На главную Написать письмо

Анотация

В статье исследуются культура и этика предпринимательства как сложнейшие социальные, психологические и экономические явления.

Ключевые слова

Культура, этика, предпринимательство.

 

О необходимости обращения к культуре и этике предпринимательства

А. Н. Митин, доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой теории и практики управления УрГЮА

Разбирая «истории болезней» отечественных и зарубежных предпринимательских структур, оказавшихся под ударами мирового финансово-экономического кризиса, можно прийти к выводу, что одна из главных причин недугов заключается в незаметном, а потому коварном переходе из системного состояния в дезорганизационное. Начало заболевания не увидели руководители государств, крупные собственники, владельцы банковского капитала, организаторы производства, ученые. На определенном этапе извлечения прибыли не был замечен самый мягкий материал из всех существующих (по Рольфу Рюттингеру), но имеющий огромный инновационный потенциал – культура предпринимательства.

На практике она представляет собой сложнейшее социальное, психологическое и экономическое явление. Организации подобно индивидуумам управляются различными движущими силами: ценностями, страхами, стрессами, запретами, нормами, иррациональными механизмами действий, неформальными связями, которые весьма слабо осознаются работниками. Это своеобразное театральное действо, в котором распределены роли, но до конца не известен финал пьесы. Главные роли пытаются получить люди, которые заявляют о себе как наиболее активные предприниматели, а где-то даже и лидеры.

В наиболее общем определении «предприниматель» – это собственник предприятия. По утверждению этимологических словарей, русское слово предприниматель восходит к церковно-славянским «пред» и «приять», «приятю», имеющим «родственников» не только во всех славянских языках, но и в древнеиндийском, немецком, греческом и во многих других, что, конечно, весьма знаменательно. «Предприять» означает «преуспевать», «удаваться». По В. Далю и, стало быть, в народном понимании «предприниматель» – всякий человек, затевающий или решившийся исполнить какое-либо дело, а «предприимчивый» – человек энергичный, находчивый, изобретательный, обладающий практической сметкой. Сегодня в России предпринимательство – это «кипящий котел» противоречивого и немыслимого переплетения проблем, взлетов и падений, недружественного поглощения и криминала, огромного богатства и кредитной зависимости, невежества, отчаянного самопожертвования, самых смелых надежд и глубокого пессимизма.

И все же словарные, другие определения далеко не исчерпывают понятия о предпринимателе и предпринимательстве. Образ этого человека встречается в сотнях произведений русской и мировой литературы, и он везде неоднозначен, а специфика этой деятельности, конечно же, отражает быт, ценности, культуру, правовую систему той или иной страны, содержит исторические традиции каждого народа.

С определенной долей условности первыми предпринимателями можно признать библейских Адама и Еву, которые после изгнания из рая, лишившись божьего покровительства, энергично и изобретательно занялись налаживанием быта, зарабатывая себе на пропитание одомашниванием и разведением животных, собиранием плодов и другой сельскохозяйственной деятельностью. Тогда же проявились и первые факторы конкуренции, позволившие мужчине по причине силы претендовать на лидерство. Позднее Фридрих Ницше предполагал, что с проявлением феномена предпринимательства культ силы приобретал все большее значение. Без сомнения, что одним из мотивов появления власти и государства не в последнюю очередь было именно установление правил применения силы в конкурентной борьбе, государственное регулирование предпринимательской деятельности. Государство как самый сильный предприниматель предложило предпринимателю (а он не смог отказаться от этого предложения) свои правила игры: закон устанавливает обязательные для предпринимателя правила расширения своего дела, нормы отчисления от прибыли в бюджет и даже обеденный перерыв. Первые два условия предполагают гарантии сторон, а в третьем – закон обед не гарантирует: на него надо заработать.

Предпринимательство всегда выступает как особый вид человеческой деятельности, в основе которой лежит ряд непременных условий и требований:

• свобода в выборе направлений и методов деятельности, самостоятельность принятия решений;

• ответственность за принимаемые решения, за их последствия и связанный с этим риск;

• законность;

• ориентация на достижение коммерческого успеха, получение прибыли;

• определенный стиль и модель поведения, слагаемыми которых являются инициатива, поиск инновационных решений, масштабность, деловая хватка, порядочность и честность.

