На главную Написать письмо

Анотация

В статье отстаивается идея о том, что правовое обеспечение нравственной экономики должно осуществляться на основе предпринимательского (хозяйственного) права. Тесно связать экономику с нравственностью можно с помощью правовых средств. Автор обращается к вопросу о соотношении морали и права. Особое внимание уделяется нравственной составляющей категории рационального хозяйствования и принципу партнерства хозяйствующих субъектов.

Ключевые слова

Предпринимательское (хозяйственное) право, нравственная экономика, мораль и право, нравственная составляющая рационального хозяйствования, принцип партнерства хозяйствующих субъектов.

 Нравственная экономика: проблемы правового обеспечения

С.Н. Шишкин, доктор юридических наук, советник судьи Конституционного Суда РФ

Какими качествами должна обладать экономика, претендующая на то, чтобы называться нравственной? И должна ли экономика, представляющая по своей сути определенный тип хозяйствования, вообще быть нравственной? Аргументированные ответы на данные вопросы дает Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, который справедливо отмечает, что экономика не является сферой исключительно материальных интересов, а безнравственная экономика – это уже не экономика в изначальном смысле слова, так как служит она не созиданию, а разрушению. Первопричина мирового финансово-экономического кризиса видится в деградации нравственной мотивации хозяйствования, в нивелировании высшей цели экономики – построения процветающего, гармоничного и справедливого общества. Стремление преумножить личное благосостояние – это не единственный мотив, который должен двигать экономическими отношениями. С точки зрения православной этики другим таким мотивом является стремление помочь ближнему, желание видеть, что результаты труда приносят пользу не только конкретному человеку, но и стране, обществу1.

Именно должное присутствие названного мотива в поведении субъектов предпринимательской деятельности и является тем критерием, с помощью которого можно судить о нравственности экономики, а также о том, насколько реализуется в вертикальных и горизонтальных предпринимательских отношениях принцип партнерства хозяйствующих субъектов. Данный критерий, в свою очередь, является определяющим для характеристики нравственной экономики как нового типа хозяйствования, не имеющего ничего общего с «диким капитализмом».

Без связи экономики с нравственностью, без отказа от доминирования спекулятивного капитала невозможно говорить об исцелении хронических болезней современной экономической системы2.

Тесно связать экономику с нравственностью невозможно без активного авторитетного участия государства и адекватных правовых средств. Необходим надлежащий правовой механизм обеспечения нравственной экономики.

Однако на данном направлении мы с неизбежностью столкнемся с проблемами соотношения морали и права, а также с вопросом о том, на какую отрасль права ляжет основная нагрузка правового обеспечения нравственной экономики.

Что касается соотношения морали и права, то имеется точка зрения, согласно которой попытки превратить право в средство решения нравственных «прорех» в обществе бесперспективны и социально вредны3. Представляется, что названная точка зрения не учитывает, что социальное значение права по созданию и охране правового порядка усиливается во времена падения общественной нравственности, когда возрастает потребность расширения сфер правового воздействия4. Традиционным является подход, согласно которому мораль отличается динамизмом и движется как бы впереди права, которое более консервативно в силу своей формальной природы5. Кроме того, существует мнение, что нормы права, в отличие от морали, закрепляют лишь то, что достигнуто, и не программируют будущее. Это не совсем так. Право не может не учитывать будущего, а мораль не отражать то, что есть, что существует6.

А если из-за своего динамизма мораль в некоторых случаях перестает быть моралью, точнее – разрушается? В сфере экономики это наиболее ярко проявляется, например, в стремлении нажиться на чужой беде, пользуясь кризисными и аварийными ситуациями, и даже террористическими актами.

Профессор Е. А. Суханов справедливо отмечает: «К сожалению, жизнь показывает, что жульничество и жадность российского предпринимателя безграничны. Цивилизованные страны отличаются тем, что они за несколько сот лет смогли своего предпринимателя обуздать законодательными и разными другими методами»7.

