На главную Написать письмо

Анотация

В статье отмечается безальтернативность усиления государственного регулирования отношений в сфере энергопотребления в условиях экономического кризиса, в том числе посредством энергетического планирования. В современных условиях наибольшую эффективность может иметь управление в формате государственно- частного партнерства. Автор рассматривает энергетическое планирование как ключевой аспект отношений партнерства в энергетической сфере.

Ключевые слова

Энергетическое планирование; государственно-частное партнерство; энергетическая политика; энергосбережение; бенчмаркинг; энергоэффективность.

 

Государственно-частное партнерство как ключевой аспект энергетической политики

Г. Д. Джумагельдиева, кандидат юридических наук, старший научный сотрудник Института экономико-правовых исследований НАН Украины

Экономике свойственна цикличность: чередование фаз спада и подъема. В этом свете нынешний экономический кризис вряд ли может претендовать на эксклюзивность. Отличительными особенностями сегодняшнего кризиса можно считать его масштабность, в немалой степени обусловленную происходящими процессами глобализации, и системность, проявившуюся в распространении кризисных явлений на все отрасли экономики, в том числе энергетическую, являющуюся одним из «форпостов» государственной безопасности. По мнению исследователей, «универсальность» экономического кризиса связана со стихийностью развития рыночной экономики, вызванной устранением государства с присущим ему аппаратом правового воздействия как от регулирования происходящих экономических процессов, так и от ответственности за них, посредством делегирования этих полномочий рынку1. Очевидно, неслучайно наименьшие потери в нынешнем кризисе понесли государства с высокой степенью государственного регулирования экономики (Китай, Япония и др.).

В странах постсоветского пространства с провозглашением перехода к рыночным отношениям произошел отказ от использования значительной части рычагов государственного воздействия на отношения в сфере энергопотребления в пользу механизмов рыночной саморегуляции. К сожалению, «кастингу» способов правового регулирования не всегда предшествовал анализ их потенциальной эффективности в изменившихся условиях, в результате чего наряду с тормозящими экономическое развитие ограничениями, к разряду «опальных» было отнесено и энергетическое планирование. Одномоментный отказ от энергетического планирования привел к утрате целей регулирования энергетической отрасли, в том числе сегмента энергопотребления, что привело к разбалансированности энергопотребления, усугублению экстенсивной направленности использования природно-ресурсной базы и бесконтрольному повышению энергоемкости экономики.

Очевидно, что в условиях экономического кризиса, когда значение объективных рыночных механизмов снижено, усиление государственного регулирования отношений в сфере энергопотребления, в том числе и посредством энергетического планирования, не имеет альтернативы. Безусловно, это не означает возврата к административно-командным способам управления, в современных условиях большую эффективность может иметь управление в формате государственно-частного партнерства, построенного на основе оптимального сочетания рыночной саморегуляции экономических отношений субъектов хозяйствования и государственного регулирования макроэкономических процессов.

Вопросам построения такой системы посвящены труды ряда ученых (В. Т. Варнавский, А. В. Белицкая, Т. А. Макареня, Т. Т. Синельников и др.), в то же время энергетическому планированию как ключевому аспекту отношений партнерства в энергетической сфере уделено недостаточно внимания, что предопределило цель настоящей статьи.

За рубежом энергетическое планирование как способ выстраивания партнерских отношений между государством и бизнесом особое звучание приобрело в связи с разразившимся в 70-е годы прошлого века нефтяным кризисом, именуемым в литературе «нефтяным эмбарго». Кризис продемонстрировал уязвимость энергетик развитых стран Западной Европы и США, обусловленную высоким уровнем их зависимости от импорта энергоносителей и чрезмерной энергоемкостью. Стала очевидной необходимость изменения приоритетов государственной энергетической политики.

Программы преодоления энергетического кризиса, разрабатывавшиеся в различных странах, безусловно, имели специфические особенности. Однако основным методом преодоления негативных тенденций в энергетике повсеместно было избрано государственное энергетическое планирование, в рамках которого, с одной стороны, определялись приоритетные, с точки зрения национальной безопасности и обеспечения экономического роста, задачи государства, способы, посредством которых предполагалось решение этих задач, а с другой – содержалось адресованное субъектам хозяйствования и населению приглашение к сотрудничеству, выражаемое в определении механизма стимулирования желающих участвовать в реализации намеченных планом задач, а также профилактики действий, противоречащих приоритетам программы.