• строгое выполнение обязательств, вытекающих из правовых актов, договорных отношений и совершаемых законных сделок.

Именно с этими элементами связана особая функция, выполняемая предпринимателями в экономике. Она состоит в обеспечении динамического развития экономической системы, создании инновационной среды, ломающей традиционные управленческие структуры и открывающей дорогу преобразованиям.

Чтобы с помощью этих «ферментов предпринимательства» появлялись новые движущие силы в экономике, требуются правила «игры», которые государство пыталось сформулировать с незапамятных времен. Древнейшие в истории законодательства торговый, земледельческий, налоговый и другие кодексы, зафиксированные в «Законнике Билаламы» – сборнике законов государства Эшнунна в Древней Месопотамии XX века до н.э., правила ведения дел и сбора податей в Законах Хаммурапи, царя Вавилонии XVIII века до н.э. свидетельствуют о давнем стремлении власти их определить. «Закон русский» – обычное право (порядки, сложившиеся на основе обычаев жизни восточных славян и Древнерусского государства в IХ – Х вв.), «Правда» Ярослава Мудрого, «Устав» Владимира Мономаха и другие правовые акты уже содержали правила предпринимательской деятельности, наследования собственности, взимания налогов и пошлин, устанавливали допустимые проценты ссуды, этические правила и культуру ведения дел. В «Истории всемирной торговли» Э. Бера упоминается о том, что в Египте времен правления Птоломеев (305–30 гг. до н.э.) торговое законодательство преследовало ростовщичество, устанавливало порядок надзора за весами, гирями и мерами; в Древней Индии существовало вексельное право, строгие способы определения мер и весов, порядок установления оптовых и розничных цен, штрафные санкции за нарушение правил торговли. Когда-то на Руси был известен обычай «бить по рукам», что означало формальное заключение сделки. Нарушение слова воспринималось как святотатство, неуважение к партнеру, обман, жульничество.

Правила игры могли меняться, но предприниматель понимал, что даже самый лучший закон не будет работать в полную силу по причине разности интересов: у государства они общие, а у частника – личные. Отсюда разное толкование законов и разные способы достижения цели. Государство стремится к максимальной регламентации, а предприниматель ищет пути сокращения изъятий прибыли и варианты попадания во власть, чтобы влиять на формулировки в законах. Власть не очень жалует посторонних и ставит преграды через выборные технологии и технологии договора, которые стоят дорого. Однако, как говорится в пословице: «Кто хочет меда диких пчел, должен терпеть их укусы». Предприниматели начинают объединяться в союзы и ассоциации, чтобы через объединение усилий платить меньше, а цели добиваться быстрее. Власть всегда опасается объединившихся, поэтому идет с ними на переговоры и дает согласие на создание альянсов. Так появляются партнеры власти, а в государстве начинает постепенно формироваться культура предпринимательства, предпринимательская этика и государственночастное партнерство.

Культура предпринимательства как понятие не имеет однозначного определения. Во-первых, она базируется на достижениях общей культуры и неразрывно с ней связана. Во-вторых, она конкретизирует предпринимательскую этику. В-третьих, содержит в себе множество принципов, методов, ценностных установок и моделей поведения при осуществлении предпринимательской деятельности. В-четвертых, реализует определенный набор функций, позволяющих успешно применять управленческие воздействия. По существу, это совокупность действий при осуществлении предпринимательской деятельности, фокусирующая свое внимание на трех главных моментах: правилах, власти и разделяемых ценностях в соответствии с действующими в стране правовыми нормами, обычаями ведения дел, этическими установлениями.

При всем более или менее одинаковом понимании культуры предпринимательства, существуют все же некоторые дополнительные детали, отмечаемые зарубежными учеными. Например, немецкий исследователь Л. Розенштиль отмечает, что в этой культуре значительное внимание уделяется усвоенным нормам, которые и определяют поведение работников. Для американцев Р. Пэйскэла, Э. Этоса, У. Оучи, Р. Аллана, Ш. Крафф – это высшие цели, духовные ценности, символы, убеждения, конъюктура сил в организации. В этой связи американские исследователи предложили даже классификацию предпринимательских культур, заложив в нее способы, приемы, с помощью которых соответствующие организации осуществляют свою деятельность с целью получения прибыли: культура торговли; культура выгодных сделок; административная культура; инвестиционная культура крупных фирм и банков. Другая классификация также выделяет четыре образных типа культуры предпринимательства: «крутых парней», «усердной работы», «крупных ставок», «процесса». Поскольку предпринимательство связано с принятием стратегических решений называют культуру стабильную, реактивную, оптиципационную, исследовательскую, креативную1.

