права, а именно: предприятие в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью. Поэтому по договору продажи предприятия продавец обязуется передать в собственность покупателя предприятие в целом как имущественный комплекс. одним словом, обозначившийся в ГК РФ отход от общепринятых представлений в экономике и юриспруденции о предприятии как объекте сделок нужно признать неприемлемым, если, конечно, не реализуется намерение разрушить предприятие, а редакцию ч. 2 ст. 132 ГК РФ – неудачной.

Составные части предприятия как имущественного комплекса ныне модно называть элементами бизнеса. Однако эти термины и обозначаемые ими понятия лишены правового смысла. По ныне действующему законодательству, в состав предприятия как имущественного комплекса входят:

– материальные объекты (активы) или вещи (имущество), существующие в натуре;

– земельные участки;

– здания, сооружения;

– транспорт, оборудование, инвентарь;

– готовая продукция;

– иные объекты недвижимости: воздушные суда, леса, водоемы и т. д.

В ст. 132 ГК РФ записано: «предприятие в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью». Выходит, что часть предприятия нельзя считать недвижимостью. Иными словами, госу­дарственной регистрации подлежит предприятие именно как имущественный комплекс, но не как часть его.

Нельзя выносить за скобки тот очевидный факт, что государственной регистрации в соответствующих органах подлежат только вещные права. А точнее – лишь одно из них – право собственности на недвижимое имущество. Нельзя, видимо, не заметить и то, что в регистрационном законодательстве нет указаний об обязательной государственной регистрации права собственности на часть предприятия (имущественного комплекса).

Кстати, в ГК РФ заявлено (декларировано), что сделки с землей и другим недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации в случаях и порядке, предусмотренном законом о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Таким образом, по сути дела перечень недвижимого имущества устанавливается не ст. 131 ГК РФ, а федеральным законом о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

По ГК РФ предприятие как имущественный комплекс признается недвижимостью. Однако с этим вряд ли можно согласиться. Ведь предприятием может быть признана фирма, производящая про­г­раммные, интеллектуальные продукты. Она находится в арендованном им офисе (помещении) и не имеет никакой недвижимости на балансе. В данном случае продаже подлежит интеллектуальная про­мышленная собственность, собственником которой является пред­приятие как субъект права. Поэтому, естественно, вызывает недоумение утверждение, что к продаже предприятия, где нет недвижимости, должны применяться правила государственной регистрации недвижимости и сделок с ней. Ясно, что предприятие как объект гражданского (хозяйственного) оборота «выпадает» из классификации вещей на движимые и недвижимые.

Как верно отмечается в юридической науке, применение правовых норм о хозяйственном, гражданском обороте недвижимости, изложенных в ГК РФ выявило несовершенство данного Кодекса. Именно по этой причине Исследовательский центр частного права при Президенте РФ в 2003 г. предложил новую концепцию развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе.

Абстрактное понятие «предприятие» имеет конкретный экономический и правовой смысл. Как экономическая категория, предприятие есть ничто иное как определенный технологически единый производственный комплекс, имеющий определенную стоимость.

Юридическая же суть (сущность) предприятия в современном российском праве может быть изложена в следующих аспектах: предприятие как субъект гражданского или хозяйственного права (частного или публичного права); предприятие как объект права собственности и других вещных прав; предприятие как объект гражданских прав.


1 Лаптев В. В. О предпринимательском законодательстве // Государство и право. 1996 г., № 7.

2 Якушева С. Использование термина «предприятие» в современном гражданском законодательстве // Российская юстиция, 2004, №6.

3 Гражданское право. Учебник. М., 1970. С. 70.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право