На главную Написать письмо

Анотация

Статья посвящена понятию «интеллектуальная рента», которая представляет собой форму экономической реализации различных видов собственности на интеллектуальные ресурсы и инновационные продукты. Автор анализирует значение интеллектуальной ренты для формирования модели инновационной экономики России.

Ключевые слова

Интеллектуальная рента; интеллектуальный капитал; инновационная экономика; инновация.

 

Инновационный потенциал интеллектуальной ренты

А. Н. Митин, доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой теории и практики управления УрГЮА

В условиях постиндустриальной экономики особое значение приобретают исследования, касающиеся интеллектуальной ренты, которая пока еще не получила объективной стоимостной оценки и правовой защиты.

Интеллектуальная рента – это сверхприбыль, получаемая при использовании воспроизводимых, не связанных с эксплуатацией природных ресурсов, интеллектуальных факторов производства, прежде всего интеллектуального капитала1. Она становится главным стимулом для инновационной активности талантливых ученых, руководителей организаций, стремящихся к технологическому обновлению своих производств, изобретателей, предприимчивых людей, которые являются правообладателями интеллектуальной собственности.

Замечательные свойства интеллектуальной ренты в том, что затраты на создание того или иного интеллектуального продукта могут отличаться в сотни раз, а стоимость его тиражирования стремится к нулю. Новое программное обеспечение становится типичным, эмитируется, но его добавленная стоимость остается продолжительное время высокой (хотя полезность программы навязывается рекламой). Остается главное – убедить людей отдать вам свои деньги за товар с новыми полезными свойствами.

Но требуется сделать одно замечание: интеллектуальная рента – это не просто патент или новаторская идея. Это сама возможность произвести товар по этому патенту, внедрить то или иное нововведение. Она есть основа обмена продуктами интеллектуального труда между центром и периферией. Таким образом, контроль над сверхприбылью, то есть над интеллектуальной рентой, становится глобальным выигрышем в новом технологическом укладе. Главными факторами богатства страны в этом случае остаются опережающее развитие технологии и умелое использование получаемого при этом добавочного продукта. Для этого государство должно вкладывать огромные средства в развитие образования, науки и инфраструктуры, создавать условия для создания определенного качества человеческого капитала, что достигается образованием. Именно государственные усилия создают тогда те условия и механизмы, при которых творчество, интеллектуальный труд обеспечивают создание новых технологий и качество жизни. При этом новые технологии, как показывает практика развитых государств, удерживаются через административные запреты на территории страны до появления новейших образцов, содержащих интеллектуальную ренту, которые заместят прежние. Равным образом удерживается и интеллектуальная рента. Интеллектуальный продукт, наиболее квалифицированная работа осуществляется в стране–инвесторе, «отверточные сборки» передаются на территории с дешевой рабочей силой, а экспорт капитала позволяет надолго сохранить у себя сверхприбыль. Распределение интеллектуальной ренты при таком подходе – это плата за гарантии собственности, за социальную стабильность, за качество жизни.

Современные процессы глобализации свидетельствуют о смещении акцентов по накоплению капитала в вещественной и денежной форме на освоение преимуществ информационных технологий и авансирование развития интеллектуального капитала. Основой постиндустриального хозяйственного уклада, складывающегося на платформе информатизации, выступает интеллектуальная работа. Экономический опыт США и европейских государств показывает, что в общем объеме той же американской продукции на мировом рынке порядка 30 % инновационных товаров и новые технологии, а инновационная доля России здесь не более 1 %.

До недавнего времени понятие интеллектуального капитала организации сводилось лишь к интеллектуальной собственности, которая включала в себя патенты, авторские права, товарные знаки и ноу-хау. Однако, применяя термин «интеллектуальный капитал» для обозначения нематериальных активов организации, следует обратиться к зарубежной классификации2, в которой предложено его четыре основных модуля: рыночные активы; интеллектуальная собственность как актив; человеческие активы; инфраструктурные активы. С учетом российской специфики современное наполнение этих модулей может выглядеть следующим образом:

– рыночные активы: торговаямарка, имидж организации во внешней среде, информационные ресурсы; система маркетинга, система логистики, разветвленная сеть потребителей, портфель заказов оперативного и стратегического характера, лицензионные и другие соглашения по использованию интеллектуальных активов, признание в корпоративном сообществе;