Тенденции неравновесной оценки качеств культуры предпринимательства так или иначе исследователями будут продолжены. Более того, в своем научном творчестве исследователи всегда будут искать элемент эстетики, поскольку помимо доказательств истинности и необходимости теории, важно показать ещё и красоту ее построения. Но можно утверждать, что в культуре предпринимательства любой страны просматривается определенный симбиоз феноменов, который устойчиво воспроизводится, транслируется из поколения в поколение и формирует своеобразный «генетический код» в стремлении к достижению более высокого уровня знаний, умений и качества.

Обзор исследований по предпринимательской этике показывает, что в современном научном сообществе предлагается обратить внимание на появление новых важных обстоятельств. Во-первых, это процессы глобализации и взаимопроникновения различных культур в предпринимательскую деятельность по причине слияний производств, размещения на территориях государств международных компаний: наблюдаются проблемы различного понимания этической ответственности в разных странах. Во-вторых, изменение состава и объема миграционных ресурсов: многие государства ощущают мощное присутствие на рынке труда неквалифицированной рабочей силы, объединение мигрантов в национальные диаспоры и группы влияния, транслирующие свои предпринимательские модели поведения на граждан страны пребывания. В-третьих, перенос решения проблем морально-этического характера на корпоративный уровень через механизм прописывания кодексов и норм поведения: государству в условиях рынка заниматься этим вроде бы не нужно, а отечественная культура изменяется очень медленно. Вышеназванные обстоятельства влияют на решение задач социального взаимодействия, а новые элементы в культуре предпринимательства помогают создать новый язык и формы общения в предпринимательской среде в каждой стране. Можно утверждать, что мы переживаем процесс конвергенции предпринимательских культур, в ходе которого видоизменяются отечественные культуры предпринимательства, появляются различные контркультуры и субкультуры.

Предпринимательская деятельность имеет общепринятые правовые и этические критерии, нормы, правила поведения, отступление от которых чаще всего приводит к нежелательным для личности и организации последствиям. В этой связи предпринимательская этика – это совокупность моральных и нравственных норм, положительных и отрицательных моделей поведения граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью в различных сферах экономики. Она базируется на общих этических нормах и правилах поведения, сложившихся в конкретной стране в разные исторические периоды. Поэтому существует и разность восприятия таких понятий, как совесть, благородство, честолюбие, лицемерие, злословие, месть, коварство, прибыль и т. д. Здесь важно уточнить, что формирование предпринимательской этики всегда зависело от различных религиозных воззрений. Эта проблема привлекает к себе внимание с тех пор, как более 760 лет назад на Западе зародилась рыночная экономика. Во многих важных отношениях этические стандарты рынка не менялись в течение долгого времени, хотя мировой финансово-экономический кризис, информатизация общества внесли в них за последнее время некоторые поправки, причем инициированные государствами.

Зарождение капитализма в Европе XVI века тесно связано с протестантской Реформацией. В известном смысле протестантизм и сделал предпринимательскую этику возможной. Католики Средневековья трактовали прибыль как нечто сомнительное с нравственной точки зрения и, следовательно, не могли выработать этические нормы процесса обогащения. Как писал христианский философ, Блаженный Августин (354–430 гг.), торговец может не быть грешником, но и не может быть угодным Богу.

А в XIII веке Фома Аквинский считал, что большинство видов торговли ради обогащения по сути своей аморальны, ибо тот, кто продает товар по цене, более высокой, чем заплатил за него; либо недоплатил за товар, либо хочет получить за него больше, чем следует.

