На главную Написать письмо

 

Правовая природа договора на транспортировку нефти по магистральным трубопроводам

О. Г. Закиева, соискатель кафедры предпринимательского права УрГЮА


Вопрос определения системы договорных отношений в трубопроводном транспорте встал уже в 60‑х годах, когда магистральные трубопроводы получили широкое применение1. Поскольку управления магистральных нефтепроводов покупали нефть у нефтедобывающих объединений и продавали ее нефтеперерабатывающим объединениям, реализация добытой нефти, таким образом, осуществлялась в правовой форме договора поставки.

Таким образом, поставка нефти производилась путем перекачки по магистральным нефтепроводам. Вот что пишет по этому поводу О. Н. Садиков: «Договор перевозки грузов отсутствует в тех случаях, ког­да продукция доставляется покупателю средствами поставщика. Например, когда газ или нефть поставляют управления магистральных газопроводов или нефтепроводов. В этих случаях между управлениями магистральных газопроводов или нефтепроводов, с одной стороны, и городскими газоснабжающими организациями и нефтеперерабатывающими предприятиями, с другой стороны, заключается договор поставки. В цену газа или нефти, передаваемых по трубопроводам, входит как цена продукции, уплаченная управлениями трубопровода газовому или нефтяному промыслу, так и стоимость передачи газа или нефти по трубопроводу»2. Аналогичной точки зрения придерживается Л. М. Рутман. По его мнению, правовая природа отношений, возникающих при движении нефти и нефтепродуктов по трубопроводам, является сложной, содержащей черты поставки и транспортировки одновременно. Однако в большей степени эти связи тяготеют к поставке, ибо передача нефти всегда сопровождается оплатой нефтепроводной организацией ее стоимости добывающим объединениям, что практически отсутствует в отношениях по транспортировке. Несмотря на то, что управления магистральных нефтепроводов получают от объединений нефть не для производственного потребления, а в целях ее перемещения к конечному получателю, возникающие при этом отношения отражают переход продукции от одного участника к другому, что юридически опосредствуется переходом права оперативного управления на нее. Данные признаки для характеристики рассматриваемых связей являются решающими, в связи с чем их правовое регулирование осуществляется в соответствии с нормами законодательства, посвященными поставке3.

Однако не все правоведы считали такую точку зрения единственно верной. Так, С. И. Дудников пишет: «Доставка нефтегрузов по магистральным трубопроводам – транспортный процесс, а не элемент поставки. Поэтому, нам представляется, что речь должна идти не о том, чтобы оправдывать оформление отношений по доставке нефти договорами поставки лишь потому, что договором поставки опосредуются отношения по перекачке нефти по трубопроводам, а скорее о том, чтобы правовое регулирование этих последних отношений привести в соответствие с их технико-экономическим содержанием, не вполне соответствующим правовой форме договора поставки. Договоры, заключаемые с участием магистральных трубопроводов, практически не подпадают ни под один из традиционных видов обязательств, известных гражданскому праву, и с достаточным основанием могут быть отнесены к хозяйственным договорам особого рода. В итоге мы предлагаем практически сформировавшийся особый вид хозяйственного договора, опосредующего отношения с участием трубопроводного транспорта, именовать договором транспортировки продукции по магистральным трубопроводам»4.