– объекты интеллектуальнойсобственности: патенты на изобретения и открытия; экспериментальные и промышленные образцы; авторское право; товарный знак; ноу-хау (охраняемые секреты, имеющие коммерческую значимость);

– человеческие активы: творческий потенциал работников; компетентность – знания, умения, осведомленность, авторитетность в какой-то области деятельности; уровень квалификации; профессиональные навыки; первичные качества личности, ум, объемное мышление; способности – природная одаренность, талантливость, возможность производить управленческое взаимодействие и воздействие; предприимчивость, находчивость, изобретательность, практичность;

– инфраструктурные активы: философия управленческих взаимосвязей; культура управления; управленческие процессы; объекты применения информационных технологий; инвестиционные связи и потоки; связь и телекоммуникации; объединение усилий в кластерных структурах; самообразование в течение всей жизни.

Для понимания современного состояния феномена интеллектуального капитала важен исторический контекст. Среди множества конкурирующих подходов к пониманию природы интеллектуального капитала в конце ХХ века наиболее четко выделяются два, в которых дается как его широкое, так и достаточно узкое определение.3 В широком смысле интеллектуальный капитал включает в себя способность работников понимать, использовать и внедрять новые, более эффективные способы обеспечения деятельности организации. Он включает в себя не только кодифицированное, но и неявное знание (навыки, опыт, творческие способности) и не является совместно потребляемым благом с точки зрения организации. В узком смысле интеллектуальный капитал – это конечное, не исключаемое, неделимое и совместно потребляемое общественное благо (знания и информация, равнодоступные всем членам общества). В этих случаях стоимость интеллектуального капитала может рассматриваться как частная (для организации–владельца) и общественная (для всего общества). Общественная стоимость отдельных элементов интеллектуального капитала связана с дополнительной ценностью, которую предоставляет его использование остальным членам общества. Организация осуществляет на развитие интеллектуального капитала фиксированные затраты, тогда как общество получает положительные внешние эффекты от его существования и использования.

Разница между двумя стоимостями не должна быть слишком большой. Если общественная стоимость интеллектуального капитала намного превышает частную стоимость, то для владельца интеллектуального капитала уменьшаются стимулы способствовать росту его стоимости, поскольку значительная часть добавленной стоимости присваивается обществом. В этом случае снижается инновационная активность предпринимателей, у которых отсутствует необходимая мотивация создавать новые интеллектуальные продукты. Если же частная стоимость интеллектуального капитала намного превышает общественную, то общество несет значительные потери из-за присваивания результатов интеллектуальной деятельности исключительно владельцем капитала. Тогда снижается диффузионный потенциал инноваций. Требуется оптимальный баланс, в котором бы учитывались интересы обеих сторон, а результаты интеллектуальной деятельности присваивались ими в равной мере.4

В свою очередь, интеллектуальный капитал представляет сумму человеческого капитала и капитала структурного. Человеческий капитал определяется как объединенные знания, запас здоровья, навыки, мотивации, инновационность, потенциальные возможности отдельных работников организации, которые целесообразно используются, содействуют увеличению производительности труда, влияют на рост доходов конкретного работника. Человеческий капитал формируется за счет инвестиций в человека, отражает свою ключевую роль в организации, но не может ей принадлежать. Эта часть интеллектуального капитала покидает организацию вместе с работниками после окончания рабочего дня. Структурный же капитал (по K. Sveiby) остается в форме аппаратного и программного обеспечения, информационных ресурсов, баз данных, патентов, товарного знака – всего того, что способствует росту производительности и эффективности труда. Он делится, в свою очередь, на клиентский и организационный капитал. Первый – это ценность, заключенная в отношениях с клиентами, а второй (организационный) состоит из капитала инновационного и капитала процессного. Именно инновационный капитал состоит преимущественно из законных прав (патентов, изобретений, лицензионных соглашений) и других элементов, трудно подпадающих под конкретные определения, но что в значительной степени определяет стоимость организации (идеи, нововведения, торговые марки). Процессный капитал в этом случае характеризует инфраструктуру организации (информационные и другие технологии, рабочие процессы и т. д.)5.