Католические богословы отличали одни виды деятельности от других. По их мнению, производство товаров на продажу было этически более приемлемо, нежели чистая торговля или предоставление займов. Но в целом предпринимательство не укладывалось в рамки нравственности, они были несовместимы2. Не удивительно, что многие средневековые купцы вели себя, как торговцы наркотиками в наши дни. В конце концов, рассуждали они, коль скоро их род занятий считается аморальным по существу, какой смысл соблюдать в делах какие-либо этические нормы. Доход есть доход и не важно, каким путем он получен.

Протестантизм вызвал к жизни этику предпринимательства, морально оправдав стремление к прибыли. Согласно католической традиции труд рассматривался в худшем случае как проклятие, а в лучшем – как развлечение. Протестантские теологи стали высказывать мысль, что торговля может быть угодна Богу, труд может рассматриваться как служба Богу, а правильное использование богатства состоит как раз в его приумножении во славу Божию. Следовательно, утверждали они, погоня за прибылью и стремление попасть в царствие небесное, не только совместимы, но и подкрепляют друг друга. Как находил протестантский богослов XVI столетия Жан Кальвин, финансовый успех следует трактовать как благословение свыше. Таким образом, благодаря Реформации преуспевающий предприниматель мог в то же время считаться нравственным человеком. Эта и другие, более светские трактовки стали важным элементом западной культуры предпринимательства. Наиболее строгие критики делают вывод: тех, кто поступает неэтично на рынке, ждет возмездие – недовольство со стороны клиентов и собственных сотрудников, критика в средствах массовой информации и в Интернете, отрицательно отражающаяся на прибыли, а в крайних случаях, гражданские иски или судебное расследование. А поскольку идеи протестантизма сыграли немалую роль в легитимизации капитализма, деловые круги современных организаций, увязывая этику и прибыль, все же подводят моральную базу под современную деловую активность: прибыль у них рассматривается как вознаграждение за успешное удовлетворение законных ожиданий со стороны сотрудников, потребителей и инвесторов.

Да, успешное предпринимательство обеспечивает более высокий уровень материального благополучия, меняет ценности и культурные ожидания, придает уверенность в будущем большому числу людей, предоставляет более высокую степень использования преимуществ экономической свободы. Но в основе предпринимательства остается и эгоизм, себялюбие, предпочтение своих личных интересов интересам других людей, а экономическим стимулом служит корысть. Последние столетия показали, что алчность способна скорее разжигать людские страсти, чем утихомиривать их. И неизвестно примирится ли наша совесть с экономическим укладом, в котором принцип эгоизма доминирует как средство достижения целей, сколь бы похвальны они ни были.

Вопрос о степени влияния культуры предпринимательства на успех современных организаций все еще остается открытым. Однако очевидно, что отношение между культурой и результатами работы организации зависят во многом от содержания тех ценностей, которые формируются и утверждаются не только в самой организации, но и в обществе. Ценностный ряд культуры предпринимательства может создавать обстановку, оказывающую воздействие на инициативу, творчество, инновационные проекты, повышение производительности труда. Но он же может создавать барьеры, препятствующие получению нового инновационного продукта или услуги с высокой добавленной стоимостью. А если еще расширяются формы и способы неэтичной предпринимательской практики, то уже игнорируется сама культура предпринимательства, а руководители пытаются изменить систему управления через неэтичные управленческие решения. В результате, применяются методы конкурентной борьбы, которые оттесняют общепринятые этические нормы, руководители начисляют себе неприлично высокие суммы вознаграждений, усиливается негативное влияние на подчиненных, а в недрах внешне высокоорганизованной системы управления начинаются процессы дезорганизации, – антимотивы и дезорганизационные, контркультурные методы (дезинформация и действия, основанные на ней; камуфляж функций; дисбаланс между задачами, обязанностями, правами и ответственностью; назначение дилетантов на руководящие должности; приукрашивание информации о ресурсах; подмена практических дел и результатов словами; взлом систем учета; искажение результатов контрольных проверок и т. д.). Безусловно, что это своеобразное искусство «пустить пыль в глаза», получить эффект за счет ранее приобретенных преимуществ, имиджа.