Вслед за ним Н. А. Романович в 1984 г. высказала следующее мнение относительно правовой приро­ды правоотношений в сфере трубопроводного транспорта того ­времени: «Отношения по эксплуатации трубопроводного транспорта объединяют поставку и транспортировку, образующие нераздельный с экономической и правовой стороны процесс, в котором невозможно выявить, где заканчивается поставка и начинается транспортировка как самостоятельная операция. И хотя весь сложный комплекс этих отношений юридически оформляется договором поставки, приходится констатировать, что данная форма оказывается узкой для них. Кроме того, отнесению договоров, опосредующих доставку продукции по магистральным трубопроводам, к транспортным препятствует вплетение в них поставочных отношений. Таким образом, складывающиеся с участием трубопроводного транспорта отношения нельзя считать ни поставкой, обремененной транспортировкой, ни транспортировкой с «поставочным элементом». Здесь нет ни основных, главенствующих, ни второстепенных, подчиненных элементов. Все они равнозначны, неотделимы друг от друга, потому правовая природа этих договоров не может быть установлена по так называемому принципу преобладания. Применительно к рассматриваемым отношениям нельзя вести речь и о наличии самостоятельных обязательств поставки и транспортировки, поскольку эти отношения оформляются единым договором. О самостоятельности обязательства по транспортировке можно было бы говорить лишь в случае его юридического обособления от обязательства поставки, а этого‑то как раз и не наблюдается. Реорганизация отношений по использованию магистральных трубопроводов была бы желательна в том именно плане, чтобы экономически и юридически освободить органы трубопроводного транспорта от функции поставщика, сконцентрировать их деятельность только на транспортировке с учетом, конечно, ее специфических черт и оформив соответствующие отношения транспортным договором на доставку продукции. Иными словами, необходимо правовое обособление процесса транспортировки от поставки. Тогда договор о доставке материальных ценностей по магистральным трубопроводам вполне обоснованно можно было бы рассматривать как разновидность договоров о перемещении, наряду с договорами перевозки и буксировки, а возникающее на его основе правоотношение с полным правом отнести к транспортным. Трубопроводный транспорт, таким образом, уравняется с другими видами транспорта и с правовой стороны»5.

Таким образом, уже в то время была научно доказана необходимость реорганизации нефтепроводного транспорта, а также признания правоотношений по транспортированию нефти по магистральным нефтепроводам транспортными правоотношениями и освобождение их от нагрузки поставочного элемента. Со своей стороны хотелось бы обратить внимание на реальность договора транспортировки нефти по магистральным трубопроводам в отличие от договора поставки, который всегда является консенсуальной сделкой.

Основания и причины разграничения реальных и консенсуальных договоров сформулированы М. И. Брагинским: «Конструирование того или иного договора как реального или, напротив, консенсуального, зависит от того, в чем выражается интерес каждой из сторон и какова соответственно цель договора, которая в общем виде представляет собой сумму интересов контрагентов. Если данная цель состоит в получении вещи, в работе или услуге и, соответственно, в вознаграждении, указанное действие (по передаче вещи, выполнению работ, уплате вознаграждения или оказанию услуг) становится предметом договора. И тогда законодатель формулирует договор как консенсуальный. В остальных случаях, когда предметом договора служит совершение определенных действий по отношению к имуществу, законодатель выбирает модель реального договора»6.

Кон­сенсуальным договор поставки яв­ляется в силу того, что считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям (это предмет, цена и срок поставки). Сдача нефти перевозчику (Транснефти), выдача последним документа, подтверждаю­щего принятие груза (неф­ти) к перевозке7, дает основания для отнесения договора транспортировки нефти по магистральным нефтепроводам к категории реальных гражданско-правовых дого­воров.

С 1992 г. нефтепроводные предприятия России перешли на тарифную систему оплаты за услуги по транспортированию нефти и соответственно взаимоотношения с грузоотправителями стали регулироваться договором о транспортировке. По предложению Транснефти в 1992 г. Минтопэнерго России приняло решение о заключении единого договора о транспортировке нефти всеми российскими и транзитными грузоотправителями с Транснефтью.

На первый взгляд, представляется вроде бы очевидным, что отношения по заключению договора на транспортировку нефти являются гражданско-правовыми и регулируются Гражданским кодексом РФ. По мнению В. А. Егиазарова8, поскольку в договоре речь идет о транспортировке некой продукции, то мы имеем дело с договором транспортной экспедиции, правовое положение которого определяется в соответствии с главой 41 ГК РФ.