Цель предпринимательской деятельности – систематическое получение прибыли – не может не вступать в некоторые противоречия с нравственностью. Данная цель в совокупности с рисковым характером предпринимательской деятельности с неизбежностью предопределяют эгоистическую направленность поведения субъектов предпринимательской деятельности. Такая эгоистическая направленность поведения предпринимателей должна быть аксиомой для государственного регулирования экономики, которое, в свою очередь, также не может не выступать в качестве определенной детерминанты эгоистического характера их действий, например, «уводя» некоторые виды предпринимательской деятельности (к примеру, игорный бизнес) в «тень». Цель и рисковый характер предпринимательской деятельности, как и само государственное регулирование, представляют собой далеко не исчерпывающий перечень факторов, предопределяющих эгоистическую направленность поведения субъектов предпринимательской деятельности. Однако, в отличие от других факторов, например морально-исторического порядка, эти факторы находятся в правовой плоскости – они подтверждены и закреплены в праве. Эгоистическая направленность поведения субъектов предпринимательской деятельности сама по себе еще не является чем-то противоправным, хотя и может в некоторых случаях носить безнравственный характер. Без эгоистической направленности поведения не было бы ни созидания, ни движения вперед, ни цивилизации вообще. Задача права вообще и предпринимательского (хозяйственного) права в частности – не допустить, чтобы такая направленность выходила за рамки правомерного поведения, и по возможности придать правомерному поведению как можно более нравственный характер. Однако не только экономика страдает от падения нравственности. Так, в считающих себя цивилизованными западных странах разрушающиеся, деградирующие «моральные» нормы поощряются и закрепляются правом. Речь идет, в частности, об однополых браках и запрете христианских символов.

Если правовой запрет трансформируется в моральный принцип, в мотивацию поведения8, то почему моральный по содержанию принцип не может быть облечен в правовую форму?

Государство обязано оградить мораль от дальнейшего разрушения и вправе закрепить в нормативных актах определенные моральные требования. Это вполне могут быть нормы-принципы. За нарушение таких норм-принципов правовые санкции можно вообще не устанавливать, достаточно отказать в мерах поощрения, в государственной поддержке, публиковать списки нарушителей и т. д. Разумеется, что без правовых санкций можно обходиться до тех пор, пока нарушение моральных норм не перерастает в правонарушение.

Может ли несовершенство самого государства быть оправданием для его пассивности в данной сфере отношений? Ответ на данный вопрос следует дать отрицательный. Врач, например, может лечить не только других людей, но и себя, если его болезнь не опасна для окружающих. Наше государство развивается и крепнет. Имеющиеся отдельные недостатки и несовершенства – не более чем болезни роста и укрепления. Их можно назвать «детскими болезнями».

Выглядит неубедительным тезис о наличии системного кризиса, где «связано воедино общество, его деградация, слабое и неразумно устроенное государство»9. При этом предлагается в качестве критерия развития отечественной государственности, правовой системы разум, дающий оценку жизненности и действенности государственно-правового механизма10. В целом разум – вполне подходящий критерий для государства и права. Но где взять разум в условиях «системного кризиса»?

Если все же исходить из более оптимистичного подхода и не считать наше набирающее силу государство слабым и неразумно устроенным, а способным самосовершенствоваться, то разум найти не так и сложно. Потенциал разума велик среди представителей всех трех ветвей власти нашей страны. Но, главное, у нас разумный глава государства, гарант Конституции РФ – Президент РФ В.В. Путин, авторитет которого неуклонно растет как внутри страны, так и за рубежом. Такого разумного потенциала достаточно для того, чтобы сделать нашу экономику (и не только экономику) нравственной.

Правовые нормы, закрепляющие цели и принципы, – наиболее прогрессивные элементы правового регулирования, в отличие от других, более консервативных правовых норм. И придание правомерному поведению как можно более нравственного характера может быть обеспечено именно надлежащим образом сформулированными и нормативно закрепленными целями и принципами.

Необходимо закрепить в законодательстве общую (главную) цель государственного регулирования экономики. Таковой целью является обеспечение рационального хозяйствования, реализация и защита публичных интересов (интересов общества), таких как оборона страны и безопасность государства, защита прав и свобод человека и гражданина, охрана окружающей среды, надлежащее осуществление функций социального государства.