Энергетическое планирование за рубежом дало ощутимые результаты: позволило не только преодолеть последствия нефтяного кризиса, но и обеспечить национальным экономикам определенный «запас прочности» на случай повторения кризисных явлений на рынках энергоносителей в будущем.

Так, Дания, имевшая к началу нефтяного кризиса 100-процентную зависимость от импортируемых энергоресурсов и один из самых высоких в Западной Европе уровень энергопотребления на душу населения, в настоящее время благодаря эффективному энергетическому планированию по праву считается государством с наиболее энергоэффективной экономикой. В США, где проявления энергетического кризиса были едва ли не самыми острыми (закрывались тысячи предприятий, в ряде штатов вводился режим чрезвычайного положения, обширные территории объявлялись районами бедствия), посредством энергетического планирования было обеспечено сокращение удельного веса нефти и природного газа в энергетическом балансе США на 78% за период с 1973 по 1990 г. и достижение высоких показателей энергоэффективности: на фоне общего экономического роста на 50% за указанный период объем энергопотребления возрос лишь на 9%2. Планирование энергопотребления позволило энергодефицитной Японии существенно изменить структуру энергетического баланса: если в 1973 г. удельный вес импортной нефти составлял 71,3%, то в 2006 г. он снизился до 7,8% за счет диверсификации источников энергии и энергосбережения3.

Наиболее значимыми плановыми актами Дании являются Первая национальная энергетическая политика Дании (ДЕ76), Энергетический план (ЕР81), Энергетический план «Энергия-2000». Обеспечение единой целевой направленности энергетической политики позволило последовательно решить задачи по обеспечению надежности энергоснабжения, снижению зависимости от импорта энергоресурсов, развитию альтернативной энергетики, прежде всего, ветряной.

Основными способами стимулирования участия субъектов хозяйствования в реализации государственных программ являлись финансовые и налоговые механизмы. Так, участие в предусмотренных планом инвестиционных проектах давало право субъектам хозяйствования на получение энергетических субсидий, субвенций и инвестиционных грантов, позволявших компенсировать до 60% сделанных капиталовложений. Поступление средств, необходимых для государственной поддержки инвестиционных проектов, обеспечивалось за счет введения системы энергетических налогов.

Развитию альтернативной энергетики и стимулированию энергоэкономии как субъектами хозяйствования, так и бытовыми потребителями способствует специфическая форма собственности энергокомпаний, в рамках которой каждый потребитель с момента подключения к энергосети становится акционером энергокомпании. Сочетание интересов собственника компании и одновременно потребителя ее продукции (услуг) выступает залогом неизменности курса на повышение эффективности и надежности инженерных систем и сетей (интерес собственника), с одной стороны, и снижение цены на поставляемую энергию (интерес потребителя), с другой. Потребители как акционеры имеют широкие возможности для учета и регулирования уровня энергопотребления, что позволяет им существенно экономить и энергию, и свои денежные средства.

При этом сами энергокомпании являются некоммерческими субъектами хозяйствования. Согласно законодательству Дании энергокомпания обязана соблюдать в общегодовом финансовом балансе равенство доходов и расходов. В случае получения прибыли по итогам финансового года акционерам начисляются дивиденды в форме снижения цены на энергию на следующий плановый год, что учитывается в бюджете компании. В случае убытков у энергокомпании ее тарифы на следующий финансовый год корректируются в сторону увеличения.

Основным элементом механизма государственно-частного партнерства в энергетической сфере США являлась разветвленная система налоговых льгот. Субъекты хозяйствования, принимающие участие в реализации государственных энергетических программ повышения энергоэффективности, имели право на льготное налогообложение. Размер налоговой преференции зависел от объекта вложения средств и объема размещенных инвестиций. Так, для инвесторов, финансирующих работы по тепломодернизации зданий, предусматривалась 15-процентная налоговая скидка с первых 2 тыс. долл. США и 20-процентная – с каждых последующих 7 тыс. долл. США. И напротив, субъекты хозяйствования, не воспринявшие отраженную в Энергетическом плане идею повышения энергоэффективности и продолжающие выпускать оборудование со сверхнормативным энергопотреблением, уплачивали налог по повышенным ставкам4.