Однако эта, на первый взгляд четкая правовая конструкция представляется не столь однозначной после изучения текста договора9. Правовую природу договора с компанией Транснефть, на наш взгляд, можно понимать как смешанный договор, т. е. договор, содержащий в соответствии с положениями ст. 421 ГК РФ элементы различных видов договоров, предусмотренных законом. Напомним, что рассматриваемый документ содержит как элементы транспортной экспедиции, так и возмездного оказания услуг. Далее, само его название звучит как «договор об оказании услуг по транспортировке нефти», что свидетельствует о том, что его скорее можно отнести к договорам возмездного оказания услуг (глава 39 ГК РФ). Как справедливо замечает Ю. В. Романец, всем услугам присущ общий признак: «…результату предшествует совершение действий, не имеющих материального воплощения, составляющих вместе с ним единое целое. Поэтому при оказании услуг продается «не сам результат, а действие к нему»10. Это определение в полной мере подходит для договора транспортировки нефти по магистральным нефтепроводам.

Что же касается права, которое регулирует вышеуказанный договор, то в типовом договоре перечислены нормативно-правовые акты, регулирующие правоотношения, возникающие в сфере транспортировки нефти. Необходимо отметить, что среди этих актов Гражданский кодекс РФ не назван, зато указывается, например, «Положение о приеме и движении нефти в системе магистральных трубопроводов», «Схема нормальных (технологических) грузопотоков нефти», утвержденные бывшим Минтопэнерго РФ 05.09.1995 г. и 24.12.1997 г., соответственно, и другие ведомственные документы.

Также следует отметить, что, так как Транснефть является субъектом естественной монополии, следовательно, ее деятельность регулируется также антимонопольным законодательством. И, следовательно, договоры на оказание услуг по транспортировке нефти регулируются не только гражданским законодательством, но и многочисленными ведомственными нормативными актами, а также антимонопольным законодательством.

Рассмотрим еще одно мнение относительно правовой природы договора снабжения нефтью и нефтепродуктами. В книге «Договоры о перевозке грузов» М. И. Брагинский и В. В. Витрянский говорят «о возможности применения к соответствующим договорам положений ГК РФ о договоре энергоснабжения при отсутствии специального правового регулирования указанных договоров, если иное не вы­тека­ет из существа возникающих из них обязательств; это является лишь приемом законодательной техники и никак не влияет на квалификацию указанных договоров в качестве договора энергоснабжения либо его разновидностей»11. Такого же мнения придерживается и Е. А. Су­ханов, который пишет: «правоотношения, возникающие при транспортировке газа, нефти и нефтепродуктов, не относятся к категории отношений, возникающих из договора перевозки… отношения энергоснабжения, применяются и к отношениям, связанным со снабжением тепловой энергией через присоединенную сеть, а также со снабжением через присоединенную сеть газом, нефтью и нефтепродуктами, водой и другими товарами…»12.

Однако проведение аналогии меж­­ду договором энергоснабжения и транспортом нефти, газа и нефтепродуктов нельзя признать удачным. ГК РФ содержит нормы, ­регулирующие предмет договора энергоснабжения, порядок его заключения, продления, изменения и рас­­торжения, количество и качество поставляемой энергии, обязанности покупателя по содержанию и эксплуатации сетей, приборов и оборудования, оплату энергии, ответственность по договору энергоснаб­жения и др. Мы согласны с мнением А. Кабалкина о том, что ГК РФ прямо не указывает, о каком виде энергии идет речь13. Подразумевается, очевидно, в первую очередь, электрическая энергия.

В параграфе 6 «Энергоснабжение» главы 30 «Купля-продажа» ГК РФ содержится статья 548 «Применение правил об энергоснабжении к иным договорам», где указано, что все правила, регулирующие энергоснабжение, применяются «к отношениям, связанным со снабжением через присоединенную сеть газом, нефтью, нефтепродуктами, водой и другими товарами», если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не вытекает из существа обязательства, т. е. условий, зафиксированных в договоре.

Б. М. Сейнароев указывает, что термин «присоединенная сеть» заимствован из электроэнергетики, где он означает систему электропередающих объектов (ЛЭП, трансформаторные подстанции и т. д.)14. В нефтяной и газовой промышленности этот термин не применяется. Но и в электроэнергетике он применяется в отношении электрораспределительных сетей. Электроэнергия от производящих ее электростанций подается в районы потребления по так называемым системообразующим линиям электропередачи и уже от них «через присоединенную сеть» подается потребителю. В соответствии с этой схемой электропроизводящая организация продает энергию электроснабжающей организаций по договору поставки (купли-продажи). Далее, как указано в ст. 539 ГК РФ «по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию». Таким образом, очевидно, что речь идет об использовании распределительной, а не магистральной сети. На это, к сожалению, не обратили внимание многочисленные комментаторы ГК РФ.

