На главную Написать письмо

Анотация

При использовании теории инкорпорации для определения личного закона юридического лица существует опасность для внутренних интересов государства. В статье обосновывается, что действующая в Российской Федерации теория инкорпорации отвечает современным условиям интернационализации экономики и объективным интересам интеграционных объединений государств.

Ключевые слова

Личный закон юридического лица; теория инкорпорации; компания почтового ящика; перенос местонахождения правления.

 

Перенесение местонахождения правления российского юридического лица за границу и иностранного юридического лица на территорию россии

Адель Янович Аухатов, доктор и магистр права Германии, кандидат юридических наук, научный сотрудник Института европейского и германского предпринимательского права, конкурентного права и права государственного регулирования, Свободный университет (г. Берлин)

При попытке установления единого коллизионно-правового регулирования частноправового статуса компаний Европейский Союз сталкивается со значительными проблемами1. Противоречие между стремлением к единообразному регулированию на международном уровне и желанием законодателя защитить национальные интересы проявляется в области международного частного права сильнее всего2. Многие вопросы коллизионно-правового регулирования частноправового статуса компаний остаются до сих пор нерешёнными. Это обстоятельство затрудняет взаимопроникновение и переплетение капиталов государств–членов ЕС, и, тем самым, отрицательным образом оказывает влияние на функционирование Общего европейского рынка.

Начиная с 2002 г. Суд Европейских Сообществ своими решениями подверг изменению коллизионные правила государств–членов ЕС в отношении перенесения местонахождения правления компаний, или, по крайней мере, значительно их ограничил3.

В настоящее время в России происходит активное движение капиталов, товаров и услуг через границы. В общеправовом плане все иностранные юридические лица могут вести на территории РФ хозяйственную деятельность, заключать сделки, создавать с участием российских лиц или без них юридические лица, в организационно-правовых формах предусмотренных российским законодательством открывать и закрывать представительства и филиалы, быть истцом и ответчиком в суде и т. д. В соответствии с новыми условиями иностранные юридические лица могут заниматься предпринимательской деятельностью непосредственно на территории РФ, без создания каких-либо организационно-правовых структур, если только в федеральном законодательстве не предусмотрены специальные изъятия. Возможно скоро Россия столкнётся с теми проблемами, которые сегодня являются головной болью для многих государств–членов ЕС.

Коллизионно-правовое регулирование частноправового статуса юридических лиц и иностранных организаций, не являющихся юридическими лицами по иностранному праву, осуществляется на основе ст. 1202 и 1203 ГК РФ4. Российский законодатель нормативно закрепил в ГК РФ не только сам термин «личный закон юридического лица», но также его содержание – круг вопросов, решаемых на основе личного закона (п. 2 ст. 1202 ГК РФ). Пункт 1 ст. 1202 и п. 1 ст. 1203 ГК РФ закрепляют критерий места учреждения для определения личного закона юридического лица и организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву5.

Теория инкорпорации подчиняет юридическое лицо правопорядку, в соответствии с предписаниями которого оно учреждено. Так, правомерно созданное юридическое лицо может, не теряя своей первоначально приобретённой правосубъектности, перенести местонахождение своего правления из одного государства в другое6. Это, в свою очередь, ведёт к либеральной практике признания компаний. Помимо этого использование теории инкорпорации для определения личного закона компании способствует развитию международной торговли, так как учредители компании не связаны с жестким критерием фактического местонахождения административного центра и могут выбирать страну с наиболее либеральной системой права.

При господстве в российском коллизионном праве теории инкорпорации для определения личного закона организации становится возможным деятельность компаний почтового ящика на территории РФ. Это, в свою очередь, может иметь негативные последствия для внутренней экономической стабильности российского государства. Компании почтового ящика представляют непосредственную опасность для кредиторов, потому что у таких компаний по законодательству, в соответствии с которым они созданы, часто отсутствует требование минимального уставного капитала либо размер минимального уставного капитала невелик.