Обеспечение рационального хозяйствования одновременно выступает и как составляющая общей (главной) цели государственного регулирования экономики, и как цель предпринимательского права. Существенными признаками (элементами) рационального хозяйствования являются: развитие производства (производственная составляющая), максимальное использование достижений научно-технического прогресса (инновационная составляющая), эффективное и оптимальное использование природных ресурсов при минимизации вредного воздействия на окружающую среду, энергосбережение (экологическая составляющая), социальная направленность (социальная составляющая), нравственная направленность (нравственная составляющая). Нравственная составляющая рационального хозяйствования наиболее удачно отражена в Своде нравственных принципов и правил в хозяйствовании (далее – Свод нравственных правил хозяйствования), принятом 4 февраля 2004 года VIII Всемирным Русским Народным Собором. В Своде нравственных правил хозяйствования, в частности, говорится, что честное хозяйствование исключает обогащение во вред обществу. Благосостояние добросовестных предпринимателей и тружеников должно соответствовать их трудовому вкладу, быть следствием создания, рачительного использования и приумножения ими общественно-полезных благ. Если человек созидает материальные блага исключительно для себя, своей семьи, своей социальной группы, при этом пренебрегая интересами других, – он преступает нравственный закон и многое теряет в экономическом смысле. Использование собственности в хозяйствовании не должно носить узкоэгоистический характер, противоречить общему интересу11.

Нравственная составляющая рационального хозяйствования отражена в тезисах преамбулы Конституции РФ о стремлении обеспечить благополучие и процветание России, об ответственности за свою Родину перед нынешним и будущими поколениями, о почитании памяти предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость.

 В обобщающем виде рациональное хозяйствование можно определить как эффективное и оптимальное осуществление хозяйственной деятельности в условиях глобальных проблем, направленное на максимальное удовлетворение общественных потребностей при минимальных затратах, посредством инновационного развития производства и сферы услуг при строгом соблюдении требований охраны окружающей среды и энергосбережения, принципа партнерства хозяйствующих субъектов и других принципов государственного регулирования экономики и обеспечивающее надлежащее выполнение Российской Федерацией обязанностей социального государства. Данное определение рационального хозяйствования основано на удовлетворении общественных потребностей, и здесь можно условно говорить о рациональном хозяйствовании в объективном смысле.

Рациональное хозяйствование в субъективном смысле предопределяется потребностями отдельных хозяйствующих субъектов, в первую очередь субъектов предпринимательской деятельности. Разумеется, что, осуществляя предпринимательскую деятельность, ее субъекты удовлетворяют и общественные потребности, но это не является основной целью этой деятельности. Систематическое извлечение прибыли субъектами предпринимательской деятельности как цель и фундаментальная детерминанта такой деятельности обусловливает специфику признаков рационального хозяйствования в субъективном смысле. Таким признаком является, например, минимизация налогов, в том числе путем разработки и применения всевозможных легальных и нелегальных схем.

Категория рационального хозяйствования, будучи экономической, должна найти свое закрепление в праве и уже в таком виде она может служить в качестве универсальной правовой категории как для правоприменения, так и для совершенствования правового обеспечения государственного регулирования экономики.

Также необходимо законодательно закрепить принцип партнерства хозяйствующих субъектов, который предполагает деловое сотрудничество хозяйствующих субъектов, их содействие друг другу в выполнении хозяйственных обязательств, обеспечение рационального хозяйствования в объективном смысле. Названный принцип и должен, в первую очередь, обеспечивать реализацию нравственной составляющей рационального хозяйствования в объективном смысле.