Заслуживает внимания и фундаментальный опыт энергетического планирования, накопленный в советский период, который в настоящее время, к сожалению, остается невостребованным.

Нефтяной кризис 70-х годов не имел разрушительных последствий для экономики СССР – единственного на тот момент крупного промышленно развитого государства, удовлетворявшего потребности в энергии за счет собственных природных ресурсов. В то же время большая заслуга в построении самодостаточной в энергетическом плане экономики принадлежит планированию. Планирование энергопотребления осуществлялось не только в стоимостных (как в настоящее время на территории постсоветских государств), но и в натуральных показателях, выводимых с учетом отраслевых норм, нормативов и стандартов, определяемых на уровне подзаконных актов. Контроль за соблюдением энергонормативов возлагался на органы Госэнергонадзора.

Подзаконные акты, регламентирующие вопросы организации, финансирования тех или иных работ, принимались на основе плана, что предопределяло единство их целевой направленности и обеспечивало результативность. Так, например, увеличение плановых показателей энергопотребления, обусловленное проведением электрификации, развитием энергоемких производств, и осознание дороговизны производства энергии и исчерпаемости природно-ресурсной базы обусловили отражение в плановых актах того периода курса на удешевление энергии за счет развития альтернативной энергетики. Благодаря энергетическому планированию введены в эксплуатацию: самая крупная в мире ветряная электростанция Д-30 (г. Ялта, 1931 г.), первая в мире атомная электростанция в г. Обнинске (Калужская обл., 1954 г.). Только на территории Украины к началу 50-х годов функционировало 956 малых гидроэлектростанций.

Однако, если в сфере производства энергии применение директивных методов планирования давало результаты, то эффективность этих методов в вопросах энергосбережения была сомнительной. Так, например, в 1986–1987 гг. в черной металлургии было введено только 3 установки непрерывной разливки стали, которые позволяли сократить энергозатраты в прокатном производстве на 75–80 % и на 10– 15 % увеличить выход металла (задание на пятилетку – 43 подобные установки); в цветной металлургии за аналогичный период также введено 3 из 10 запланированных корпуса электролизеров с обожженными анодами для производства алюминия, применение которых позволяло снизить расход электроэнергии на 1 т алюминия на 10–15 %5. Основными причинами низкого выполнения плановых показателей в области энергосбережения являлись, с одной стороны, низкая стоимость энергии на фоне высокой капиталоемкости энергосберегающего оборудования, с другой – отсутствие действенных механизмов стимулирования (морального, материального, в иных формах) участия субъектов хозяйствования в выполнении программ по энергоэкономии.

Определенное стимулирование участия субъектов хозяйствования в выполнении программ, направленных на повышение энергоэффективности, обеспечивали проводимые социалистические соревнования за энергоэкономию, являвшиеся общественным признанием успехов, которых добилось в этих вопросах победившее предприятие. Итоги соревнования подводились раз в квартал. Победителем считались предприятия, которые, наряду с технико-экономическими показателями работы, добивались наилучших результатов в экономии энергии, повышении коэффициента мощности или поддержании его не ниже 0,92– 0,956. Успехи победителя соревнования являлись мотивирующим фактором и для других предприятий, они становились ориентирами, которых необходимо было достичь. К сожалению, социалистические соревнования имели, в большей степени, формальный характер, не позволяющий в полной мере использовать их потенциал в повышении экономической заинтересованности предприятий.

В современной модели управления энергосбережением в странах постсоветского пространства социалистические соревнования как элемент стимулирования энергоэкономии оказались невостребованными. В рамках курса на построение рыночной экономики представлялось логичным «делегирование» полезных функций социалистического соревнования (получение более высоких производственных результатов в результате коллективных усилий) конкуренции.

Как показало время, произведенная замена вряд ли может считаться равноценной, даже с учетом недостатков советской системы социалистических соревнований. Особенностью социалистического соревнования являлся ярко выраженный коллективизм, при котором, в отличие от внутрифирменного корпоративизма (конкурентного фактора), соревнующиеся не делали секрета из тех новых приёмов, которыми они овладели. При таком подходе достижения одних при помощи средств массовой информации становились общим достижением, и распространение положительного опыта могло принести выгоду не только его автору, как при конкуренции, которая не предполагает открытости. Технологии, позволяющие снизить энергозатраты на производство при сохранении качества выпускаемой продукции – то есть по сути способствующие выполнению программных задач принимаемых энергетических стратегий, при существующем подходе являются предметом охраняемой законом коммерческой тайны.