Таким образом, появление в 90-е годы прошлого столетия термина «интеллектуальный капитал», указало на новый объект управления со стороны руководителей организаций – неосязаемые (нематериальные) активы, использование которых может дать хороший рост акционерной стоимости за счет ранее не используемых резервов: знаний, компетенции, информационных технологий, интеллектуальной собственности, деловой репутации (гудвилла). К примеру, деловая репутация организации, как рыночная категория, в отличие от других активов, продаваемых на рынках, обладает рядом отличительных особенностей, характеризующихся: а) степенью влияния внешней и внутренней среды и результатами работы организации б) волатильностью (величиной гудвилла), которая изменяется в зависимости от колебаний макроэкономических показателей (цен, курсов валют, инфляцией, объемов продаж на фондовых рынках и т. д.); в) привязкой к определенной организации, поскольку ее нельзя передать во временное пользование или продать как товарный знак; г) увеличением ее ценности лишь в контексте организации, в комплексе с основными фондами, технологиями, капиталом, системой управления, людьми, корпоративной культурой; д) зависимостью от разного рода угроз, неопределенностей и рисков внешней среды.

Как отмечал Т. Стюарт, «Разум становится имуществом, когда под влиянием свободно действующей силы мозга создается нечто полезное, имеющее определенную форму: перечень сведений, база данных, описание процесса и т. д.»6. В этом определении подчеркивается интеллектуальное происхождение, а интеллектуальный капитал рассматривается как результат работы мысли, итог знаний, он становится экономической ценностью двух категорий неосязаемых (нематериальных) активов организации – структурного и человеческого капитала7.

Значение интеллектуальной ренты для формирования модели инновационной экономики современной России чрезвычайно велико. Рентные отношения в сфере применения интеллектуального капитала экономически выгодны, поскольку позволяют его собственнику самостоятельно определять объекты приложения творческих усилий, интенсивность творческого процесса, формы обмена интеллектуальными продуктами и получения дохода на свой интеллектуальный капитал, прежде всего в форме материального вознаграждения. Однако для того, чтобы этот механизм заработал, требуется пройти ряд стадий: возникновение идеи; принятие идеи для последующей проверки через научные и прикладные исследования; поиск сферы применения интеллектуального продукта; экспертизы; новая технология; опытный образец; новый вид товара; положительное отношение потребителя к новому интеллектуальному продукту и т. д. Применительно к инновационной модели экономики это означает, что экономический рост в большей степени начинает определяться той долей продукции и технологического оборудования, которая содержит прогрессивные знания и современные управленческие решения. Речь идет об инновационных системах различных уровней и отраслей экономики.

Здесь следует отметить, что при рассмотрении проблем инновационной экономики, а также извлечения интеллектуальной ренты следует четко различать фундаментальную науку, цель которой – генерация новых знаний, и новые модели экономического роста, которые через инновационные системы реализуют новые знания в конкретные технологии, товары и услуги. Наука – это постоянная креативность на основе глубоких знаний. При этом научная деятельность не может быть неким автономным процессом производства и накопления новых знаний – она задает определенный алгоритм творческой активности человека. Вряд ли можно рассчитывать на производство конкурентоспособной продукции (работ и услуг), приоритетно не накопив соответствующую критическую массу разума, интеллекта, профессионализма и других качеств личности, то есть интеллектуального капитала. В этом случае цена организации может существенно превосходить цену ее материальных активов, что означает стремление потребителя приобретать не физические, а в основном нематериальные активы. Обращение же только к зарубежным технологическим заимствованиям, их «усовершенствование» – это создание некой виртуальной инновационной схемы, в основе которой остается ориентир «догоняющего развития», при котором государство вынужденно усиливает свое присутствие в экономике и применяет преимущественно «ручное управление» (настоящее управление – это управление созданием условий). Такой ориентир обманчив по своей сути и опасен для страны. Его отрицательные последствия более губительны, чем последствия мирового финансово-экономического кризиса.

Хорошо, что в настоящее время крупные отечественные компании обратили внимание на ценность нематериальных активов и капитализируют их с помощью лицензирования, скупая при этом патенты не только на применяемые, но и на перспективные изобретения, требующие доработки. Интеллектуальная собственность, имеющая правовую защиту, выступает в этом случае в качестве инвестиций. После проведения дополнительных затрат научно-исследовательского характера на рынке наверняка появятся новые товары с высокой добавленной стоимостью, как результат интеллектуального труда.