При действии теории инкорпорации существует также такая опасность для внутренних интересов государства, как отплыв капиталов за границу. При господстве теории инкорпорации становится возможным перенос юридическим лицом местонахождения своего правления. При такой ситуации представляется интересным проанализировать возможность перенесения местонахождения российского юридического лица за границу. Возможно, в материальном праве России имеются предписания, позволяющие внести ясность в отношении интересующего нас вопроса.

Предположим, что существует некое юридическое лицо, учреждённое в соответствии с российским законодательством. Спустя некоторое время руководящими органами этого юридического лица принимается решение о переносе местонахождения правления за границу, т. е. принято решение изменить местонахождение юридического лица. Порядок принятия решений органами юридического лица определён специальными законами об отдельных видах юридических лиц (Законом об АО, Законом об ООО и др.).

Поскольку было принято решение о переносе административного центра юридического лица, т. е. об изменении его местонахождения, то в таком случае необходимо внести изменения в учредительные документы юридического лица, которые подлежат государственной регистрации. В соответствии с п. 4 ст. 18 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 г.7 в случае внесения изменений в сведения о юридическом лице в связи с переменой места нахождения юридического лица регистрирующий орган вносит в единый государственный реестр юридических лиц соответствующую запись и пересылает регистрационное дело в регистрирующий орган по новому месту нахождения юридического лица.

В силу п. 1 ст. 18 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» государственная регистрация изменений учредительных документов юридического лица или внесение в государственный реестр иных сведений о юридическом лице производятся регистрирующим органом по месту нахождения юридического лица (согласно п. 2 ст. 54 ГК РФ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации). Иначе говоря, регистрация изменений в учредительных документах и иных сведений о юридическом лице происходят в том регистрирующем органе, где уже имеется досье на данное юридическое лицо.

В комментариях М. М. Богуславского и С. И. Крупко к ст. 1214 ГК РФ8 отмечалось, что перенос места нахождения органов управления российского юридического лица за пределы России, основанный на решении его компетентного органа управления, не влечет за собой ликвидацию юридического лица и его исключение из Единого государственного реестра юридических лиц.

Внеся изменения в учредительные документы и зарегистрировав их в государственном реестре, юридическое лицо вполне правомерно может перенести своё местонахождение за границу, поскольку жесткого требования последующего совпадения уставного и фактического местонахождения в российском законодательстве нет. Примечательно, что в российском материальном гражданском праве местонахождение юридического лица определяется местом регистрации, которое в свою очередь определяется по месту нахождения указанного учредителями в заявлении о государственной регистрации постоянно действующего исполнительного органа, в случае отсутствия такого исполнительного органа – по месту нахождения иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности (п. 2 ст. 8 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»). Также это место нахождения должно быть указано в учредительных документах. Таким образом, место регистрации, уставное местонахождение и фактическое местонахождение правления в материальном гражданском праве совпадают. Однако для коллизионно-правового регулирования юридических лиц это не имеет решающего значения, поскольку место регистрации, уставное местонахождение и местонахождение органа управления юридического лица должны указывать на территорию РФ.

Необходимо отметить, что под переменой места нахождения юридического лица Закон о государственной регистрации юридических лиц понимает перемену места нахождения юридического лица внутри страны, т. е. только в пределах РФ, а не за границу. Речь идёт не о коллизионно-правовых, а о материально-правовых нормах, поскольку этот закон не направлен на коллизионно-правовое регулирование. В юридической литературе9 указывается на то, что правовые последствия переноса места нахождения органов управления юридического лица, учрежденного по законам РФ, за ее пределы отечественным законодательством не урегулированы.

На практике реализовать положения, согласно которым прежний регистрирующий орган пересылает регистрационное дело по новому местонахождению юридического лица, будет затруднительно, а порой и практически невозможно, так как между государствами должно наличествовать соглашение, предусматривающее регулирование этих вопросов. В случае отсутствия международного соглашения уповать на принцип взаимности в подобных случаях также не приходится. Перенесение правления российского юридического лица за границу зависит также и от того, согласно ли иностранное государство с таким перенесением, или же оно предусматривает особые правила касательно перенесения местонахождения юридического лица из-за границы на территорию своей страны.