Принцип партнерства хозяйствующих субъектов нашел свое отражение, например, в Своде нравственных правил хозяйствования в виде следующих тезисов:

–  деловые отношения должны строиться на уважении прав и законных интересов их участников;

– честность и профессионализм в отношениях с клиентом и деловым партнером завоевывают доверие и укрепляют экономическое положение предприятия, в то время как «нечестная игра» обрекает его на неизбежный крах;

– соблюдение устных и письменных договоренностей служит основой гармоничных отношений в экономике. Напротив, невыполнение обязательств приводит к снижению авторитета делового сословия, да и авторитета страны. Общество должно порицать подобное поведение. Формы порицания могут быть разнообразными (отказ в личном общении, публичный бойкот, исключение из профессиональных сообществ);

– государство призвано принимать законы, поддерживающие и развивающие культуру исполнения обязательств. При этом оно само должно быть примером такой культуры.

В свете последних изменений в российском законодательстве принцип партнерства хозяйствующих субъектов уже не является таким декларативным, как прежде, хотя некоторая практика применения принципа партнерства в горизонтальных хозяйственных отношениях имела место и в условиях плановой экономики, однако в законодательстве данный принцип фактически не закреплялся. Например, достаточно широко использовались договоры творческого содружества, заключавшиеся с «родственными» предприятиями – поставщиками и покупателями, другими организациями12. Такой опыт обязательно нужно использовать, но уже применительно к условиям социально ориентированной рыночной экономики.

Нормы, отражающие принцип партнерства хозяйствующих субъектов, содержатся в действующем российском законодательстве. Так, в соответствии со ст. 750 Гражданского кодекса РФ («Сотрудничество сторон в договоре строительного подряда»), если при выполнении строительства и связанных с ним работ обнаруживаются препятствия к надлежащему исполнению договора строительного подряда, каждая из сторон обязана принять все зависящие от нее разумные меры по устранению таких препятствий. Сторона, не исполнившая этой обязанности, утрачивает право на возмещение убытков, причиненных тем, что соответствующие препятствия не были устранены. В данной норме принцип партнерства сформулирован как обязанность сотрудничества, за невыполнение которой следует санкция – неблагоприятное последствие в виде утраты права на возмещение убытков.

На принципе партнерства, по своей сути, основывается процедура медиации. Принцип партнерства в вертикальных хозяйственных отношениях нашел свое воплощение в законодательстве об особых экономических зонах, о государственно-частном партнерстве, в том числе о концессионных соглашениях.

Именно предпринимательское (хозяйственное) право посредством единого регулирования вертикальных и горизонтальных хозяйственных отношений может обеспечить формирование и функционирование смешанной, разумной и нравственной экономики в России. 

 

1 См.: Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Общество, экономика, этика в служении Русской Православной Церкви // Неэкономические грани экономики: непознанное взаимовлияние. Научные и публицистические заметки обществоведов. – М.: Институт экономических стратегий, 2010. С. 106–107.

2 См.: Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Там же. С. 111.

3 См.: Власенко Н.А. Кризис права: проблемы и подходы к решению // Журнал российского права. 2013. № 8. С. 45.

4 См.: Фролова Е.А. Право и мораль (критическая философия права и современность) // Государство и право. 2013. № 1. С. 22.

5 См., напр.: Теория государства и права: Учебник / А.С. Пиголкин, А.Н. Головистикова, Ю.А. Дмитриев / Под. ред. А.С. Пиголкина, Ю.А. Дмитриева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство Юрайт, 2011. С. 448.

6 См.: Ойгензихт В.А. Мораль и право: (Взаимодействие. Регулирование. Поступок). – Душанбе: Ирфон, 1987. С. 8.

7 См.: Суханов Е.А. Опасные юридические лица // ЭЖ-Юрист. 2008. № 47.

8 См.: Ойгензихт В.А. Указ. соч. С. 9.

9 См.: Власенко Н.А. Там же. С.45.

10 См.: Власенко Н.А. Там же. С.53.

11 См.:URL: http://www.mitropolia-spb.ru/eparhialnie-smi/vestnik/archive/y2004.

12 См.: Шишкин С.Н. Имущественные санкции за нарушение обязательств по поставкам: Дисс. … канд. юрид. наук. М., 1993. С. 34.

 

 
   
 

© Бизнес, менеджмент и право