Таким образом, интеллектуальная рента представляет собой форму экономической реализации различных видов собственности на интеллектуальные ресурсы и инновационные продукты, это доход сверх того минимального уровня, который необходим для привлечения интеллектуальных ресурсов в данную сферу деятельности. Интеллектуальный рентный доход – это доход, относимый к производственным затратам, который превосходит альтернативную стоимость интеллектуального капитала. Интеллектуальная квазирента в этом случае определяется как доход сверх того минимального уровня, который необходим для удержания интеллектуального капитала в конкретной сфере деятельности. Она больше интеллектуальной ренты на величину невозвратных издержек собственников интеллектуального капитала и организаций, осуществляющих инновационную деятельность8.

Идеи инновационных подходов в экономике давно ищут своих последователей. Б. Санто в своих работах определял инновацию как общественно-технический-экономический процесс, который через использование идей и изобретений приводит к созданию лучших по своим свойствам изделий, технологий. В случае если инновация ориентирована на экономическую выгоду (на прибыль), то ее появление на рынке может принести добавочный доход9. Похожую трактовку понятия «инновация» дает в своих работах Б. Твисс, подразумевая процесс, в котором изобретение или идея приобретает экономическое содержание10. Российские экономисты рассматривают инновации как форму разрешения противоречия, явления прогресса в любой форме человеческой деятельности11, как изменения на качественном уровне, проявляющиеся не только в производстве, но и в формах управленческих воздействий12.

Сегодня принято считать, что «инно вация» интерпретируется как превращение потенциального научно-технического прогресса в реальный прогресс, воплощающийся в новых продуктах и технологиях. Каждый этап научно-технического прогресса имеет свои специфические технологии, производственно-технологические системы и производственные отношения. Для начала XXI века – это информационные технологии и компьютеризированные системы, высокие производственные технологии, являющиеся результатом применения новых физико-технических и химико-биологических принципов и основанные на них инновационные технологии, инновационные системы и инновационная организация различных сфер человеческой деятельности. Ее конечным результатом должно стать создание новой формы организации экономики – инновационной экономики.

А интеллектуальная рента как раз и возникает в такой форме организации экономики, где экономическими субъектами ее присвоения являются собственники интеллектуального капитала и интеллектуальных ресурсов. Это ее питательная среда, которая характеризуется общей заинтересованностью этих субъектов в создании инновационных продуктов.

Инновационная форма организации экономики не сможет обойтись без высокоинтеллектуального труда. Но для этого требуется не только переориентировка в сфере переподготовки и повышения квалификации кадров, но и внедрение принципиально новых образовательных технологий, которые содержат социальные, организационные и психологические аспекты процесса создания наукоемких нововведений, использования механизма творчества и саморазвития личности. Они одинаково нужны как на традиционных для экономики производствах, которые необходимо модернизировать в кратчайшие сроки, так и в новых отраслях, сориентированных, допустим, на те же нанотехнологии. По результату увеличивается контингент кадров, которые стоят для работодателя дорого. Но это уже «продвинутые» кадры, приносящие за счет использования своего интеллектуального потенциала прибыль как себе, так и организации.

Используя современные информационно-технологические возможности, распределенность высшего образования по стране, межотраслевой характер научных связей, можно достаточно быстро перейти к договорной схеме подготовки кадров нужной квалификации и специализации для конкретных отраслей экономики. Таким образом, формируются кластерные конструкции, соединенные с образованием, венчурным финансированием, кадрами с целевой подготовкой, инновационными производствами и сетями продвижения нового товара на рынки сбыта. Введение в инновационный поиск мощного потенциала науки ускоряет процесс интеллектуального производства и позволяет определить периоды и объемы извлечения интеллектуальной ренты.

По мнению лауреата Нобелевской премии Ж. Алферова, для получения интеллектуальной ренты, которая создается поколениями, необходимо развивать те направления, которые являются наиболее перспективными, то есть наукоемкие технологии13. Их доля при росте валового продукта развитых стран сегодня достигает 90 %. В новых продуктах (и в потребительских, и в инвестиционных, и всяких других) доля интеллектуальной ренты может составлять до 50 % цены и выше.

Особенно велика доля интеллектуальной ренты в цене стержневых товаров, которые охватывают всю экономику: микроэлектронные компоненты, интегральные схемы, универсальные приборы и т. д. Эти товары активно участвуют во внешнеэкономическом обмене, что одновременно помогает за счет извлечения интеллектуальной ренты модернизировать производство. Страны, которые замыкаются в нише сырьевой специализации, остаются на обочине мирового развития. На сырьевых рынках идет жесткая конкуренция. Они находятся под доминированием транснациональных корпораций, извлекающих большую часть прибыли из товарообмена сырьевыми товарами и практически противопоставляющими импортные интеллектуальные ренты в готовой продукции экспортируемым рентам в форме сырья. Россия фактически отдаёт свою невозобновляемую природную ренту в обмен на импортную инфляцию, то есть в обмен на сверхприбыль, достигаемую при производстве наукоемких товаров14.