Следует отметить, что государства, экономика которых изначально строилась на идеях рынка и свободной конкуренции (США, страны Западной Европы, Япония и др.) отнюдь не считали социалистические соревнования вредоносными. В Японии и США программы бенчмаркинга (Benchmarking – в переводе с английского – «каменная скамейка») – аналога социалистических соревнований являются частью государственной экономической программы и развиваются при непосредственной государственной поддержке.

Весьма показательна эффективность бенчмаркинга для обеспечения рационального использования энергоресурсов в Японии, где энергосбережение является частью национальной философии хозяйствования.

Главным результатом внедренного в конце 70-х годов прошлого века бенчмаркинга (в Японии – «dantotsu» – усилие, беспокойство, забота лучшего (лидера) о том, чтобы стать еще лучшим (лидером), как системы опережения лучших показателей, стал всплеск персональной активности членов трудового коллектива предприятий. На предприятиях Японии широко практикуется работа «кружков качества» – малых групп, объединяющих сотрудников компании, которые при содействии руководства разрабатывают и внедряют предложения по рационализации и совершенствованию труда на предприятии, в том числе по экономии энергии. Работа «кружка» может поощряться материально или нет, но всегда поощряется морально, что в Японии имеет немаловажное значение в решении вопросов карьерного роста.

Помимо внутрикорпоративных соревнований, организуемых самой корпорацией, под эгидой государства проводятся и внешние, на которых определяется лучший производитель по итогам года. Такое звание присваивается субъекту хозяйствования, производящему оборудование, энергоэффективность которого выше установленного государственными стандартами уровня. Одновременно на основании параметров энергоэффективности такого «премированного» оборудования государственным органом стандартизации разрабатывается новый стандарт, обязательный для применения всеми производителями аналогичного оборудования. Таким образом, в результате бенчмаркинг в Японии является, с одной стороны, способом «актуализации» действующих энергостандартов, обеспечивающим их соответствие достигнутому уровню научно-технического развития страны7, с другой, в сочетании с конкуренцией, используется как средство повышения заинтересованности производителей в постоянном поиске путей решения задачи максимального снижения энергоемкости при сохранении (улучшении) качества производимой продукции, поскольку отсутствие успехов в этой сфере может привести к сужению ниши, занимаемой той или иной компанией на рынке.

Таким образом, одним из ключевых аспектов энергетической политики государства, независимо от избранного им экономического курса и текущей экономической ситуации (кризис или подъем), является построение отношений партнерства между государством и субъектами хозяйствования, в основе которого должен лежать принцип удовлетворения интересов обоих партнеров, что возможно посредством организации взвешенного планирования в энергетике и механизма стимулирования участия бизнеса в выполнении программных положений. Большую помощь в выстраивании такой системы отношений могло бы оказать «осовременивание» советской системы управления энергосбережением посредством устранения присущих ей недостатков, встраивания в каркас этого регулирования рыночных механизмов. Возможность такого сочетания и его эффективность подтверждает и зарубежный опыт.

_____________________________

1Бузгалин А. В., Колганов А. И. Экономический кризис: за счет кого, как и куда из него выходить? (реактуализация марксизма) // Философия хозяйства. 2009. № 2. С. 163-170.
2Корнеев А. В. Реализация энергетической стратегии США и «энергетические» барьеры экономического роста России // США – Канада: экономика, политика, культура. 2004. № 4. С. 3-14.
3Полищук А. В. Новая энергетическая стратегия Японии: внимание на энергетическую безопасность // ЭКО. 2008. № 12. С. 138-157.
4Дрождинина А. И. Энергосбережение – инструмент реализации энергетической стратегии России // Вестник МГТУ. 2008. № 2.
5Кожевников К. Г. Энергоресурсосбережение как необходимое условие эффективной модернизации российской экономики: автореф. дис. … канд. экон. наук.: спец. 08.00.05. – МГТУ им. Н. Э. Баумана, – М., 2000.
6Бернер М. С. Стимулирование энергосбережения: использование опыта советского периода // Энергосбережение. 2009. № 6.
7Джумагельдиева Г. Д. Энергетическое планирование как основа государственной энергетической политики // Законодательство. 2010. № 3.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право