Внесение изменений в учредительные документы юридического лица в отношении местонахождения не означает изменения применимого к юридическому лицу права. Таким образом, перенесение местонахождения головных органов юридического лица российского права за границу не ведёт к изменению его личного закона. Им как был так и остаётся российский закон, поскольку значимым является право страны, где учреждено юридическое лицо (см. п. 1 ст. 1202 ГК РФ), т. е. право страны – места первоначальной инкорпорации (учреждения) юридического лица.

Важно принять во внимание, что непредставление, или несвоевременное представление, или представление недостоверных сведений о юридическом лице в российский орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в случаях, если такое представление предусмотрено законом, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере 50 МРОТ (ст. 14.25 КоАП РФ10). В ст. 171 УК РФ11 также предусмотрена ответственность за представление документов, содержащих заведомо ложные сведения, за использование заведомо подложного документа. В соответствии с УК РФ такие действия будут квалифицироваться как незаконное предпринимательство.

Данные положения российского законодательства о непредставлении информации или несвоевременном представлении информации приобретают особое значение, если произошло фактическое перенесение местонахождения юридического лица без внесения соответствующих изменений в учредительные документы юридического лица и без их обязательной государственной регистрации. Следовательно, в соответствии с российским правом такое перенесение местонахождения является неправомерным.

Таким образом, перенесение местонахождения головных органов юридического лица российского права за границу возможно в случае, если внесены изменения в учредительные документы этого юридического лица и проведена их государственная регистрация в РФ, и законодательство иностранного государства, в которое переносится местонахождение юридического лица, не предъявляет особые требования к этому процессу. Перенос местонахождения юридического лица российского права за границу не повлечёт ни его ликвидации, ни исключения из Единого государственного реестра юридических лиц.

Также возможно перенесение местонахождения правления иностранной организации на территорию России, поскольку в ст. ст. 1202 и 1203 ГК РФ закрепляется критерий места учреждения для определения личного закона юридического лица и организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву.

Специального законодательного регулирования вопроса перенесения местонахождения правления иностранной организации на территорию РФ не существует.

По мнению А. В. Асоскова, закрепление в российском законодательстве критерия места учреждения юридического лица в целях определения личного закона не предполагало возникновения коллизий, связанных с перенесением местонахождения правления юридического лица. Российский (а ранее – советский) суд просто не вникает в вопросы реального управления юридического лица и т. п., строго формально определяя личный закон по месту учреждения12.

При разработке проекта третьей части ГК РФ, в частности в отношении ст. 1242 и 1243 проекта ГК РФ (ныне ст. 1202 и 1203 ГК РФ), германские эксперты13 высказывались против закрепления критерия инкорпорации. Свою позицию они обосновывали тем, что необходимо с самого начала преследовать цель пресечения лежащих на поверхности злоупотреблений, как например, учреждения компаний, существующих только в виде почтового ящика где-нибудь в Лихтенштейне, в штате Делавэр или в других «правовых оазисах». Для избежания подобных случаев рекомендовалось следовать теории оседлости, т. е. закрепить в законе для целей определения личного закона организации критерий фактического местонахождения административного центра юридического лица. Благодаря закреплению критерия местонахождения административного центра организации становятся излишними специальные нормы, защищающие внутренний оборот. Некоторые западные эксперты выражали удивление в выборе отечественными разработчиками проекта Третьей части ГК РФ критерия инкорпорации для определения личного закона юридического лица и к организации, не являющейся юридическим лицом, потому что в остальном проект везде настойчиво защищал российский гражданский оборот.

Теория инкорпорации облегчает проникновение компаний одних государств в экономику других. Не зря её называют теорией «экспорта компаний». В подобных случаях возникает опасность для внутренних интересов государства. Возможно, выбранный учредителями правопорядок предъявляет менее жесткие требования в отношении кредиторов, работников и меньшинства участников компании. К этому правопорядку в случае возникновения сомнений само юридическое лицо, кроме как процесса учреждения, никакой связи не имеет. В этом отношении теория инкорпорации является уязвимой.