По мере распространения информационных и наукоемких технологий объем интеллектуальной ренты первоначально убывает, а затем, после инвестиций на восстановление физического и человеческого капиталов, появляется новый источник дохода из новой ренты, благодаря этим инвестициям. Последующая задача перераспределения интеллектуальной ренты решается рынком и налоговой системой с соответствующими государственными расходами.

Инновационной форме организации экономики требуется хорошая концептуальная и нормативная правовая база. Концептуальный документ должен содержать установку, что сырьевые преимущества еще будут сохраняться, но с достаточно быстрым замещением их инновационными технологиями. В нем требуется определить: что такое инновационная форма организации экономики; в какие периоды она должна приобретать черты системности и комплексности; каковы механизмы нахождения и изъятия интеллектуальной ренты; каковы возможные негативные последствия инновационной активности, их влияние на экономику индустриального типа; какую промышленную политику на два-три десятилетия предлагает государство?

Поскольку всё современное законодательство России формировалось по ориентирам экономики индустриального типа, потребуется провести огромную работу по его изменению применительно к инновационной форме организации экономики: в части использования объектов интеллектуальной собственности и введения института ответственности за неправомерные действия по отношению к правообладателям; по переводу экономических понятий, касающихся инноваций, инвестиций, интеллектуальной ренты и др. в отрасль гражданского законодательства; по управлению государственной собственностью и процессами деприватизации; по созданию новых мотивационных механизмов для увеличения числа патентов, изобретений, брендов; по формам участия государства в использовании объектов интеллектуальной собственности; по расширению количества технопарков, инновационных центров, инновационного пространства, систем трансферта инновационных технологий.

Без политической воли и государственной поддержки эту задачу не решить, поскольку с явлением инновации тесно связаны инновационный процесс и инновационная деятельность. И все это требует креативно мыслящих личностей в науке, образовании, культуре, которые в свободном самовыражении способны предложить для внедрения предпринимательскому сообществу новые знания. А это уже новая модель экономического поведения, при которой создание инновации становится не единичным действием, а социально-психологической установкой, постоянным процессом творческой человеческой активности.

_____________________________

1Салихова Р. С. Содержание и формы реализации интеллектуальной ренты в современной экономике. http://hghltd.yandex.net/yandbtm?gtree
2Интеллектуальный капитал / Пер. с англ. Под ред. Л. Н. Ковалик. СПб. Питер, 2001. 288 с.
3Hunter L., Webster E., Wуatt A. Measuring Intangible Investement. 2005.
4Лукичева Л. И., Салихов М. Р. Подходы к оценке стоимости интеллектуального капитала организаций. // Менеджмент в России и за рубежом. № 4, 2006.
5http://www.sveiby.com.au/intangAss/denosynl.htm.
6Stewart T. A. Intellectual Capital. The New Wealth of Organizations, New York: Currency Doubleday, 1997, p. 67.
7www.oecd.org/dsti/indcomp/Amsonf/symposium.htm.
8Салихова Р. С. Содержание и формы реализации интеллектуальной ренты в современной экономике. http://hghltd.yandex.net/yandbtm?gtree
9Санто Б. Инновации как средство экономического развития. / Пер. с венгер. – М.: Прогресс, 1990. С. 134.
10Твисс Б. Управление научно-техническими нововведениями. / Пер. с англ. – М.: Экономика, 1989. С. 37.
11Глазьев С. Ю. Теория долгосрочного технико-экономического развития. –М.: ВлаДар, 1993. С. 28-30.
12Бухова С. М., Дорошенко Ю. А. Оценка экономической эффективности инноваций разных типов//Экономический анализ: теория и практика», № 3, 2005. С. 14.
13Пресс-конференция Ж. И. Алферова, С. Ю. Глазьева, Д. С. Львова в РИА «Новости». http://www.openpost.msk.ru/archive/167/OPP167_3.htm
14Глазьев С. Ю. Стратегия «передовых рубежей» – основное направление развития конкурентоспособного машиностроения // Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ. № 9.1998.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право