На наш взгляд, транспортировка нефти и нефтепродуктов по магистральным трубопроводам слишком далека по своим сущностным характеристикам от энергоснабжения, что и не позволяет ставить вопрос о применении к ней вышеназванных норм ГК РФ. В данном случае, безусловно, речь идет о транспортном договоре. Например, А. И. Хаснутдинов определяет его следующим образом: «Транспортный договор можно определить как договор, по которому одна сторона (транспортная организация) обязуется оказать услугу по перемещению грузов или пассажиров для достижения предусмотренных им целей, а другая сторона (клиент) обязуется уплатить установленную плату»15. Данное определение понятия транспортного договора позволяет, во‑первых, выделить из большого числа отношений по оказанию услуг обязательства, опосредующие оказание специфической услуги по перемещению; во‑вторых, провести «инвентаризацию» транспортных договоров; в‑третьих, разграничить транспортные и широко распространенные на транспорте нетранспортные обязательства, тесно связанные с первыми и обеспечивающие их нормальное становление, развитие, прекращение; в‑четвертых, выработать понятие вспомогательного обязательства на транспорте, обусловленное их выделением наряду с основным обязательством перевозки.


1 См.: Егиазаров В. А. Проблемы совершенствования транспортного законодательства в СССР. Автореф.… докт. юрид. наук. М., 1963. С. 44; Брагинский М. И. Структура договорных связей и ответственность участников при поставках транзитом. М.: ВЮЗИ, 1960. С. 122; Дудников С. И. Правовое регулирование трубопроводного транспорта СССР. Дисс…. канд. юрид. наук. Ростов‑на-Дону, 1963. С. 168; Садиков О. Н. Правовое регулирование трубопроводного транспорта в СССР // Правоведение. 1962. № 2. С. 132.

2 См.: Садиков О. Н. Правовое регулирование трубопроводного транспорта в СССР // Правоведение. 1962. № 2. С. 132.

3 Рутман Л. М. Правовое регулирование нефтегазовых объединений. М.: Недра, 1987. С. 129–130.

4 Дудников С. И. Правовое регулирование трубопроводного транспорта СССР. С. 168–179.

5 См.: Романович А. Н. Транспортные правоотношения. Минск, 1984. С. 126.

6 Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. М.: Статут, 2001. С. 392.

7 Транспортировка партий нефти производится на основании маршрутных поручений, выпускаемых АК «Транснефть» по реальным маршрутам, соответствующим Схеме нормальных (технологических) грузопотоков нефти в системе магистральных нефтепроводов АК «Транснефть», утверждаемой Минтопэнерго России (см.: п. 11 Положения о приеме и движении нефти в системе магистральных нефтепроводов, утвержденного Приказом Минтопэнерго РФ от 5 октября 1995 г. № 208).

8 Егиазаров В. А. Понятие «транспортирование грузов» и «перевозка грузов» в российском законодательстве // Право и экономика. М., 1999. № 11. С. 89.

9 Имеется в виду типовой для всех нефтедобывающих организаций договор на транспортировку нефти; конкретно для целей исследования в настоящей работе использовался договор между АО «НГК “Славнефть”» и АК «Транснефть».

10 Романец Ю. Договор возмездного оказания услуг // Закон. 1999. № 10. С. 110.

11 Брагинский М. И. и Витрянский В. В. Договорное право. М.: Статут, 2000. – Кн. 2: Договоры о перевозке имущества. С. 146.

12 Гражданское право: Учебник. В 2 т. / под ред. Е. А. Суханова. М.: БЕК, 1993. С. 69.

13 Кабалкин А. Толкование и классификация договоров // Российская юстиция. 1996. № 7. С. 25.

14 Сейнароев Б. М. Договор энергоснабжения // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2000. № 6 (91). С. 34.

15 Хаснутдинов А. И. Понятие транспортного договора // Правоведение. 1990. № 3. С. 40.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право