Использование теории (критерия) инкорпорации для определения его личного закона, спо собствует развитию международной торговли и взаимному проникновению капиталов. Теория инкорпорации является в коллизионно-правовом отношении более стабильной к иностранным юридическим лицам и организациям, не являющимся юридическими лицами, поскольку она защищает интересы их учредителей (участников). Кроме того, в коллизионно-правовом отношении привязку «место учреждения» в сегодняшнее время – время повышенной мобильности участников рыночных отношений и в период возможности управления юридическим лицом из различных уголков земного шара посредством современных средств телекоммуникации, значительно легче установить.

Итак, теория инкорпорации отвечает современным условиям интернационализации экономики и объективным интересам интеграционных объединений государств. Это имеет решающее значение как для современной российской экономики, так и экономики СНГ и ЕС. Компании государств–членов интеграционного объединения будут обладать возможностью беспрепятственно переносить своё местонахождение из одного государства–члена в другое с сохранением своей прежней правоспособности и без смены применимого к компании права. С этих позиций избрание российским законодателем критерия учреждения для определения личного закона юридического лица и организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, является вполне обоснованным и оправданным.

_____________________________

1Подробнее об этом Аухатов А. Я. Определение права, подлежащего применению к юридическому лицу и организации, не являющейся юридическим лицом. Сравнительный анализ права России, Германии и Европейского сообщества. Казань, 2006. С. 114 и посл.
2Жильцов А. И., Муранов А. И. Национальные кодификации в современном международном частном праве. Тенденции и противоречия в его развитии на пороге третьего тысячелетия // Международное частное право: Иностранное законодательство / Предисл. А. Л. Маковского; сост. и науч. ред. А. Н. Жильцов, А. И. Муранов. М.: Статут, 2002. С. 44.
3Europдischer Gerichtshof, Urteil vom 05.11.2002 – Rs. C-208 / 00 – Ьberseering BV / Nordic Construction Company Baumanagement GmbH (NCC) // Praxis des Internationalen Privat- und Verfahrensrecht. 2003. S. 65; Europдischer Gerichtshof, Urteil vom 30.09.2003, Rs. C-167 / 01, Kamer van Koophandel en Fabrieken voor Amsterdam / Inspire Art Ltd. // Betriebsberater. 2003. S. 2195 ff.; Europдischer Gerichtshof, Urteil vom 16.12.2008, Rs. C-210 / 06 // Deutsches Steuerrecht. 2009. S. 121 ff.
4Гражданский кодекс Российской Федерации, часть третья от 26 ноября 2001 г. № 146-ФЗ // СЗ РФ. 2001. № 49. Ст. 4552.
5Подробнее см. Аухатов А. Я. Российское законодательство в области коллизионно-правового регулирования юридических лиц // Журнал российского права. 2009. № 7. С. 100-111.
6Kruse V. Sitzverlegung von Kapitalgesellschaften innerhalb der EG: Vereinbarkeit der einschlagigen Regelungen des deutschen Sach- und Kollisionsrechts mit dem EG-Vertrag. Kцln, Berlin, Bonn, Mьnchen, 1997. S. 8.
7ФЗ от 08 августа 2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» // Собрание законодательства РФ. 2001. № 33 (Часть I). Ст. 3431.
8Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: В 3 т. Т. 3. Комментарий к ГК РФ, части третьей / Под ред. Т. Е. Абовой, М. М. Богуславского, А. Г. Светланова. М.: Юрайт-Издат, 2004. С. 425.
9Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: В 3 т. Т. 3. Комментарий к ГК РФ, части третьей / Под ред. Т. Е. Абовой, М. М. Богуславского, А. Г. Светланова. М.: Юрайт-Издат. С. 425.
10Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2002. № 1 (ч. I). Ст. 1.
11Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.
12Асосков А. В. Правовые формы участия юридических лиц в международном коммерческом обороте. М.: Статут, 2003. С. 53.
13Обсуждение проекта «Раздела VII «Международное частное право» ГК РФ» в редакции от 30.10.1997 г. на Конференции, посвящённой 5-летию Исследовательского центра частного права.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право