Со всей очевидностью это показал мировой финансово-экономический кризис. Активное вовлечение национальных экономик в глобализационные системы, участие в мировом разделении труда позволило без особых затруднений распространить «вирус отставания» финансового сектора от производственного. Совокупный финансовый капитал, заявленный на рынке ценных бумаг, превысил к началу XXI века отметку 50 трлн долл. Это более чем в два раза больше стоимости произведенной товарной продукции в странах, входящих в организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР)5. Попрание этических норм при осуществлении финансовых операций открыло огромные возможности раздувания финансовых пузырей, посредством которых начали извлекаться колоссальные доходы. Появился спекулятивный (не обеспеченный товарной массой) капитал, развитие которого отразилось на структуре мировой экономики, углубляя и развивая ее дестабилизационные процессы5. Институт международных финансовых операций стал проводником экспансии развитых стран в отношении развивающихся, а спекуляции с валютой и ценными бумагами основной формой приращения капитала и его последующего вложения в третичный сектор экономики.

К настоящему времени до 70 % и более ВВП развитых стран производится в третичном секторе и по сути является фиктивной ценностью (товарная марка, рыночный курс валют и акций, сформированный ранее имидж продукта, юридические услуги и пр.), не повышающей эффективности функционирования экономики, а обслуживающей обращение фиктивного капитала, «высасывающего» из реального сектора монопольный доход для владельцев спекулятивного капитала6.

Опасности разрушительного воздействия мирового спекулятивного капитала замалчивались, а крупные финансовые структуры США продолжали имитировать свое благополучие, опираясь на избыточную денежную массу. Но результат такого паразитического подхода не замедлил сказаться: остановились производства, резко возрос уровень безработицы, сократились доходы населения и его платежеспособный спрос, новые формы приобрели кредитные, ипотечные, конкурентные и другие риски.

Вместе с тем усиление элементов дезорганизации в условиях кризиса заставило искать в России новые управленческие решения. Это касается постепенного замещения сырьевой направленности экономики на инновационную, высокотехнологичную, модернизации производственного комплекса, повышения качества жизни населения. По большому счету – это новые горизонты развития культуры предпринимательства. Гигантские суммы, заимствованные крупными отечественными компаниями у государства на ликвидацию кризисных состояний, требуется возвращать. Но руководители это делать не торопятся: этические предпринимательские правила здесь пока не востребованы, не приняты как должное, а время административного ресурса, быть может, еще не пришло.

Руководители государств сформулировали с целью недопущения новых кризисных ситуаций ряд предложений, содержащих организационные и культурные установления. Для США – это ограничение размеров крупнейших банков, упорядочение их финансовых операций, запрет на использование застрахованных государством вкладов для рискованных инвестиций. В странах Западной Европы – усиление удельного веса государства и наднациональных институтов в регулировании экономикой, создание новых барьеров сращения чиновничества с бизнесом. Отечественным предпринимательским структурам предложено усилить свою прозрачность и расширить информированность населения о своей деятельности, обратить внимание на выгодность вложений в человеческий капитал, в развитие культуры, на расширение возможностей интеллектуального капитала: творчество, дисциплинированность и ответственность соответствуют всем основным потребностям человека. Они позволяют нравиться окружающим, вызывают уважение, дают возможность реализовать свои способности и при этом жить в комфорте без стрессов и неприятностей.

Бережное отношение к культуре предпринимательства, наполнение её инновационным содержанием – процесс достаточно длительный по времени. Сегодня создается новейшее временное пространство, другая структура контактов людей основанных на информационных технологиях. В основе этого культурные изменения в широком плане, в том числе изменения нравственные. Российская культура предпринимательства будет не просто синтезом американской, европейской или японской. Она начинает отличаться своей отечественной спецификой, избирательным подходом к заимствованию зарубежного опыта, что обязательно сделает ее особенно эффективной.

_____________________________

1http://teenbiz.ru/managment/predprinimatelskaya-kultura-i-ee-raznovidnosti/
2Войскунский А. Е. Я говорю, мы говорим.:очерки о человеческом общении. 2-е изд. М: Знание.1990.
3Митин А. Н. Культура управления персоналом. Монография.Екатеринбург. Уралвнешторгиздат. 2001. С. 94–96.
4Иноземцев В. За пределами экономического сообщества. М: 1988. С. 499.
5Татаркин А. И., Татаркин Д. А. Причины мирового финансового кризиса и возможные сценарии развития России в условиях глобализации//Российский юридический журнал. 2008. № 2. С. 125.
6См. там же. С. 127.

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право